Чтение онлайн

«Он же ревнует!» — догадалась девушка, и на душе так тепло сделалось, даже жарко.

Но внешне Маруся показывать этого не собиралась.

— Тогда, — произнесла она ледяным тоном, — я поползла дальше! И провожать меня не надо!

— Маруся…, — тут же спохватился Елисей, виновато потупив взор.

— Никаких тебе «Марусь»! — жёстко отчеканила она, явно набивая себе цену. Но тут же изменила тон на более лояльный, обращаясь к новому знакомому. — Златогор, была рада знакомству! Ещё встретимся…

И, развернувшись к ним спиной, легко зашагала к выходу, буквально чувствуя той же частью тела, как оба краснеют — один от ревности и возмущения, другой от смущения и того ощущения, которое возникает в сердце при лицезрении хорошенькой девушки.

Ну ничего, Маруся знала, что им обоим это полезно, к тому же, мужчинам иногда стоило показывать свой характер, чтобы не расслаблялись. А ещё, наверное, надо было отыскать общежитие и обзавестись какой-никакой жилплощадью, где можно было спокойно выспаться перед предстоящими испытаниями и, возможно, завести подруг. Но это в идеале. Ибо девочки всегда знали, где водятся отличные женихи, и, хоть и были в некотором смысле конкурентками в этом вопросе, Маруся в глубине души знала: у неё точно нет конкуренток! Она одна на всём белом свете такая милая и замечательная, и, как говорилось в одном известном фильме, «спортсменка, комсомолка и просто красавица!».

Воодушевлённая этой мыслью и, чего уж скрывать, недетским интересом со стороны Елисея и Зелёненького, она отправилась, куда глаза глядят, а глядели они на огромную вывеску на одном из высоких бревенчатых зданий, гласящую: «Девичьи покои».

И вскоре уже ворвалась туда, как маленький вихрь средней степени, радостно воскликнув:

— Здрасьте!

Однако три девицы, стоявшие внизу у стойки ресепшна и тоже, видимо, ожидавшие своей очереди на заселение, окинули её такими презрительными взглядами, что Марусе стало весьма неприятно даже стоять рядом с ними. И тогда она принялась их разглядывать…

Все три были хороши, как модели с обложки какого-нибудь издания в славянском стиле: белолики, румяны, чернобровы. Коса в руку толщиной имелось у каждой — у блондинки, брюнетки и рыжей, точно специально их отобрали в такой цветовой гамме, чтобы вместе они смотрелись ещё шикарней. Кокошники, инкрустированные настоящими самоцветами, платья явно не из дешёвой ткани, да и сшиты были так, что прям под фигуру их подгоняли — наверняка фифочки из местного высшего общества.

Но высокомерие, что читалось на их красивых миловидных личиках, просто отбивало всякое желание дальше продолжать с ними разговор. От одного кислого выражения их лиц несварение могло случиться — и поди ты, докажи, что в этом не академическая столовка виновата!

Маруся замолчала, встав в очередь, но вот эти дамочки явно не хотели оставлять всё, как есть. Пока пожилая консьержка в нарядном цветастом платке занималась другими девушками, эти, разом, почти синхронно повернувшись к Марусе, сложили белы рученьки на груди и с презрением уставились на насупившуюся девушку.

— Девочки, вы только посмотрите, что за чудо забрело в нашу гавань! Вот это причёска! Вот это платье! Вот это видок… Понаехало тут попаданок! — первой начала блондинка, позволив себе брезгливо провести рукой по выбившейся из косы прядке Маруси.

— Ну, нет… Это же царевна-лягушка вернулась! В своём истинном обличии! — поддержала её брюнетка. — Вот умора!

— Да бросьте, девочки! — хихикнула рыжая, радуясь собственной будущей шутке. — А ну как сама кикимора в академию пожаловала?! Или её дочка!

Но Маруся была не из тех, кто за себя постоять бы не смог. Просто эти местные «красные девицы» ещё не знали, с кем связались, а потому их ждал сюрприз.

— Руки убрали! — рявкнула она так, что надменные красавицы на миг умолкли. — Вы, курицы крашеные! Кошёлки ободранные!

Такого эта троица точно не ожидала. А потому блондинка, надув пухлые губки и грозно выпучив глаза, зашипела на неё почти истерическим голосом:

— Да ты хоть знаешь, кто мы такие?!

— Знаю, — спокойно ответила ей Маруся. — Гопота местная с ближайших болот. А я-то думаю, почему тиной так ещё за дверью несёт…

— Да как ты смеешь! — взвизгнула брюнетка, вслед за подругой теряя шаткий контроль. — Мы — знаменитая троица Василис! Я — Василиса Прекрасная, она (психованная брюнеточка указала рукой на блондинку) — Василиса Премудрая, а это (теперь жест коснулся рыжей) — Василиса-Царевна!

— Что-то вас слишком много Василис развелось на квадратный сантиметр, — усмехнулась Маруся. — Не находите?!

— Ты что, замарашка, не понимаешь, чем сейчас тебе твои же слова грозят?! Расправой! — в совсем нечестный и не равный «бой» вступила рыжая, ту, которую представили Василисой-Царевной.

— А ноготочки не обломаешь?! — теперь уже Маруся встала в боевую стойку, готовясь к рукопашной.

Но тут раздался рассерженный голос консьержки.

— Девочки! Не шумите! Вы мешаете мне работать! И задерживаете остальных…

Маруся огляделась по сторонам и поняла, что и впрямь переборщила. С этими мокрыми курицами можно было разобраться и потом, а вот побыстрее оформиться сейчас было её сокровенным желанием. И она уступила. Впрочем, эти общипанные куропатки тоже отстали. Всё же авторитет вахтерши имел место быть, с ними вообще дружиться надо было. Иначе можно было попрощаться со свободой передвижения в ночное время и, возможно, личной жизнью. Хорошо хоть, что это не только она одна понимала.

Оставалось надеяться, что её не с этими клушками в одну комнату поселят. Ради того, чтобы найти в этой дыре жениха, можно было вытерпеть многое, но только не это.

Однако ей повезло. Всю эту троицу, похоже, поместили в одну общую спальню, за что Маруся была необычайно благодарна консьержке. На вопрос, кто же будет с ней делить кров, та ответила, что соседки уже заселились и она может познакомиться с ними на месте.

Девушка невероятно волновалась, поднимаясь на третий этаж, где располагалось её законное койко-место, сжимая в руке ключ, который, в случае чего, можно было использовать как оружие. Нервы заметно сдавали после знакомства с предыдущими «девочками», и теперь она ждала только плохого…

Предварительно решив разведать обстановку, она приложила ухо к нужной двери под номером «13», максимально напрягая слух. Ноги её тут же обжёг ледяной пар, что показался из-под двери белым облаком, а слух покоробило козлиное блеяние.

Да что ту у них происходило?!

Вставив ключ в замочную скважину, она осторожно повернула его в замке и приоткрыла пресловутую дверь. Комната, что должна была стать её временным пристанищем на ближайшие дни, встретила девушку тишиной. И тремя парами удивлённых глаз, смотревшими на неё столь же озадаченно, как и она на них.