Чтение онлайн

— Это радует, — довольно тихо, но отчетливо произнес супруг. Затем, будто очнувшись от неприятных мыслей, озорно улыбнулся и сказал: — Значит, у нас есть еще время, чтобы показать леди Аделаиде наш уютный дом.

— Разумеется, — понимающе улыбнулся дворецкий.

А я смущенно покраснела, ведь все неподобающие мысли явно отразились на лице моего личного кошмара. Дамас, не обращая внимания, потянул меня за собой.

Следуя за мужем, я оглядывалась по сторонам, желая рассмотреть обстановку. Мы очутились в просторном холле с лестницей, ведущей на второй этаж. Он был выдержан в темных тонах, с отделкой из резных деревянных панелей. В воздухе витал тонкий запах кожи и воска. Двери, располагающиеся на первом этаже, по бокам от лестницы, были закрыты. По вскользь оброненным словам темного, там находились гостиная и столовая. И еще пара распахнутых дверей вела вглубь дома.

Мы же поднимались по ступеням. Наши торопливые шаги гулким эхом отражались по холлу, так как покрытия на каменных ступенях не было. Слева находились: спальня хозяина, его кабинет и комнаты для семьи, а справа — гостевые покои.

Я ожидала, что мы пройдем в левое крыло особняка, но Дамас меня удивил, потянув вправо.

— Не хочу стеснять отца, — ответил муж на мой недоуменный взгляд. — Да и в гостевом крыле нас станут искать в последнюю очередь.

— Тебе не кажется, что ты ведешь себя неприлично, — хмуро спросила я.

— Нет, — сияя белозубой улыбкой, притянул меня к себе супруг и, громко поцеловав в лоб, добавил, увлекая в одну из спален для гостей: — Я же дома. Мне все можно.

Затем закрыл дверь за недовольно-смущенной мной и миролюбиво исправился:

— Нам все можно. Ты же теперь тоже принадлежишь к роду дер Килен.

И состроил такую умильную мордашку, что я не стала продолжать спор.

— Ты невыносим, — сдалась я, рассматривая помещение, которое на ближайшие два дня станет моей комнатой.

Оно оказалось просторным с минимальным количеством мебели. Большая кровать со столбиками по краям, но без ненавистного балдахина, темно-синий ковер с коротким ворсом на полу, небольшой шкаф и комод по углам стены, напольное зеркало в серебряной оправе, мягкий пуф перед ним. Все было выдержано в голубых и синих тонах. Несмотря на холодные тона, спальня мне понравилась.

— Ну как? — поинтересовался моим мнением муж.

— Одобряю, — чопорно кивнула я и взвизгнула, рассмеявшись, когда неудовлетворенный моим ответом супруг, ощутимо ущипнул за ягодицу.

— Надо проверить, не скрипит ли здесь кровать, — утягивая меня к обсуждаемому предмету мебели, серьезно сказал Дамас. — Если да, то займем другую спальню.

— Я думала, что на всех гостевых, да и хозяйских покоях, наложены чары тишины, — удивилась, покорно следуя за темным.

— Ты права, — согласился муж, присаживаясь на край постели. И, предвидя мое возмущение, доверительно добавил, устраивая меня на коленях: — Но ты же в доме темного мага. А мы просто помешаны на заговорах, поэтому будем проверять.

И, пресекая мое негодование, поцеловал меня. Сначала я сопротивлялась, пытаясь отстраниться и потребовать, чтобы он наложил полог тишины, но, как и всегда, потерпела неудачу, поддавшись его напору и умелым ласкам.

К обеду мы спустились вовремя. На первом этаже слева от главного входа в особняк были открыты двери, у которых нас ждал дворецкий. Увидев спускающихся нас, он улыбнулся и шагнул внутрь, чтобы громко доложить о нашем приближении.

Дамас демонстративно закатил глаза и недовольно фыркнул.

Когда мы вошли в огромное помещение, в центре которого стоял длинный прямоугольный стол, рассчитанный на целый род, вспыхнули магические шары под потолком.

Я кинула удивленный взгляд на одно из нескольких окон, чтобы убедиться, что на улице достаточно светло. Перевела взгляд на мужа, ожидая пояснения.

— Сейчас узнаешь, — таинственно ответил супруг и приободряюще похлопал по моей руке, покоящейся на сгибе его локтя.

При нашем появлении мужчина, что сидел во главе стола, напротив от входа, встал и галантно поклонился, внимательно рассматривая меня.

— Добрый день, отец, — начал Дамас, когда мы подошли ближе, — позволь представить тебе мою жену — Аделаиду дер Килен.

— Очень рад, что такая красавица решилась войти в наш род, — мягко улыбаясь, протянул руку мужчина.

Я же в это время тоже разглядывала свекра. Он был красив. Волосы у него были как у сына — такие черные, что отливали в синеву, только коротко пострижены. Упрямая линия подбородка, острые скулы. Одежда без лишних украшений, но из дорогой ткани и хорошего пошива. Явно, что подгоняли по фигуре. Эрнест дер Килен относился к тому числу мужчин, которых подобно хорошему вину не портят прожитые года. Напротив, с возрастом они приобретают изысканность манер и определенный лоск во внешности. Длинные ухоженные пальцы, мягко, но крепко обхватившие мою ладонь, благородная седина на аккуратно подстриженных висках, тоненькая ниточка усиков над верхней губой. И неожиданно горячие упругие губы, запечатлевшие поцелуй на моей кисти.

— Милая, это мой отец — Эрнест дер Килен, — представил, согласно этикету, муж своего родителя.

Я смущенно улыбнулась и попыталась вернуть захваченную в плен конечность, но мне не позволили. Свекор сам подвел меня за руку к накрытому приборами столу и, придвинув стул, вновь занял свое место. Мужу пришлось занять место напротив меня.

— Как вам наш дом? — вежливо поинтересовался мужчина, прожигая меня своими темно-карими, почти черными, глазами.

— Он прекрасен, — краснея, ответила я, бросив взгляд на довольного мужа. И, ожидая, когда нам подадут первые блюда, поинтересовалась: — У вас, наверное, всегда много гостей, раз каждая спальня содержится в идеальном состоянии?

— Да, у нас когда-то было много посетителей, ведь мы практически каждую неделю устраивали праздники. Этот дом никогда не затихал, даже ночью, ведь некоторые друзья безумно громко храпели. Но все это было очень давно, когда была жива моя Луиза, — лицо хозяина исказила такая боль, что мне невольно стало не по себе. Его глаза в мгновение ока омертвели, губы застыли в горькой улыбке.

Перевела взгляд на мужа. Дамас опустил глаза, и я заметила, как уголки его губ дернулись вниз, на какой-то неуловимый миг сложившись в скорбную гримасу. Было видно, что женщину, с которой я никогда не познакомлюсь, здесь безумно любили. Но затем он поднял на меня взгляд своих нереально синих глаз и мягко улыбнулся.

— Но я всегда рад нежданным визитерам, — очнувшись от воспоминаний, посмотрел на меня осмысленно мужчина. — Именно поэтому все гостевые покои каждый день приводят в порядок.

— Простите, — виновато опустила глаза, — я не хотела…

— Перестаньте, Аделаида, в этом нет вашей вины. Просто все здесь напоминает о ней, я ничего не меняю, так как не хочу забывать, — доброжелательно констатировал Эрнест дер Килен. И вдруг, скривив рот в какую-то странную улыбку, проговорил, жадно разглядывая меня: — Тем более что надежда еще есть.