Чтение онлайн

— Чьей девушки?! — одновременно воскликнули Маруся и Елисей, только с разной интонацией.

— А ну пошли, поговорим, ежели не струсишь! — это уже был Елисей, что к той секунде сделался дюже злым, отчего его пальцы сами сжимались и разжимались, показывая удаль молодецкую.

— Ха! — бросил ему высокомерно Пересвет, и первым направился к выходу.

Надо ли было говорить, что вся клубная тусовка поспешила вслед за ними на улицу, дабы посмотреть на новое увлекательное зрелище.

Парни встали друг напротив друга, сжав руки в кулаки, и какое-то время кружили, не решаясь напасть первыми. Это было и потешно, и не очень, а Маруся так вообще чувствовала себя виноватой оттого, что из-за неё уже успела завязаться драка, хотя… какая же дискотека в её родном мире обходилась без этого?! Но чтобы царевичи из-за неё дрались — такого точно никогда не бывало!

Тем временем Пересвет сделал ложный выпад, Елисей, раскусив его, успел отпрыгнуть назад, и так повторилось несколько раз. Толпа подбадривала их улюлюканием и насмешками, а кое-кто даже умудрялся делать ставки — кажется, своих барыг здесь тоже с лихвой хватало. Но Маруся не обращала ни на что более внимания, глаз не сводя от двух сошедшихся в схватке её «женихов».

И вот этот миг настал. Оба разом — и Елисей, и Пересвет, пошли в лобовую атаку, но вместо столкновения в воздухе двух парней ахнувшие зрители этого представления увидели двух петухов, налетевших друг на друга прямо в полёте. Ахнула и Маруся, закрыв лицо руками, и лишь краешком глаза продолжала подсматривать за происходящим, надеясь, что ей это померещилось.

Но нет, всё это происходило на самом деле, и петухи ещё продолжали сражаться, когда на «поле битвы» вышел он — сам Кощей Бессмертный, грозный и бледный, как всегда. «Наверное, ему витамина Д не хватает», — подумала ещё тогда Маруся. А он, обведя всех пристальным прищуренным взглядом, предупреждающе произнёс:

— Что здесь происходит? Из-за чего разодрались эти два молодых петуха?!

Толпа внезапно смолкла, будто все разом языки свои проглотили, и лишь Маруся, выйдя вперёд, тоненько произнесла:

— Это я виновата, Кощей Кощеевич! Елисей и Пересвет из-за меня подрались! Прошу прощения, но не могли бы вы им вернуть прежний людской облик?

— Из-за тебя?! — рявкнул ректор, подходя к девушке быстрым шагом, и, остановившись возле неё, осмотрел её придирчиво с ног до головы. — Тощая, вредная, мммм, аппетитная!

Его последнее слово было произнесено так тихо, что Марусе пришлось переспросить.

— Простите, что Вы сказали?

— Я сказал, что от тебя слишком много шума, куда бы ты не сунула свой милый курносый носик, Маруся!

— Ах, это, — махнула рукой девушка. — Есть у меня такая суперспособность — делать много шума из ничего. — Так что там с обратным оборотом? Может, дадим им ещё один шанс?..

Маруся, словно невзначай, указала на ожидающих решения жюри, то есть Кощея, петухов, и мило улыбнулась одной из своих фирменных улыбок.

— Я подумаю над твоим предложением! — великодушно пообещал Кощей. — Но все остальные должны пообещать мне, что такого сегодня больше не повторится! Поберегите силы для будущих испытаний! Обещаю, они вам точно пригодятся!

И, произнеся свою пламенную речь, вознамерился было уйти.

— А как же Елисей и Пересвет? — вдогонку бросила ему Маруся.

— Ах, да, — сделав вид, что забыл о случившемся, произнёс Кощей Кощеевич. — Утром, на рассвете, всё встанет на свои места!

— А до того мне их в курятник определить?! — возмутилась Маруся. — Нельзя ли прямо сейчас расколдовать?..

— Заклинание рассеется лишь с приходом первых лучей солнца! — пожал плечами вредный ректор. — Но ты можешь взять их с собой. А в следующий раз вы трое можете хорошенько подумать, стоит ли устраивать подобные перепалки на праздниках…

Отвернувшись, Кощей зашагал прочь, а Маруся, показав ему язык, принялась ловить вредных петухов, что никак не хотели даваться в руки. «Представление» закончилось, и многие поспешили вернуться на танцпол. И только её верные подруги Снегурочка и Алёнушка, что всюду водила за собой козлёнка, дожёвывавшего ромашки Елисея, не оставили Марусю в беде.

Изловив непослушных «птиц», девушка поплотнее зажала их в подмышках, чтобы те слегка успокоились. Что при этом станет с её новеньким распрекрасным платьем, она старалась не думать, решив выставить за него счёт своим незадачливым кавалерам, когда они вновь станут людьми.

Нужно было возвращаться в общежитие, а потому Маруся с весьма подпорченным настроением обратилась к своим соседкам по комнате.

— Оставайтесь! У вас ещё уйма времени, повеселитесь тут без меня…

Но те синхронно закачали головами.

— Ну уж нет! Вместе пришли, вместе уйдём!

На душе сразу потеплело, и девушки вместе со своим зверинцем отправились восвояси ждать рассвета.

Спать не хотелось, тем более что у девчонок такое развлечение нарисовалось, как два парня, обращённых в драчливых петухов, которые вот-вот должны были опять вернуть себе человеческий облик. Алёнушка и Снегурочка посадили их в какие-то клетки — Маруся понятия не имела, откуда они их надыбали, насыпали зерна и принялись ждать, бурно обсуждая, каким будет это «возвращение», триумфальным или не очень.

Под «триумфальностью» подразумевалось нечто необычное, ну там отсутствие одежды или замутнённость сознания, а под «не очень» обычный оборот в обратную сторону.

Маруся слушала их, нервно покусывая губы. Сейчас она думала только о том, что была на самом краю краха своих надежд — это ж надо! Сразу двух женихов, и вот так бездарно проворонить! Но и Кощей тоже был хорош, нет бы сначала предупреждение какое выставил, но нет! С корабля — на бал. А, точнее, с дискотеки — сразу в курятник.

Надо отдать должное петухам, вели они себя тихо и в бой больше не рвались. Возможно, их сознание и в самом деле осталось человеческим, но Марусе в это слабо верилось — в глупых круглых глазах читалась только жажда пожрать. И ещё пожрать. Ну, и ещё — пожрать…

— Елисей, — Маруся подошла к одному из них, предположительно, своему приятелю, надеясь, что он хотя бы подаст ей какой-либо знак.

Но тот лишь склонил голову набок и что-то невразумительно прокурлыкал. Тогда она переключилась на второго:

— Пересвет…

Тот вообще сделал вид, что они не знакомы, хотя вот только совсем недавно он очень даже неплохо кружился с ней в паре по местному танцполу, отпуская галантные комплименты.

Тогда Маруся, обидевшись, показала обоим язык, и отвернулась.

— А как ты их различаешь? — спросила Алёнушка, всё это время пристально наблюдая за своей новой подругой.

— Да очень просто! — тут же фыркнула Маруся. — Вот смотри, у этого глаза голубизной отдают — значит, Елисей. А у другого у шеи воротничок стоечкой — прямо как у Пересвета на рубашке. Поэтому, думаю, что это он…