Чтение онлайн

— Что? — кинув недоумевающий и испуганный взгляд на супруга, спросила я. Сердце сжалось в предчувствие надвигающейся беды.

— Ничего. Не обращайте внимания, дорогая Аделаида, — сконфуженно отвел он взгляд в сторону. — Просто нелепое бормотание одинокого старика.

Я скептически оглядела этого "старика". Да он на него никак не тянул. Отец супруга вполне мог дать своему сыну фору.

— Вы, наверное, голодные, — посмотрел хозяин дома на Дамаса, — оставим разговоры на потом. Давайте обедать.

На лице мужа мелькнуло удивление пополам с тревогой, но он быстро взял себя в руки и согласно кивнул, подарив мне успокаивающую улыбку.

Остаток обеда мы провели за необременительной беседой. Эрнест дер Килен особенно подробно выспрашивал у нас о том, что произошло на обрядах бракосочетания. Так как мы не считали это чем-то секретным, то рассказали все, что произошло в Храмах.

— Прошу простить меня, — закончив обедать, встал из-за стола хозяин дома. — У меня есть еще дела. А вы можете прогуляться по окрестностям, посмотреть на наш зимний сад, наверняка найдете что-то интересное.

И с довольным видом покинул наше общество.

— Он всегда такой? — спросила я тихо, когда за свекром закрылась дверь.

— Почти, — с тяжелым вздохом признался супруг. — Но обычно он более мрачный.

— Значит, мне еще повезло? — немного нервно пошутила я. Предчувствие грядущего несчастья не покидало меня.

— Еще как, — бросив салфетку на стол, поднялся из-за стола муж. — Пойдем, прогуляемся до сада.

Я с удовольствием согласилась. Хотелось отвлечься от неясных беспокойных ощущений.

Оставшуюся часть дня мы провели в прекрасном зимнем саду, который был детищем покойной хозяйки. По рассказам Дамаса, весь замок буквально дышал воспоминаниями-напоминаниями о ней. Там было множество камелий, которые просто кружили голову источаемым сладким, но не приторным ароматом.

Спускаясь к ужину, я нервничала. Отчего-то не хотелось вновь встречаться с хозяином дома. Видимо, Темные Богини были ко мне благосклонны, так как ужинали мы вдвоем. Это было почти романтично, если бы супруг был более сосредоточен на мне, чем на дверях в столовую. Он так часто бросал беспокойные взгляды, что я не выдержала и посоветовала:

— Если ты так сильно волнуешься, можешь сходить и проверить как он.

— Прости, — бросил на меня виноватый взгляд муж, — просто он так хотел нас видеть, а теперь проигнорировал ужин. Да и весь день словно скрывался от нас.

— Возможно, твой отец нашел новое увлечение, которое занимает его сейчас больше, — предположила я, отрезая ароматный кусочек мяса.

— Я был бы рад, — честно признался темный. — Но он стал каким-то странным, одержимым что ли.

— Ты про его надежду на то, что твоя мама вернется? — осторожно поинтересовалась я.

— И это тоже, — нахмурился муж, сжимая приборы в руках.

— Мне кажется, что он просто не перестает надеяться на чудо, — тактично сказала, прожевав кусочек. Подумала я, конечно, о том, что безутешного вдовца охватило безумие.

— Знаешь, милая, думаю, что ты права, — откладывая приборы на тарелку, словно прочитал мои мысли, решительно произнес Дамас, — пойду проверю его.

И поднявшись из-за стола, покаянно добавил:

— Я быстро. Просто удостоверюсь, что с ним все в порядке и сразу же вернусь.

— Иди уже, — делая глоток вина, отмахнулась я. — Не торопись, я только начала наслаждаться ужином.

И действительно, только убедившись, что Эрнест дер Килен не будет ужинать с нами, поняла насколько успела проголодаться. Так сильно нервничала перед новой встречей со свекром, что мысли о еде вызывали отвращение. А сам ужин виделся изощренной пыткой.

Как только за супругом закрылась дверь, меня начало грызть чувство вины. Или это было что-то другое. Я попыталась не обращать внимания на беспокойство, которое начало зудеть в голове, но через несколько минут поняла, что ничего не выходит. Тогда решительно отложила приборы, как недавно сделал мой муж, и направилась за ним. Ведь я должна во всем поддерживать его. А вдруг его отец действительно сошел с ума от горя и ему требуется помощь? И что если его болезнь развилась до такой степени, что любое напоминание в лице Дамаса, может подтолкнуть его отца к неадекватным действиям? Думаю, что мои способности суккубы могли бы ему здорово пригодиться.

Оглядевшись в холле, я сразу отправилась наверх, каким-то шестым чувством твердо зная, что найду мужчин в кабинете. Второй этаж утопал во мраке, который через мгновение стал серым. Окна в конце обоих коридоров были закрыты ставнями. Все магические шары сонно плавали под потолком, и я растерянно остановилась. Если бы мужчины были здесь, то наверняка активировали бы хоть пару штук. Но потом догадалась, что темные несомненно привыкли обходиться без света. Это для меня было в новинку, а они к этому привыкли с детства.

Но неясное чувство нарастающей тревоги сильно сжало сердце. По позвоночнику пробежали ледяные мурашки. Я передернула плечами и медленно пошла вперед. Темный коридор показался бесконечно длинным, а тени — почти материальными. Они цеплялись за края платья, скользили по волосам, но не могли ухватиться, трогали кожу отвратительными прикосновениями. Ветер за стрельчатыми окнами то яростно бился в ставни, вышибая внутренние крючки, то едва скребся ветками деревьев, скуля загнанным псом. Он добавлял масла в огонь костра разгорающегося страха. Через несколько шагов заметила, как одна из дверей в хозяйском крыле приоткрыта и в коридор падает тонкая бледная полоска света. Опасаясь помешать беседе или спровоцировать не совсем здорового хозяина, я тихо направилась к двери. Решила, что если все хорошо, то сразу же вернусь с радостью и чистой совестью за стол. Но если я права, то незамедлительно вмешаюсь.

Когда до заветной цели осталась пара шагов, я услышала Дамаса, который повышенным тоном спросил:

— Что ты задумал?

Я остановилась и вся превратилась в слух. Тем временем говорившие мужчины стали беседовать тише. Пришлось сократить оставшееся расстояние и с опаской заглянуть в щель.

Под потолком тлел одинокий магический шар, который не мог разогнать притаившуюся по углам тьму. Мне был виден лишь кусочек кабинета. Темный стол, на столешницу которого опирался бедром муж, и кресло из темно-красного дерева, открывающее только макушку его собеседника. На лице Дамаса застыло недоверие пополам с горечью.

— Когда умерла Луиза, я проштудировал всю имеющуюся в нашем мире литературу, чтобы найти способ ее вернуть. Даже в другие миры ходил, но нашел только способ возвратить тело к жизни, но не душу. А без души это будет уже не моя жена, — воодушевленно начал вещать Эрнест дер Килен. — И когда в нашем мире появилась никому не известная прорицательница Пифия, я практически потерял надежду.

— А она тебе ее вновь дала? — скрывая едкую улыбку, поинтересовался муж. — Чем же она от наших оракулов отличается?