Чтение онлайн

В ризнице Лори наблюдала, как он ставит свою четкую размашистую подпись в книгах гражданской и церковной регистрации; теперь была ее очередь. В последний раз она сможет написать: "Ларина Джейн Пэджет", отныне она становится Лориной Барези. Но вполне возможно, скоро это имя станет "Миссис Джеймс Форсит" - злорадно подумала она, оставив на бумаге россыпь крошечных чернильных клякс.

Теперь уже под руку с Алексом она спустилась по мраморным ступеням, с намертво приклеенной улыбкой прошла по залу и вновь оказалась на залитой солнцем площади, среди водопада розовых лепестков и щелканья фотокамер.

Лишь однажды улыбка сползла с ее лица. Из толпы гостей, репортеров и туристов, заполонившей площадь и выплескивавшейся на выгнувшийся над каналом мостик, вдруг вынырнуло одно лицо. Лицо Джеймса. Лори смотрела на него во все глаза, оцепенев всем телом, но почувствовав, что Алекс оборачивается к ней, с усилием отвела взгляд. Несколько мгновений спустя, когда взор ее, словно магнитом, вновь притянуло к тому месту, Джеймс уже исчез.

Несомненно, это была всего лишь галлюцинация, родившаяся в ее переутомленном мозгу. Стоит рядом со своим новоиспеченным мужем и грезит о лице любимого.

Тут она осознала, что Алекс ведет ее сквозь сумятицу к краю площади, где была пришвартована украшенная цветами и белыми лентами гондола. Ловко ступив на палубу, он повернулся и на руках перенес ее в трюм. Лори устроилась на сиденье, нарядное платье волнами улеглось вокруг нее. Алекс сел рядом, так близко, что рука его касалась ее тела, нога прижималась к ее ноге, и сквозь тонкий шелк она ощущала его мускулистое бедро.

Когда гондола плавно заскользила вперед, он откинулся назад, небрежно положив руку на спинку сиденья, и взгляды их встретились. Он улыбнулся ей, и от этой улыбки и без того до предела натянутые нервы Лори не выдержали, и словно что-то взорвалось в ней.

– Надеюсь, теперь ты удовлетворен?
– прошипела она, помня, что прямо позади них стоит улыбающийся гондольер в шляпе с белой лентой.

– Удовлетворен? Пока не совсем.- Он наградил ее одной из своих кошачьих улыбочек.- Но теперь уже скоро буду... обещаю тебе, душа моя.

При мысли о предстоящей решающей схватке желудок у Лори сжался в кулачок. Но он ни в коем случае не должен видеть ее испуга.

– Ты, наверное, считаешь, что победил,- процедила она сквозь зубы.

– Но ведь так оно и есть,- кротко отозвался он.

– Да? Ты абсолютно в этом уверен?

– Разумеется. По правде говоря, сага mia, в этом никогда не было ни малейшего сомнения. Так что,- голос его стал чуть жестче,- тебе придется раз и навсегда примириться с тем, что ты проиграла.

– Думаешь?
– она повысила голос.- Тебе и впрямь безразлично, что я ненавижу тебя за то, как ты со мной поступил?

– Отнюдь. Ты говоришь, что я насильно женил тебя на себе, что это явилось заключительным актом моей вендетты. Что ж, в таком случае,- и до того, как она успела отпрянуть, он взял ее руку и поднес к губам,- все, что тебе остается,- это проиграть с достоинством, дорогая моя жертва вендетты.

Они с Марчелло описали в танце последний круг, и музыка стихла. Лори улыбнулась ему, и тут же напряглась, ибо к ним приближался Алекс. Два часа назад они вдвоем открыли бал, и после этого он как примерный хозяин старательно распределял свое внимание поровну между гостями, и Лори начала было обретать душевное равновесие, чувствуя себя в безопасности в заполненном народом зале. Но теперь ее вновь охватила паника.

