Чтение онлайн

Процедуры работоспособны. Руки помнит, голову — нет. А времени объяснять заново нет. Миссия сейчас. Серёга рядом, ноутбук подключён, модем сидит на барной линии. Придётся работать с тем, что есть. С калькулятором без памяти.

— Брат, ты чего? — Серёга, заметив заминку. — Соединился. Это их удалённый вход. Смотри, до диспетчерской добежало.

— Угу, — Антон вернулся. — Угу, вижу. Слушай, дай на секунду — я тут гляну одну настройку. Можно?

— Конечно, держи.

Серёга развернул ноутбук к Антону. Клавиатура под ладонью. Тёплый пластик, клавиши чуть залипали, пальцы легли привычно. От экрана пахло озоном и нагретой пылью.

Всё совпало: угол, тишина, нужный градус. Тишина — не полная, из зала долетал смех и музыка, но здесь, в углу, было тише, и ноутбук гудел вентилятором, и этот звук закрывал всё остальное. Водка внутри — две рюмки, порог снижен, но контроль на месте. Серёга рядом — живой, тёплый, доверяющий. Только что показал ему рабочий дозвон с чужой городской линии — свою работу, свою гордость. И Антон сейчас использует всё это. Всю доброту. Всё доверие. Весь вечер.

Ладно. Поехали.

ВХОД В ТРАнС. ПРЕДВАРИТЕЛЬнАЯ СТИМУЛЯЦИЯ: АДРЕнАЛИн +15%. ПОДАВЛЕнИЕ ПРЕФРОнТАЛЬнОЙ КОРЫ: АКТИВнО.

Он сидит. Он не здесь. Его руки лежат на клавиатуре не для вида. Они работают — быстро, ровно, чужой точностью. Экран перед Антоном — вход. Агент читает глазами носителя и тут же ведёт его пальцы дальше. Глаза полуприкрыты. Пальцы живут отдельно от него.

Где-то внутри — тонкий высокий звук, которого нет в комнате. Нейрохимическая стимуляция. Он слышит её как далёкий тональный набор — тии-тии-тии — и это единственный звук, который принадлежит ему.

На экране мелькали каталоги. Агент переключал директории быстрее, чем человек мог бы прочитать, но человек и не читал. Адресные книги клиентов, журналы, конфигурация линий, графики. Каждый файл — доля секунды, и дальше, дальше. Агент отбирал, сортировал, запоминал. Ещё один каталог. Четыре файла. Один назван слишком аккуратно, как приманка. Агент не отмечает подвоха. Просто идёт дальше. Пальцы Антона успевают за экраном. Чужая клавиатура на чужом ноутбуке. Чужой ноутбук друга, который рассказывает ему байки. Тёплый пластик. Тёплый голос. Холодные руки.

Серёгин голос из тумана транса. Не слова, только ритм, знакомый, как тактовая частота:

— …ты знаешь, брат, у меня дома кот третий год на этой клавиатуре спит. Я ему подушку купил, специально, за свои. Так он подушку скинул и обратно на клавиатуру лёг. Жена говорит — выкини клавиатуру. Я говорю — ты выкини кота. Жена молчит. Клавиатура на месте. Кот на месте. Жена… ну, жена тоже на месте. Пока что.

ПЕРЕДАЧА МАССИВА ЧЕРЕЗ ЗРИТЕЛЬнЫЙ КАнАЛ. МОТОРнЫЙ КОнТУР АКТИВЕн. ПРОГнОЗ: ЗАВЕРШЕнИЕ ЧЕРЕЗ 8 МИнУТ.

Восемь минут. Он сидит. Руки на клавишах. Взгляд скользит по экрану не его волей. Пальцы бегут по клавишам: фамилии, адреса, маршруты, время. Фрагменты чужих жизней, сведённые в строки. Одна строка — фамилия. Другая — адрес. Третья — время выезда, 06:45. Чей-то рабочий день, от которого зависит чья-то жизнь. Он не читает. Его здесь ровно столько, чтобы тело не сбилось.

Серёгин голос. Ближе. Дальше. Ближе. Ритм меняется — Серёга жестикулирует, значит ему интересно, значит ему хорошо. Серёге хорошо. Серёга не знает.

Из дальних каталогов тянулись районы. Юго-Запад. Тушино. Люблино. Сотни записей, у каждой — счёт, адрес, телефон. Он не знает этих людей. Агент их тоже не знает. Для Агента это данные. Для Антона в трансе — ничего. Его собственное дыхание — ровное, чужое, управляемое. Не он дышит. Дышат за него.

