Чтение онлайн

Потом от раздумий на эту и другие, еще более прилипчивые темы меня спасла необходимость спешить на занятия — пока не раздался гонг, оповещавший о начале. Всего три гонга, давать которые была обязанность того усатого типа в клетчатых штанах, что встретился нам в первый день у ворот. После третьего гонга в аудиторию не пускали.

По счастью, первые семинарские занятия в этот день планировалось по общеакадемическим дисциплинам, и мы с сестрой могли не разлучаться.

Географию Королевства вел худой изможденный тип лет шестидесяти на вид, совершенно седой, с залысинами и бесцветными маленькими глазками, которые посмотрели на аудиторию так, едва он вошел, будто это место — то, где он желал бы сейчас находиться меньше всего на свете.

Мы с Джен переглянулись. Я для разнообразия села на самый последний ряд, между сестрой и мной оставалось привычное расстояние и шептаться было неудобно. Поэтому свой вопрос я придержала до перемены. До которой едва дожила — настолько занятие мистера Оскотта было нудным и мучительно-долгим.

Львиную его долю преподаватель потратил на то, что задавал вопросы о каких-нибудь заковыристых мелочах, а потом жутко сердился, если студент не знал досконально географию каждого медвежьего угла страны, каждую бухточку и каждый крохотный островок на карте.

Один раз я вообще нарвалась на то, что меня чуть не выкинули в коридор. Под конец урока я осмелилась поднять руку и задать вопрос, который меня мучал.

— Мистер Оскотт! Позвольте спросить.

Водянистые глазки с удивлением сконцентрировались на мне. Другие студенты, которые украдкой болтали на совершенно посторонние темы, замолчали и тоже оглянулись на меня, сидевшую позади всех. Мне было неприятно становиться центром всеобщего внимания, но любопытство грызло сильнее.

— Да! Мисс…

— Винтерстоун! Эмма Винтерстоун.

Ох.

Услышав мою фамилию, Оскотт переменился в лице — оно вытянулось, словно он съел что-то очень гадкое. Я поняла, что на этом, в принципе, можно было мой вопрос и заканчивать — судя по реакции на фамилию, этот тип прекрасно знаком с моими родителями. Надо будет при оказии расспросить, чем мои примерные мамочка с папочкой умудрились так ему досадить, что одно воспоминание вызывает приступ зубной боли во всем организме.

— Вы так замечательно знаете географию Королевства, просто энциклопедическая эрудиция! — решила я подсластить пилюлю нескладным комплиментом, который, впрочем, не подействовал. — Вы случайно не знаете, можно ли как-то из нашего Королевства попасть в иные миры?

— Иные миры? — сипло переспросил Оскотт, багровея на глазах.

— Ну да. Может, есть какие-то места, где перегородки между мирами потоньше, и можно гулять туда-сюда…

— Туда-сюда? — кажется, мой преподаватель начал задыхаться, и у меня были все шансы поздравить себя с первым заранее не сданным экзаменом в сессию.

— Простите, мистер Оскотт! Эмма просто очень любознательная! — попыталась исправить ситуацию Джен. — Она хотела сказать, что было бы здорово, если бы существовали другие миры. Вы бы нам устроили экскурсию…

Оскотт перевел на нее взгляд и вздрогнул. Кажется, только сейчас заметил, что у него в группе есть близнецы.

— Две… их две! Нет, это слишком… — забормотал он, доставая из внутреннего кармана крохотный пузырек темного стекла. Приложился к нему, и по аудитории поплыл запах лекарства. — Так! Группа, все свободны. К следующему занятию изучить особенности рельефа северной оконечности Мыса Бурь и геологическое происхождение его скального основания.

И он пулей выскочил в коридор, не дожидаясь первого гонга.

— Чего он?.. — поинтересовалась я у Джен обескуражено. — Что я такого спросила?

К нам повернулась Солейн, сидевшая на соседнем ряду, чуть ближе к преподавательскому столу. Лениво сообщила, разглядывая алые острые ноготки.

— Ходят слухи, что наш храбрый географ когда-то сильно пострадал от магии. Вроде бы, к нему применили ментальную, как-то не очень хорошим способом воздействовали на разум. С тех пор у него бывают… странности. Но все же Его величество король Хьюго сжалился и пригласил его сюда. Кажется, за него жена ходатайствовала — мол, супруг лучше оправится от перенесенных проблем со здоровьем, если окажется на привычной работе. Дядька — почетный географ чего-то там и член каких-то там обществ, автор кучи монографий на какие-то там темы.

— Послушай, Солейн… откуда ты так много знаешь? Ты же не из Королевства? — не удержалась я.

Она пожала плечами.

— Я просто умею слушать.

И все-таки цели я не достигла. И у Оскотта, и у других преподавателей пыталась вызнать о том, есть ли способы связи с другими мирами… бесполезно. Библиотека Академии тоже не дала ответа.

Пыталась расспросить тетю Эмбер через хрусталь — она все отнекивалась, мол о таких вещах лучше у родителей спрашивать. На мой прямой вопрос, может ли она путешествовать в другие миры так же просто, как путешествует по карте нашего, тетя вообще не ответила.

Родителей пытать было бесполезно, я знала. Единственное, о чем нам с Джен сообщили — так это, что зеркало по-прежнему молчит и не отзывается ни на какие магические приемы воздействия.

Отчаявшись, я в конце концов принялась за Тушкана. Меховая зараза долго не попадалась мне на глаза — видимо, чуяла, что пахнет жареным. И в конце концов я решилась на хитрость.

Джен отпросилась у меня, провести время в общей комнате женской башни, где девчонки по вечерам собирались, чтобы поболтать и посплетничать. Она поверила, что если у меня больше нет магической безделушки, то и в другой мир я попасть не смогу. Я ее убедила, что собираюсь почитать немного, а потом лечь спать.

За окном постепенно темнело, но комнату освещало мягкое сияние магических светильников под потолком — пляшущие искры давали достаточно света, даже чтобы заниматься. Вот только заниматься я не собиралась.

Тушкана мне удалось выманить на любопытство — обычным карманным зеркальцем, над которым я битый час сидела с крайне серьезным лицом. Когда кое-кто длиннохвостый явился проверить, не завелась ли у меня новая магическая «вкусняшка», был пойман прямо за этот самый длинный хвост.

Я уселась на краешек кровати и подняла его перед собой на вытянутых руках, укоризненно глядя в невинные глазки-бусинки взором заправского следователя.

— Ты же там был, в другом мире! Я знаю, не отпирайся! Тебя засекли. Отведи меня обратно!

Усатая морда изображала непонимание, забавно топорща усы и поводя ушами, но я не поддавалась. Мне уже было хорошо известно о том, какие преступления числились за ним в Иномирье — как минимум, уничтожение посевов и усаживание наглым мохнатым задом на Священное Пламя, для такого неуважительного отношения не приспособленное.

— Отведи, или хвост откручу! — конкретизировала я.

Тушкан вздохнул и мигнул в моих руках сиреневым цветом мохнатой шерстки. Раз, другой, третий… как звездочка в небесах.