Чтение онлайн

Я снова достаю маленький нож и на этот раз режу глубже поперёк ладони, позволяя крови собраться. Ритуалы тёмнокровных требуют жертвы — цена, которую мы платим за общение с тем, что лежит по ту сторону. Я начинаю заклинание, которому учила меня бабушка, слова, передававшиеся через поколения Салемов.

— Кровь к крови, прах к праху, — бормочу я, позволяя своей крови капать на запечатанную крышку. — Я призываю связь, что соединяет нас сквозь завесу. Почтенный предок, я ищу твоей помощи в войне, что никогда не кончалась.

В зале становится холоднее, моё дыхание образует облачка во внезапно леденящем воздухе. Кровь на саркофаге не капает и не скапливается, а словно впивается в сам камень, исчезая, будто поглощённая. Резьба начинает светиться слабым красным светом.

— По праву крови и родовой линии, я прошу того, что осталось, когда плоть отпала, — продолжаю я, слова становятся сильнее, когда я чувствую присутствие чего-то древнего, пробуждающегося. — Не чтобы потревожить твой покой, но чтобы пронести твою сущность вперёд в нашей общей цели.

Низкий скрежещущий звук наполняет зал, когда крышка саркофага слегка сдвигается. Из узкой щели начинает подниматься тонкий тёмный прах — не высыпаясь наружу, а паря вверх, бросая вызов гравитации. Он зависает в воздухе передо мной, вращаясь узорами, слишком преднамеренными, чтобы быть случайными.

Я протягиваю маленький кожаный мешочек, который Дейн предоставил ранее, раскрывая его широко. — Я принимаю этот дар с благодарностью и целью, — завершаю ритуал. — Когда наша задача будет выполнена, то, что останется, вернётся к покою.

Прах струится в мешочек сам по себе. Когда последние частицы попадают внутрь, я затягиваю шнурок и завязываю его тремя узлами, запечатывая ритуал.

Температура в зале постепенно возвращается к норме. Я поворачиваюсь к Дейну.

— Готово, — говорю я, мой голос хриплый.

Дейн приближается, его янтарные глаза изучают меня с тревожащей интенсивностью. — Ты в порядке?

— Не притворяйся заботой, — огрызаюсь я, убирая мешочек в безопасный внутренний карман. — Мы получили то, что ты хотел. Пошли.

Он тянется к мешочку. — Мне стоит нести его. Близость к твоей крови может активировать его преждевременно.

Я отступаю. — Нет. Это мой предок, моя ответственность. Я понесу его.

— Прах — не просто компонент, Эсме, — говорит Дейн, понижая голос. — Это проводник для магии смерти. Даже с твоими способностями, подавленными этой таблеткой, твоё природное сродство заставит прах реагировать.

— Тогда я буду осторожна. — Я направляюсь к выходу, не желая продолжать спор в этом священном пространстве.

Дейн следует, его шаги неестественно тихи по каменному полу. — Твоя бабушка одобрила бы твоё почтение, — говорит он спустя момент.

Я резко останавливаюсь, поворачиваясь к нему лицом. — Прекрати это. Прекрати говорить о моей семье, словно ты знал их.

— Я не говорил, что знал её, — осторожно отвечает он.

— Но ты намекаешь. Точно так же, как ты каким-то образом точно знал, где найти могилу Салема в катакомбах, куда, предположительно, никто не имел доступа веками. — Я делаю шаг ближе, вглядываясь в него. — Что ты от меня скрываешь, профессор?

На мгновение что-то древнее мелькает в его глазах — не золото дракона, а что-то старше, что-то, что узнаёт меня так, как я не понимаю.

— Многое, — наконец говорит он. — Но ничего, что помогло бы нам завершить нашу задачу сегодня ночью.

Я удерживаю его взгляд ещё долгий миг, прежде чем отвернуться. — У нас есть прах. Давай вернёмся, пока кто-то не заметил нашего отсутствия.

Пока мы пробираемся обратно через извилистые проходы, я не могу отделаться от ощущения, что прах в моём кармане пульсирует с каждым ударом моего сердца — крошечное эхо давно умершего предка, пробуждённое и осознающее. И хотя я не призналась бы в этом Дейну, я чувствую, что за нами следят бесчисленные незримые глаза, пока мы покидаем катакомбы, словно вся история тёмнокровных, погребённая под Хитборном, встрепенулась от присутствия Салема в их среде.

Что беспокоит меня больше всего — не тяжесть их осуждения, а чувство, что они узнают и Дейна тоже.

Глава 22

Сервисная шахта за северной башней Хитборна не была рассчитана на комфорт. Я протискиваюсь через узкий проём, скребя плечо о грубый камень, следуя за Дейном во тьму. Кислый запах старой влаги и чего-то вроде окисленного металла заполняет ноздри, пока мы спускаемся. Согласно Дейну, эти туннели старше самого Хитборна — остатки более древней структуры, что когда-то стояла здесь, построенной прямо над схождением семи мощных лей-линий. Идеальное место, чтобы черпать древнюю силу, и идеальное место, чтобы умереть, если мы сделаем один неверный шаг.

Мы здесь ради четвёртого, и я надеюсь, последнего ингредиента, требующего сбора.

— Следи за шагом, — предупреждает Дейн, его голос слегка отражается в ограниченном пространстве. — Структурная целостность уменьшается, чем глубже мы спускаемся.

— Обнадеживает, — бормочу я, проверяя каждый камень, прежде чем перенести на него вес. Моё маленькое заклинание света освещает лишь несколько футов впереди, обнажая неровные полы и стены, что, кажется, потеют от влаги. — Насколько дальше до этой точки схождения?

— Три уровня вниз, затем на восток через старые покои святилища. — Он движется с нечеловеческой уверенностью в почти-тьме, его тело излучает достаточно тепла, чтобы создать лёгкий ореол в холодном, влажном воздухе. — Источник воды находится точно в центре, где пересекаются все семь лей-линий.

Я следую близко, осторожно, чтобы не потерять его из виду в извилистых проходах. Стены вокруг нас меняются по мере спуска, переходя от грубо отёсанного камня к более продуманной архитектуре. Появляются древние руны, вырезанные в стенах через равные промежутки — не символы чистокровных, а что-то старше. Они слабо пульсируют, когда мы проходим, реагируя на наше присутствие.

— Эти отметины, — говорю я, указывая на особенно замысловатый набор. — Они не тёмнокровные и не чистокровные.

— Потому что они предшествуют расколу, — отвечает Дейн, не оборачиваясь. — Из времён, когда магия была просто магией, прежде чем ваш род и чистокровные разделили её на противоположные философии.

— Мой род ничего не разделял, — парирую я. — Чистокровные охотились на нас, потому что боялись нашей связи со смертью.

Дейн издаёт неопределённый звук и продолжает вперёд. Проход расширяется в то, что когда-то было церемониальным преддверием. Крошащиеся колонны поддерживают потолок, вырезанный с небесной картой — звёзды и созвездия расположены так, как они появлялись бы веками ранее. Вода сочится по одной стене, собираясь в мелкий бассейн, прежде чем исчезнуть через трещину в полу.