Серёга вдруг остановился. На середине фразы, как обрыв линии.

— …Батя его притащил с завода…

Смотрит в стакан. Рюмка пустая. Крутит её в пальцах — медленно, по кругу, по кругу. Пальцы крупные, с обкусанными ногтями, и рюмка в них казалась маленькой, детской.

— Он же… батя…

Пауза. Три секунды. Рот открылся, закрылся. Серёга сглотнул — видно было, как двинулся кадык. Рука с рюмкой остановилась. Глаза мокрые, и не от водки. Что-то в лице дрогнуло — не тень, не облако — всё лицо целиком, словно под кожей что-то треснуло и не починилось.

— Тебе не рассказывал?

Тишина. Две секунды. Три. Серёга ждал ответа. Смотрел на Антона — ждал. Любого слова. «Нет». «Что случилось». «Расскажи». Антон не отвечал. Он не мог ответить — руки на клавишах, лицо восковое, взгляд мимо, сквозь, через. Серёга принял тишину за ответ. За «нет, не рассказывал». Или за «не хочу слушать». Или за что-то третье, чему не умел дать имени, но чувствовал — в том месте, где водка уже не грела.

Серёга открыл рот. Закрыл. Снова открыл. Словно хотел сказать целую фразу, и фраза не пролезала через горло. Потом:

— Он ведь… — И всё. Не договорил. Выдохнул коротко, как от удара. Два пальца прижал к переносице, стиснул. Крепко. Побелели костяшки.

— Ладно. Не важно.

Хмыкнул. Смех не вышел. Взял рюмку, повертел, поставил. Тихо, аккуратно, как ставят хрупкое.

— Короче… Клавиатура — это отдельная тема, брат. Немецкая школа. Надёжность сумасшедшая. Даже шифт не залип. В отличие от некоторых модемных котов.

Антон в трансе. Слышит. Батя. Серёгин батя. Он не может остановиться. Пальцы бегут по клавишам, экран ведёт их дальше. Батя. Что-то. Серёгины глаза. Что-то в них только что было — и ушло. Антон хочет спросить. Хочет сказать — что? «Расскажи»? «Что случилось»? Хочет протянуть руку. Хочет. Остановить этот поток. Посмотреть ему в глаза. Сказать — «Серёга, я слышу тебя. Расскажи». Данные продолжают литься. Он не может. Агент не отпустит. Тело — не его целиком. Восемь минут — не его. И Серёгин батя — не его. Ничего не его.

СУБЪЕКТ нОСИТЕЛЯ: АнОМАЛИЯ. ЭЛЕВАЦИЯ КОРТИЗОЛА +34%. СЕРОТОнИн -12%. ПАТТЕРн ВАГУСА: АнАЛОГИЧЕн РЕАКЦИИ нА ОШИБКУ ИСПОЛнЕнИЯ. нО ОШИБКИ нЕТ. ЗАДАнИЕ ВЫПОЛнЯЕТСЯ КОРРЕКТнО. ПРИЧИнА АнОМАЛИИ: нЕ УСТАнОВЛЕнА.

А?АЛИЗ ПРЕРВА?. СИ?ХРО?ИЗАЦИЯ ПОТЕРЯ?А. ПЕРЕЗАГРУЗКА КА?АЛА.

Антон прочитал и подумал: он опять как в начале. В ту сентябрьскую ночь в подвале. Снова всё заглавными, снова Н везде выпала. Потерял кусок памяти. Или память потеряла его.

Через несколько секунд всё вернулось. Снова короткие заголовки, ниже — строчки с заплатанной н. Как раньше.

ОТКРЫВАЮ СУБАГЕнТА: ЭМОЦИОнАЛЬнЫЙ КОнФЛИКТ нОСИТЕЛЯ. ПАРАМЕТР: БИОХИМИЧЕСКАЯ СТОИМОСТЬ нЕ ПРОПОРЦИОнАЛЬнА РЕЗУЛЬТАТУ. КЛАССИФИКАЦИЯ: нЕ ПОДЛЕЖИТ. СОХРАнЯЮ ДАннЫЕ ДЛЯ ДАЛЬнЕЙШЕГО АнАЛИЗА.

Я вижу, как у него ломается голос, и всё равно наливаю ему ещё. Потому что у меня тоже голос ломается, только я научился врать раньше, чем он.