Чтение онлайн

Грегори молча кивнул на прощание и, бросив короткое «спокойной ночи», развернулся и ушел. Его шаги быстро затихли в пустом коридоре. Я зашла в комнату, щелкнув замком. Лизи внутри не было. Ее кровать была по-прежнему пуста, одеяло идеально заправлено, подушка — нетронута. Тревога сжала сердце ледяными пальцами. Я присела на кровать, не в силах заставить себя лечь и уснуть. Где Лизи? Что с ней случилось? Эти мысли грызли меня изнутри.

Вдруг я услышала тихий, едва уловимый скрип открывающейся оконной створки. Я резко обернулась, сердце испуганно заколотилось. Но тревога оказалась ложной. В комнату, бесшумно, как призрак, прыгнул Барсик. Он смерил меня своим спокойным, всепонимающим взглядом, прошел через всю комнату к кровати Лизи. По-хозяйски запрыгнул, обнюхал подушку, с умным видом потоптался на одеяле и улегся, свернувшись тугим клубком, словно спал здесь всегда.

Я только покачала головой, слишком уставшая и морально истощенная, чтобы удивляться или прогонять его. Перед тем как погасить свет, я заметила, что с одной из его передних лап что-то не так. Он как будто берег ее, не наступая полноценно.

Утром я проснулась от первого луча солнца, пробившегося сквозь окно, и первая же мысль была о Лизи. Не тратя времени на умывание и завтрак, я накинула платье и помчалась в деканат. Я бежала по залитым утренним солнцем коридорам, мимо сонных студентов, и мое сердце бешено колотилось, отдаваясь в висках тяжелыми ударами. Все возможные ужасы проигрывались в моей голове: ее похитили, она попала в беду, ее убили... Пугающие картинки сменяли одна другую, заставляя меня бежать быстрее.

В деканате за столом, заваленном кипами бумаг, сидела лишь одна из студенток-практиканток, девушка с добрыми, немного растерянными глазами и двумя очаровательными ямочками на щеках.

— Элизабет Грауг? — Она озадаченно перебирала бумаги, сдвинув брови домиком. Мой сумбурный рассказ она приняла скептически, отчего-то решив, что Лизи отчислили, и она просто постеснялась мне об этом сказать. — Кажется, я видела это имя... Давай поищем ее личное дело в общем архиве. Может, там есть адрес родителей. Напишешь им и сразу убедишься, что она уже дома. Я бы и приказ декана поискала, но у меня к ним нет доступа.

Мы потратили добрых полчаса, перебирая пыльные папки в огромном шкафу, и я уже почти отчаялась, чувствуя, как паника подступает к горлу, как вдруг дверь в кабинет распахнулась и на пороге возникла грозная фигура секретарши декана, госпожи Ренар. Это была высокая, дородная женщина с поистине королевской осанкой, шикарной высокой прической из каштановых волос, уложенных в сложную конструкцию, и пронзительным взглядом холодных серых глаз, способным пригвоздить к стене самого дерзкого студента. Она была одета в строгое платье из темно-синего бархата с высоким воротником, отделанным кружевом, а ее длинные, изящные пальцы украшали несколько внушительных перстней с темными, мерцающими камнями.

— И что это тут происходит? — ее холодный низкий голос заставил практикантку подпрыгнуть. — Почему без моего ведома и разрешения кто-то роется в личных делах студентов? Это закрытая информация и неслыханная дерзость!

Щеки практикантки вспыхнули алым, и она начала заикаясь оправдываться. Я, собрав все остатки смелости, шагнула вперед, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Моя соседка, Элизабет Грауг, пропала! Ее не было всю ночь в комнате! Я... я хотела найти адрес ее родителей, чтобы написать им, может, они что-то знают! Я очень беспокоюсь!

Госпожа Ренар медленно, с нескрываемым превосходством подняла одну искусно очерченную темную бровь.

— Пропала? Милочка, — сказала она, растягивая слова, — она не пропала. Студентка Грауг была удостоена особой чести. В качестве поощрения за особое усердие в учебе ее перевели в другую академию магии с более соответствующим ей направлением в обучении. Декан Нелавиль любезно согласился ее проводить.

Я остолбенела, не веря своим ушам.

— Что? Но... когда она вернется? Почему она мне ничего не сказала?

Секретарь с легким, брезгливым раздражением, словно отгоняя назойливую муху, порылась в другой, аккуратной папке на своем столе и протянула мне листок. Это был официальный приказ на бланке академии, заверенный подписями ректора и декана, о переводе студентки Элизабет Грауг. И тут краем глаза, пока я пыталась осмыслить написанное, я успела заметить странное. Буквы в графе новое место обучение плясали и надпись академия Эзгархандер вдруг менялась на домашнее обучение, замок Серебряные Холмы. Сердце пропустило удар. Это же родовое поместье Нелавилей!

Ректор повез Лизи... в свой родовой замок? Зачем? Для чего? Я машинально поблагодарила госпожу Ренар и вышла из кабинета, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Нужно было срочно найти Грегори и выведать у него, что все это значит. Он должен знать!

Но удар колокола, возвещающий о начале занятий, поменял все планы. Пришлось, проклиная все на свете, мчаться на первую лекцию историю магических войн Нового Века. Я влетела в аудиторию в числе последних и плюхнулась на первое свободное место. Я сидела, не слыша ни слова, уставившись в одну точку на столе, где какой-то шутник вырезал сердце, пронзенное стрелой. Зачем ректору понадобилось тащить с собой простую студентку, да еще и в свое родовое гнездо? Что за дела такой важности могли там быть? Может, у меня что-то с глазами и там не было двоящегося текста?

Доведя себя до головной боли, я с раздражением поставила локти на стол. Нет смысла терзаться догадками. Лучше заняться более полезным делом. Я достала из сумки свой верный, потрепанный гримуар и начала листать его, ища подходящий, не слишком сложный, но эффектный рецепт зелья красоты. Я так увлеклась сравнением ингредиентов для «Сияния Венеры» и «Эликсира Лунной Феи», что не заметила, как преподаватель, сухопарый, жилистый маг с острой седой бородкой клинышком и пронзительными голубыми глазами, остановился прямо перед моей партой.

— Госпожа Даронг, — произнес он, и его тихий, но четкий голос заставил затихнуть всю мирно жужжащую аудиторию. Все взгляды мгновенно устремились ко мне. — Я вижу, вы находите мою лекцию о тактических просчетах в Битве при Генгане недостаточно интересной, чтобы удостоить ее своим вниманием. Не соблаговолите ли выйти к доске и просветить нас, несведущих, по данному вопросу?

Ладони моментально взмокли. Меня грубо выдернули из моих мыслей и рецептов, и я не имела ни малейшего понятия, о чем он только что говорил последние двадцать минут. Я медленно поднялась, чувствуя, как предательский жар заливает щеки, и поплелась к доске, под насмешливыми и любопытными взглядами сокурсников.

— Ну? — преподаватель господин Вейн скрестил руки на груди, его взгляд был непроницаем. — Прокомментируйте, пожалуйста, с точки зрения магической метастратегии, ключевой просчет мага-мятежника Аларика Рыжего в битве при Пепельных Холмах. Что привело к разгрому его армии, несмотря на первоначальный перевес в силах?

Я молчала, уставившись на меловую пыль у своих ног. Мой разум был пуст. Сзади раздался сдержанный, но отчетливый смешок. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, готовая провалиться сквозь пол от стыда и унижения.