Академия над бездной. Оседлать шторм
Шрифт:
— Не смей.
— Если…
— Я прыгну следом. — Я сжала его пальцы так, что хрустнули косточки.
Он криво усмехнулся:
— Худший план в моей жизни.
Кайден резко распахнул крылья. Удар воздушной волны был такой силы, что мглу разорвало в клочья. Мы зависли прямо над воронкой, прямо над ним. Теперь я видела все. Слишком высокое, неестественно вытянутое тело. Кожа как застывший пепел. Рваные крылья-плащи, стелющиеся по трещинам в земле. И глаза. Два колодца холодного, мертвого серебра.
Он смотрел на меня, не на Мариуса. В ту же секунду пустота в моей груди разверзлась бездонной пропастью. Чужой голос пророс внутри черепа, вытесняя мысли:
«Наконец-то она прислала мне тебя».
Холод прошил позвоночник. Мариус был лишь приманкой, это существо ждало меня. Я судорожно глотнула воздух, но легкие будто заполнились битым стеклом. Он не шептал, прорастал внутри, пуская корни в мозг, подавляя волю.
«Она долго тянула время… — Ленивый тяжелый рокот, от которого вибрировали зубы. — Но даже Морена не может откладывать долги вечно».
Черная земля внизу лопнула с пушечным выстрелом, из разломов обелиска хлынула нефтяная гуща мглы, пожирая остатки света.
— Лиза! Что происходит?! — Давид рванул меня за плечо, его пальцы больно впились, но я была не здесь. Меня держал взгляд. Сын Морены стоял в эпицентре шторма, и его крылья разворачивались, как два траурных знамени, накрывая полмира.
«Ближе, — приказал голос. — Я хочу видеть, что она оставила вместо себя».
— Нет… — Мой собственный голос казался чужим.
Но тело предало. Нога сама скользнула по чешуе Кайдена. Сердце сбоило, вырываясь из грудной клетки. Он тянул не меня — крюком зацепил пустоту внутри и выдирал ее вместе с нервами. Мариус хрипло выдохнул, его лицо превратилось в белую маску. Похоже, тянули не только меня.
Обелиск детонировал темным светом. Исполинский столб черноты ударил в зенит, и нить, связывающая Мариуса с этой дрянью, превратилась в стальной трос. Его рвануло вперед с такой силой, что хрустнули позвонки.
— МАРИУС! — Элара вцепилась в его пояс, но ее просто потащило следом по скользкой чешуе.
Сын Морены медленно, почти торжественно поднял ладонь. Мариуса сорвало со спины дракона. В последний миг я успела выбросить руку и мертвой хваткой вцепиться в его запястье. Рывок едва не вывернул мне плечо. Мы оба соскользнули, зависнув над ревущей бездной воронки.
Кайден взревел, сражаясь с потоками мглы, которые хлестали по крыльям, как плети, но ничем помочь нам не мог. Он пытался пробиться в наши мысли, что-то сообщить, но ни я, ни Мариус не слышали ничего, кроме твари, тянувшей нас к себе. Что-то кричала Элара, выбрасывая каскады ледяных искр, пытаясь «пришить» нас к реальности. Тщетно.
Мариус висел над пропастью. Его пальцы дрожали в моих, лицо посерело, в уголках губ запеклась кровь.
— Лиза… — прохрипел он. Каким-то чудом я его услышала или прочла по губам, по взгляду.
— Не смей отпускать! Слышишь?!
— Если я сорвусь…
— Заткнись, Мариус! Заткнись и держись!
Он усмехнулся. В этом оскале было столько боли и обреченности, что мне захотелось закричать.
— Я серьезно. Ты должна отпустить.
Внизу сын Морены наблюдал за нашей агонией, как энтомолог за бьющейся на иголке мухой. В его серебряных глазах не было злобы, лишь скука.
«Бессмысленно, — прошелестел мрак в моей голове. — Зачем цепляться за мусор? Приманка выполнила свою роль, теперь ты моя».
Мгла хлестнула по крылу дракона. Кайден дернулся, теряя высоту. Мои пальцы соскользнули по ладони Мариуса. Еще сантиметр — и все.
— Лиза… — выдохнул он, и я увидела, что он готов разжать пальцы сам.
И в этот момент во мне что-то лопнуло. Не страх и не отчаяние. Ярость — чистая, черная, первородная. Моя пустота не просто открылась, она сорвалась с цепи. Я перестала сопротивляться и просто вывернула себя наизнанку. Тьма в моей груди рванула наружу ответным ударом.
Мир вздрогнул. На мгновение замерло все: ревущий Кайден, тени в небе, сам воздух. Мгла вокруг нас испуганно отхлынула, словно встретила хищника покрупнее. Я посмотрела вниз, прямо в серебряные зеркала его глаз. Пустота во мне больше не пугала.
— Ты ошибся, — прошептала я, и мой голос перекрыл рев бури. — Ты ждал жертву? Пришли охотники.
Глава 26
Секунда растянулась в вечность. Сын Морены не шевелился, но в его серебряных глазах что-то сдвинулось. Усталость сменилась хищным ледяным любопытством. Мгла вокруг него встала дыбом.
И тут небо треснуло. Кайден выдал не просто рык — приказ, от которого заложило уши и дрогнула сама земля. Древний, первобытный зов. Ответ пришел мгновенно. Два дракона сверху — серебристый и медный — сложили крылья и рухнули вниз. Давид даже не успел вскрикнуть: стальные когти серебристого сомкнулись на его плечах, срывая со спины. Элара рванулась к нам, что-то отчаянно вопя, но медная тень перехватила ее поперек пояса. Рывок — и их утащило вверх, прочь из воронки. В эпицентре остались только мы. Я. Мариус. И Кайден.
Мариус висел на моей руке, его пальцы уже не держали. Черная нить между ним и обелиском натянулась до звона, вибрируя, как струна под напряжением. Сын Морены медленно опустил ладонь. Приговор. Нить дернулась. Еще миг — и Мариуса вырвет с мясом. Я не стала ждать.
— Никуда ты не уйдешь, — выдохнула я сквозь стиснутые зубы.
Я разжала пальцы, которыми держалась за Кайдена, и вместе с Мариусом шагнула в пустоту. В его глазах вспыхнул шок, он инстинктивно вцепился в меня, вжимая в себя так, что затрещали ребра.
— Сумасшедшая… — сорвалось с его губ полуотчаянное-полувосхищенное.
Мир исчез, осталось только падение, растянувшееся в вечность. Свист ветра в ушах, выбивающий дух. Под нами разевала пасть серая глотка воронки.
— Лиза! — Мариус пытался что-то крикнуть, но его голос захлебнулся.
Я закрыла глаза и сделала то, от чего бежала всю жизнь, — отпустила тормоза. Выпустила всю свою внутреннюю пустоту. Она раскрылась во мне черной дырой, бездонным колодцем, у которого нет дна.