Чтение онлайн

– Ну что, мой дорогой! Из-за ваших оплошностей зарплаты вам, как минимум, два месяца не видать.

На что Егор ответил презрительной улыбкой, чем сильно задел хозяина рынка:

– Он еще и ухмыляется! Тебе смешно?

– А, что мне еще остается делать! – позволил дерзить директору подчиненный.

– Ах ты нахал! Пошел вон отсюда! – вскипел маленький, толстый мужичок, вскочив с кресла. Этот кабинет подобной дерзости от подчиненных не видел ни разу. Никто не смел хамить этому человеку, занимающему в этом городе значимое положение.

– Бери охранника и чтобы к вечеру все деньги были собраны и сданы в бухгалтерию, ты понял меня? – приказал Егору. Тот в ответ кивнул головой.

– Вот и хорошо, а теперь иди!

Дверь за Егором закрылась. Он чувствовал, что мог сорваться в любую минуту. То, что накопилось у него внутри, могло вырваться фонтаном ярости. У него хватило сил сдержать себя. Из-за одной ошибки он мог погубить весь, точно рассчитанный им, план дальнейших действий.

Егор Павлович впервые в жизни решил все кардинально изменить, впервые заставил себя подчиниться своим же планам, не давая тем самым, себе ни грамма расслабления, ни капли отдыха. И, может быть, он в эти мгновения гордился б, что смог себя перебороть, пересилить, убедить. Но гордиться не было времени. Только изредка в его голове проносились обрывки мыслей: «А смогу ли выдержать это испытание до конца. Получится ли все…» Эти слова, вопросы, эти недавно появившиеся мысли могли нарушить планы совсем другого Егора, разрушить, поломать все его внутреннее желание, больное стремление. Впервые за всю свою серую жизнь возникло желание изменить свое мышление, ведущее к гибели сознания и самого себя. Допустить, конечно же, этого он не мог.

У входа в здание администрации его ждал охранник, с которым Егор Павлович отправился по торговым рядам. Сбор денег проходил как обычно. Егор выписывал квитанцию, арендатор расписывался в учетной книге и деньги Егор клал в карман, конечно же, временно. Охранник находился все время возле Егора. Так было и в этот раз.

Все шло своим чередом, по порядку, пока в одном кармане не закончились бланки. Опустив руку в другой карман с бланками, Егор остановился. В мозгу у серого работника рынка мелькнула внезапно зловещая мысль.

– Принеси из бухгалтерии еще квитанции, у меня закончились! Чего-то я не досчитался… – заполняя последнюю квитанцию, искоса поглядывая на охранника, попросил Егор.

– Не положено! – отрапортовал тот.

– То, что не положено, это ты правильно говоришь, но уже заканчивается рабочий день, ты сам видишь, что народ расходится, – показал рукой по сторонам рынка, – а деньги я сегодня должен все собрать. Михалыч (так звали директора) нас с тобой по головке не погладит, – настаивал на своем Егор.

Охранник нехотя согласился и направился в сторону бухгалтерии. Егор ему вслед:

– Давай быстрее!

– Да иду я, иду! Загоняли все, вроде мальчик я им! – недовольно процедил тот. Как только охранник скрылся за углом, Егор моментально направился к вагончику. Быстрый шаг резко перешел в бег. Завернув за угол, Егор ускорил свой темп бега; так как до вагончика оставалось приличное расстояние еще ускорился, собрав всю волю и силы. Внезапно дорогу бегущему преградил высокий мужик крупного телосложения:

– Эээ… Палыч, куда ты так спешишь?

– Пропусти, спешу! – пытался отмахнуться Егор, глотая большими порциями воздух.

– Нет, Павлович! Ты мне сегодня обещал отремонтировать дверь.

– Я сделаю, сделаю! Давай завтра!? – умоляюще твердил Егор.

– Сегодня и никаких завтра! – строго сказал мужик, весь напрягшийся от злости и раздражения.

У Егора совсем не было времени для дальнейших переговоров, так как он считал, что уже должен был вернуться охранник, и тогда было бы уже поздно осуществлять свой опасный план. Резким ударом двумя руками в грудь заставил мужика упасть на выносной прилавок с калошами и дешёвой обувью. Прилавок перевернулся. Не раздумывая, Егор продолжил свой марафон к вагончику. Лежащий среди обуви мужик что-то кричал ему вслед и грозил кулаком. Влетев в вагончик, Егор отдышался, схватил рюкзак, выбежал, не закрыв за собой дверь. За вагончиком тянулся деревянный старый забор, во многих местах доски отходили настолько, что пролезть не составляло труда. Егор воспользовался этим. Пробираясь по тесным улочкам, глухим переулкам, не привлекая к себе внимания, он несся к пристани. Ему казалось, что весь центральный рынок мчался за ним, и с каждой минутой толпа разъяренных людей увеличивалась. Страх рос внутри него, будто снежный ком, катящийся с горы. Эта надуманная угроза придавала ему сил, впрыскивая очередную дозу адреналина в кровь.

