Чтение онлайн

Он вышел на улицу, к своей карете. Утренний воздух показался ему внезапно удушающим.

«А может, война и не состоится, – мелькнула у него следующая мысль. – Посмотрим, сумеет ли барон Градов добраться до здания суда живым и невредимым…»

Он резко дёрнул дверцу кареты и скрылся внутри, отдавая кучеру приказ везти его прочь от этого места. Прочь от старомодных идеалов и глупых предрассудков.

В мире, где он жил, место было только для сильных и беспринципных. И он намеревался это место занять.

По дороге во Владивосток

Немного позже

Карета вновь покачивалась на ухабах, но на этот раз я не смотрел в окно. Я закрыл глаза, позволив сознанию оторваться от тела и устремиться вперёд, в прохладное небо, в тело одного из воронов.

Ощущение, хотя я уже не раз переносился в птицу, было всё ещё непривычным – ветер, бьющий в перья, земля, плывущая далеко внизу, и острое, ясное зрение, видящее каждую травинку.

Я вёл птицу в километре впереди нашего небольшого кортежа, прочёсывая местность. И моя предосторожность оказалась не напрасной.

Впереди за поворотом дороги, где старый мост через пересыхающий ручей создавал идеальное место для засады, я их увидел. Десять, может, двенадцать человек. Спрятались в кустах у обочины, укрылись за каменными опорами моста. В руках арбалеты, похоже, что с магическими болтами.

Очередные наёмники.

Моё сознание мгновенно вернулось в тело. Я открыл глаза, встретившись со встревоженным взглядом Трояка, который, видимо, почувствовал моё резкое возвращение.

– Останавливаемся, – мой голос прозвучал резко и тихо. – Все. Немедленно.

Карета замерла. Секач тут же подскакал к окну.

– Проблема, ваше благородие?

– Засада впереди, у старого моста, – я быстро описал обстановку. – Десять человек – галопом вперёд! Обойти их слева, через холмы. Не вступать в бой, пока не будет сигнала. Всем остальным – поднять воронов!

Я снова закрыл глаза, возвращаясь к ворону. Мои всадники быстро приближались к засаде и заходили в тыл к ничего не подозревавшим наёмникам. А с неба на них уже пикировали птицы.

Я мысленно отдал приказ своему ворону, и он ринулся вниз вместе с остальными.

Это было страшное и завораживающее зрелище. Вороны, словно метеоры, врезались в позиции наёмников. Магические взрывы один за другим разорвали тишину. Грохот смешался с криками.

Когда дым немного рассеялся, мои всадники уже мчались по дороге. Они добили тех, кто уцелел, кто пытался отползти или подняться. Бойня была быстрой и безжалостной. Наёмники, рассчитывавшие на внезапность, не имели ни единого шанса.

Через несколько минут всё было кончено. Наша процессия тронулась снова, теперь уже минуя это мрачное место, усеянное обгоревшими телами и обломками.

Я молчал. Каждая такая стычка, каждая смерть… Они приближали то, что было неизбежно. Войну. Полномасштабную и беспощадную.

Ближе к Владивостоку я начал ощущать давление технологического поля города. Тонкое, но неумолимое. Моя магия, всегда бывшая продолжением меня самого, начала слабеть, становиться вязкой, непослушной.

Когда мы приблизились к окраинам города, на дороге показалась полицейская машина – чёрная, блестящая, с мигалкой на крыше. За ней – армейский броневик с солдатами в полной экипировке. Машины остановились, перегородив дорогу. Из броневика вышел офицер имперской армии с недовольным лицом.

– Барон Владимир Градов? – спросил он, подходя к моей карете.

– Он самый, – ответил я, открывая дверцу.

– Капитан Михайлов, – он отдал честь. – Мы сопроводим вас до здания суда.

Я усмехнулся, глядя на его безупречный мундир и новенький броневик.

– Где же вы раньше были, капитан? Нас по дороге дважды пытались отправить на тот свет. Ваша помощь пригодилась бы немного раньше.

Офицер покраснел, но его лицо осталось непроницаемым.

– Мы обеспечиваем безопасность в пределах городской черты, ваше благородие. То, что происходит за её пределами, не наша юрисдикция. Но теперь вы под нашей защитой.

«Как удобно», – подумал я.

– Ну ладно. Что есть, то есть. Поехали.

Наш кортеж, теперь усиленный военными, тронулся дальше. Владивосток встретил нас серыми улицами, людьми, спешащими по своим делам, и всё усиливающимся гнётом технологического поля.

Наконец, мы подъехали к массивному, помпезному зданию суда из тёмного камня. У подножия высокой лестницы уже толпились люди – зеваки, журналисты с фотоаппаратами, охрана.

Там же, у крыльца, я увидел Базилевского. Он о чём-то оживлённо беседовал с пожилым дворянином, но, заметив мою карету, быстро извинился и поспешил к нам.

– Владимир Александрович! Как доехали?

– Всё как и предполагалось, – я вышел из кареты, поправляя пиджак. – Было немного оживлённо. Но мы справились.

– На вас всё-таки напали? Наёмники?

– Да. Всё, как мы и думали.

Филипп Евгеньевич свёл брови и мотнул головой.

– Неслыханная наглость! Атаковать по дороге в суд!

Я лишь пожал плечами.

– Ну что, Филипп Евгеньевич, вы готовы к заседанию?

Его лицо сразу стало собранным, профессиональным. Он расправил плечи и кивнул:

– Как никогда. Мы размажем альянс, даже не сомневайтесь! У меня всё подготовлено, все доказательства выстроены в безупречную цепь. После сегодняшнего дня о Муратове будут говорить только в прошедшем времени.

– Не сомневаюсь, – я похлопал его по плечу и двинулся к широким мраморным ступеням. – Идёмте. Посмотрим, чем всё это закончится.

Поднимаясь по ступеням под пристальными взглядами собравшейся толпы, я мысленно добавил: «И будем готовы к тому, что следом начнётся…»

Судья Малиновский вошёл в зал и, не церемонясь, ударил молотком.

– Итак, начнём заседание! – его голос рокотом разнёсся по залу. – Господа, я должен признаться, что это одно из самых запутанных дел, с которыми мне приходилось работать. Однако на прошлом заседании сторона защиты заявляла о намерении признать вину. Если так, то мы можем закончить всё быстро. Господин Воротынский, готовы ли вы подтвердить свою позицию?

Все взгляды устремились на сторону защиты. Муратов смотрел сквозь стол, не шевелясь. Фон Берг, напротив, постоянно ёрзал и поправлял воротник.