Алая птица
Шрифт:
— Тебе было поручено следить за девчонкой, а не строить абсурдные теории! — взвизгнул Инглот. — Это уже не первый твой промах…
Принц бесцеремонно перебил его.
— Отец, очевидно, нам прислали предупреждение! Надо немедленно начать поиски.
— Молчать! — король хлопнул ладонью по столу. — Рунар, где твоя королевская колода?
— Тебя сейчас интересует это?! — Эдгар обогнул стол и встал напротив отца. — Невинная девушка пережила несколько покушений, а теперь ее похитили непонятно, для каких целей! Прямо сейчас они могут пытать ее или делать что-то еще более ужасное, а тебя интересует кучка старых карт? К тому же, Шарибская Империя всегда славилась своей жестокостью и изощренными завоевательными методами. Прежде ты всегда прислушивался к советам. Что с тобой стало?
— Эдгар, знай свое место, — процедил король.
— Мое место с моими подданными.
— Ты еще не король! Иди и занимайся вверенными тебе обязанностями.
— Как прикажешь, — он круто развернулся, щелкнув каблуком. — У меня как раз встреча с герцогами, и я не намерен молчать!
— Стой! — рявкнул Реджинальд и, когда сын повиновался, вышел из-за стола. — Как будущий правитель Рейненберна ты должен убрать эмоции и делать то, что должно. Сейчас свидетельства доверенных людей и факты идут против предположения одного человека. А факты твердят, что колдунья сбежала из замка с древним магическим артефактом и едва не убила стражу на воротах. В попытке спасти якобы деву в беде, ты и твои подданные можете попасть в ловушку и погибнуть.
— А если ее пытают прямо сейчас?!
— Мы отправим Теневую стражу на разведку, затем разработаем план.
— К тому моменту, как ты наговоришься с Советниками, ее могут уже убить!
— Значит, такова воля Всевышнего! Я не стану рисковать жизнью наследника королевства ради смазливой крестьянки.
— Очень мудро, мой государь, — поддакнул до того молчавший Дартор.
Рунар повертел в руках карту. Для себя он решил, что Шумей будет умирать долго и мучительно, попутно рассказывая все, что знает о Черном лорде и связи работорговцев с рудниками на юге.
— Она не крестьянка, а леди севера, последняя из своего рода, возможно, связана кровными узами с прежней эскальтской королевской династией.
«А потом шарибец по частям отправится к хозяевам, чтобы они знали: их ждет та же участь».
Дартор и Инглот за его спиной обменялись быстрыми взглядами, а Грейсли потянулся к шраму на шее, но в последний момент одернул себя и вместо этого огладил бородку.
— Теперь она достойна спасения? — Эдгар окинул присутствующих мрачным взглядом.
— Будь по-твоему, — нехотя кивнул король. — Я пошлю отряд стражи. Таково мое последнее слово. Мы еще поговорим о том, что значит «докладывать о каждом шаге северянки». Убирайтесь оба.
Они тотчас подчинились и, покинув приемную, направились к оружейным. В одном из боковых коридоров принц огляделся и затащил Рунара в пустой зал.
— Почему ты не сказал раньше про ее родословную?! — набросился на него Эдгар. — Мы потеряли столько времени!
— Не хотел светить ее перед Советом больше необходимого, — нехотя ответил маг, отводя взгляд.
— Ты что-то скрываешь от меня, — догадался принц. — Рунар, прошу, только не снова. В прошлый раз твои тайны обошлись мне слишком дорого.
— Я нашел нечто опасное, — признался он, по-прежнему глядя в сторону. — Если все правда, Эдгар, это поставит под вопрос легитимность нынешней рейненбернской власти.
Некоторое время принц обдумывал его слова, а потом покачал головой.
— Позже. Сейчас надо спасать твою леди севера.
— Я не могу пойти. По закону мой приоритет — только королевская семья.
Взявшийся за ручку двери Эдгар понятливо кивнул.
— Тогда я, как принц, приказываю тебе сопровождать меня.
С рассветом паралич прошел, и Айрин позволили выйти из комнаты, предварительно приодев в традиционный цветастый шарибский халат и Магические оковы. Вместо туфель на плоской подошве, какую обычно носили слуги и подмастерья, ее заставили надеть закрытую обувь на небольшом узком каблуке для ритуальных шарибских танцев, от чего каждый шаг теперь звучал, как удар камня о камень. Прежнее платье тоже забрали, не дав шанса перепрятать королевскую колоду.
Шумей ожидал ее на балконе. Пусть само здание не было высоким, оно стояло на склоне холма, и перед Айрин открывался захватывающий вид на пробуждающийся ото сна город. Вдалеке, на горе, виднелась громада дворца, и Айрин отчаянно мечтала оказаться под зыбкой защитой знакомых стен.
— Присаживайтесь, Леди, — работорговец указал на свободное кресло, за которым сразу встал наемник Вар.
— Айрин, — тихо поправила она. — Зовите меня Айрин.
Между ними оказался низкий столик, уставленный разнообразными блюдами из морепродуктов: тут была привычная жареная рыба, кальмары и осьминоги, которых она видела только на иллюстрациях, а также прочая мелкая живность, больше напоминавшая черные жемчужины или червей. Айрин узнала и шипастую пузырку, фаршированную травами. Слуги принесли пиалы, наполненные жареными овощами и фруктами — заморскими персиками, крохотными прозрачными яблочками, незнакомыми алыми плодами с черными семенами внутри, — и все это великолепие источало головокружительный аромат.
Шумей разлил вино и, отсалютовав хрустальным бокалом, первый пригубил его.
— Ешьте, Айрин, не бойтесь. Нет смысла истязать себя страхом, пока ничего еще не произошло.
Вначале она поковырялась в обычной жареной рыбе, но затем осмелела и отщипнула всего по чуть-чуть. А потом еще.
— Это потрясающе, — совершенно искренне восхитилась она, когда первый голод был утолен.
Шумей довольно усмехнулся.
— Рад, что угодил. Обычно, пленники воротят нос, а вы, прямо скажем, смогли меня удивить.
— Глупо отказываться от возможности попробовать такую редкость, — пожала плечами она и коснулась своим бокалом края его бокала. Раздался мелодичный звон. — Осьминоги особенно хороши, моя благодарность повару! К тому же, в ближайшее время мне явно грозила смерть от голода.
Шумей рассмеялся. Айрин сделала вид, что увлечена видом, а на самом деле принялась методично прорабатывать планы побега. Несмотря на утренний холод, на балконе было довольно тепло, и она подозревала в этом очередной нелегальный артефакт. Да и шарибское одеяние отлично согревало.
— Вы по праву самая лучшая моя пленница, — неожиданно сказал Шумей. — Глядя на вас, я чувствую… породу. Простите, если слово звучит оскорбительно, но в Шарибе мы говорим именно так. Кровь, гордость поколений. — Разговор ей не понравился, и не зная, как реагировать, она поспешила спрятаться за бокалом. — Глядя на вас, я как наяву вижу несломленное превосходство великих эскальтских династий. Леди Эсталинор. — ее молчание Шумей истолковал по-своему. — Прошу, не нужно отрицать! Мои люди все проверили. Хотя, пришлось отправить их далеко на юг. Вы дитя княжны Каямины Эсталинор и Марсара Форестера, барона-южанина, боевого мага и выпускника рейненбернской Академии Магии. Вы… неужели вы не знали?