– Ты позволишь?
– И, не дожидаясь ответа от зятя, Алекс по-хозяйски обвил рукой талию Лори и увлек ее прочь. Когда она попыталась чуть отстраниться, он лишь теснее прижал ее к себе.

В помпезной дворцовой столовой они сидели бок о бок, слушали речи, тосты. Казалось, завтрак никогда не кончится. Алекс вел себя совершенно непринужденно, ее же спокойствие было таким же хрупким, как стеклянные сережки. Когда трапеза, наконец, подошла к концу, что ознаменовалось кофе, сладкими ликерами и клубами сигарного дыма, она поднялась наверх и сняла платье Барези. Обручальное кольцо Алекса плотно сидело на ее пальце - если б и его можно было сбросить с той же легкостью...

Лори приняла душ и переоделась для танцев в одно из новых своих платьев - абрикосового цвета, с глубоким вырезом и обтягивающей ее стройные бедра юбочкой, пышно расширяющейся ниже колен. Она провела щеткой по волосам, на пол упало два розовых лепестка. Она стояла и глядела на них, пока не появилась синьора Барези, чтобы спросить, не нужна ли ей какая-нибудь помощь.

Грянул вальс, и Лори замерла в ожидании, что Алекс сейчас сожмет ее в объятиях. Вместо этого он вывел ее из зала, закрыв за собой стеклянные двустворчатые двери. Прижался к ним спиной и посмотрел на нее. Лори отрывисто произнесла:

– Н-но, наверное, нам пока еще нельзя уходить.

Пока продолжались танцы - и судя по всему, никто из гостей пока не собирался домой, решающий момент оттягивался. Лори взялась было за дверную ручку, но он положил свою ладонь поверх ее руки.

– Они замечательно себя чувствуют и без нас. А нам пора отправляться в свадебное путешествие.

– Свадебное путешествие?
– Лори ошеломленно уставилась на него.- Но ты же говорил, что у нас его не будет.

– Длинного не будет, да. Но, несомненно,- его голос словно обволакивал ее,- у каждой

невесты должен быть свой медовый месяц, пусть и очень коротенький, чтоб было о чем вспоминать в сладких снах долгие-долгие годы.

– В сладких снах?
– Она горько рассмеялась.- После этого свадебного спектакля меня, пожалуй, будут преследовать одни ночные кошмары.

– Посмотрим, amore mio, посмотрим.- Подняв руку, Алекс тихонько провел большим пальцем по ее нижней губе.- Мы проведем три дня в отеле "Киприани", яхта уже нас ждет.

С той стороны двери доносилась музыка, смех, оживленные голоса. Если там Лори чувствовала себя более или менее спокойно, то здесь, наедине с Алексом, она ощущала явную опасность. Но, не обращая внимания на то, как затравленно она смотрит на него, Алекс взял девушку за руку и повел ее, не способную к дальнейшему сопротивлению, к ожидающей их яхте.

Вдали, за угольно-черной водной гладью канала, мерцали огни Венеции. Лори остановила взгляд на бледно-оранжевом прямоугольнике, но он тут же погас. Люди ложатся спать. Ее передернуло от озноба, и она плотнее закуталась в кремовый шелковый пеньюар, который обнаружила в сумке, заботливо уложенной синьорой Черезо. Она резко отвернулась от окна и еще раз оглядела спальню.

Мягкий свет настенных ламп лился на роскошную антикварную мебель, сделавшую бы честь любому международному аукциону. Но у Лори в глазах стояла только одна лишь кровать с украшенной восхитительной резьбой деревянной спинкой. Пока она принимала ванну, горничная уже аккуратно свернула покрывало.

Лори стояла возле кровати, не в силах отвести от нее взгляда, нервно теребя пальцами кремовые ленточки, завязанные на шее, и вслушивалась в шум льющейся из душа воды. Она представила себе это сильное загорелое тело в водяных струях, медленно перевела взгляд на дверь, и ее зеленые глаза расширились от ужаса.