В свою очередь, охранник сработал оперативно. По словам свидетелей и по доводам Нины Аркадьевны, которая вдруг вспомнила, кому принадлежал тот силуэт на причале, преступник, в лице Егора Павловича, направился именно туда.

Большая черная машина ворвалась на пристань, разгоняя людей по сторонам, будто волны, удаляющиеся по бокам от плывущего вперед корабля. Резко затормозив, машина медленно катилась вдоль пристани. Сидящие внутри ее всматривались в причаленные корабли и другие плавательные средства, но ничего подозрительного они не обнаружили. Тогда машина направилась вверх по набережной, против течения реки, так как большинство судов уходило именно в ту сторону.

Егор выбежал из переулка на набережную, ему оставалось метров двести до буксира, но силы были на исходе. Прямо на него мчался джип директора, его он мог отличить от тысячи других, подобных машин в Межпутном не было. Раздумывать было некогда. Он бросился бежать, ноги подкашивались, острая боль в боку затрудняла продвижение к намеченной цели. Расстояние между бегущим и машиной быстро сокращалось. Вбежав на деревянный помост, Егор что есть силы закричал:

– Отчаливай! Отчаливай! Отч…

Внезапно доска под ним с треском ломается, и правая нога уходит вниз. Егор падает на помост. Оглядываясь назад, ухватившись руками за доски впереди себя, пытается подтянуться, но зажатая нога, словно попавшая в капкан, не дает ему это сделать. Выскочивший с машины охранник, крича и ругаясь, бросился бежать к лежащему Егору:

– Попался гнида!

– Ааа… черт! – в гневе рычал Егор. – Только не сейчас!

Поднявшись с помоста, он ухватился за часть сломанной доски, пытаясь ее вырвать. Но это оказалось не так-то просто, гвозди крепко были зажаты древесиной. Охранник уже вбежал на помост, до Егора оставалось считанные метры. Резким рывком изо всех сил он рванул доску вверх. Под натиском гвозди поддались и, издав скрипучий звук, оставили свое долгое место пребывания. Охранник, подбегая к сидевшему на помосте Егору, замахнулся было ногой. Освобождая в этот момент ногу, Егору показалось, что это все. Спланированный побег не удался, не хватило самого малого. Егор не выпускал доску из рук, конец одного из торчащих гвоздей блеснул от упавшего на него луча солнца. Но в следующий момент резкий удар в живот поверг Егора на помост.

– Получи! Вот ты и попался! Сюда, сюда, я поймал его, – повернув голову в сторону машины, кричал охранник.

Егор мельком увидел, как буксир медленно начал отчаливать и, забыв про свою боль, отбросив все мысли о неудаче, сильным взмахом доски, ударил по ноге противника. Ржавые гвозди вонзились внутрь человеческой плоти. С громким ревом охранник упал, уцепившись руками в доску. Два металлических острых предмета нашли новое место пребывания – ногу охранника. К ним уже бежали директор и Нина что-то крича. Егор поднялся, схватил рюкзак и, не оглядываясь, двинул к уходящему буксиру. До конца пирса оставались метры. Антон дал задний ход, но расстояние от буксира до пирса не на много сократилось, и бегущему другу все равно нужно было прыгать. Приближаясь к буксиру, Егор замахнулся и бросил рюкзак на палубу. До этого момента он бы побоялся сделать такой рискованный трюк, как для Егора – это было слишком, но сейчас он сделал это не раздумывая. В конце дистанции последовало ускорение, и в следующий момент Егор висел на планшире – верхней часть фальшборта. Антон пытался помочь другу, но тот кричал:

– Вперед! Вперед! Я в порядке!

Через минуту Егор сидел на палубе, оглядываясь на пристань. Вдалеке слышна была какая-то ругань, крики. Буксир спокойно разрезал гладь воды, медленно набирая скорость.

***

Постоянные изгибы реки напоминали извивающую змею, ползающую между камней. На многих поворотах в нее врезались небольшие каменистые гребни. Постепенно обтачиваемые водой, они с веками исчезали из виду, оставляя небольшой зализанный выступ. За каменистыми валами, словно ковер, была устлана степь, которая изредка переходила в небольшие леса, будто оазисы в бескрайней пустыне, островки живительной влаги и источники жизни. Степь плавно окутывала каменистые валуны у берега, образуя маленькие бухточки.