Александровский cад
Шрифт:
– Хорошо, что позвонил! У нас… – Собеседник Акима посмотрел на своего гостя и тут же поправился: – У меня к тебе есть вопросы.
Аким перебил:
– Я тебе сейчас кое-что привезу.
– Очень хорошо. А то я начал волноваться.
– Ты не понял.
– Не будем по телефону.
Послышались гудки. Аким какое-то время озадаченно смотрел на трубку, но затем повесил ее на рычаг и вышел из будки.
Барон с усмешкой смотрел на таинственного гостя:
– Видишь, как оно вышло. А ты думал, они камень заиграют? Они хорошие цыгане…
– Поживем – увидим, – хмуро отозвался гость…
Чуть погодя несколько цыган вынесли через служебный вход цирка большой ящик, в котором лежала Таня, погрузили его в грузовик, запрыгнули в кузов. Аким легонько ударил ладонью по кабине, и машина покатила в сторону Садового кольца. Миновав площадь Маяковского, она свернула к Патриаршим прудам, проехала метров триста по Большой Бронной и остановилась. Цыгане быстро извлекли ящик и занесли его в подъезд.
Барон некоторое время оторопело смотрел на незнакомую девушку, лежащую без сознания на дне ящика.
– Ну и что мне с ней делать? – Это было явно не то, что он ожидал увидеть. – Идиот, зачем ты ее сюдато притащил?
Аким порылся в кармане и протянул Танькин пропуск в Кремль.
– Следила она за нами. Я ведь все правильно сделал? Да? – Он услужливо смотрел в глаза Барону.
Тот хотел ответить, но в соседней комнате кто-то кашлянул.
– Стой тут.
Барон скрылся за дверью. Через минуту он вернулся, прикрыв за собой дверь:
– Ладно, с этой решим, что делать… Но я ждал другого.
– Не понял… – Аким удивленно смотрел на Барона.
– Где большой камень?
– Большой камень? Не было никакого камня.
– Нет, был. Был и пропал!
Аким нервно рассмеялся:
– Да нет, ром! Не разыгрывай. Не надо! Если бы был камень – Аким знал. Все, что взяли, тебе еще в ту ночь отдали. Мои ромы – верные…
Барон резко оборвал цыгана:
– Верные, говоришь? А эта сучка? Как она вас вычислила? Дух ей святой нашептал?
Аким виновато шмыгнул носом:
– Сам голову ломаю…
– Не трудись. Я ее тебе сам сломаю, если к утру не вернешь то, что скрысятничал…
Аким упал на колени:
– Богом клянусь, не брал я ничего!
– Я и не говорю, что это именно ты.
Аким от волнения, как рыба, глотал воздух.
– Убирайся, Аким. Срок тебе до утра.
Когда за цыганами захлопнулась дверь, из соседней комнаты вышел человек.
– К утру, я думаю, камень отыщется, – уверенно проговорил Барон.
– Может быть. Только уже поздно будет, – глухо отозвался тот. Он взял Танькино удостоверение и отошел к окну. Внизу возле машины Аким, отчаянно жестикулируя, о чем-то говорил с цыганами.
Незнакомец всмотрелся в пропуск и насмешливо хмыкнул:
– А знаешь, чью дочь тебе привезли?
Барон отрицательно замотал головой.
– А я знаю… К утру и ты, и я будем на Лубянке показания давать.
– И что же делать? – испуганно спросил Барон.
Таинственный гость затушил папиросу.
– Лошадей седлай… Понимаете ли вы меня?
Лилька, сидя в заточении, лихорадочно думала, что ей делать дальше. Она хорошо понимала, что так просто из этой истории не выпутаться. Надо было бежать, и бежать немедленно. Поэтому она подобралась к клетке с тигром и тихо позвала:
– Шерхан… Шерханчик…
Зверь заурчал и двинулся в ее сторону.
– Шерханчик, киска, ты же не съешь меня?
Тигр облизнул клыки и зажмурился.
– Вот так, хорошо…
Хищник выглядел вполне миролюбиво. Но как только Лилька взялась за прутья решетки, Шерхан сделал короткий бросок в ее сторону и так зарычал, что она от страха отлетела аж в дальний угол. Падая, Лилька машинально схватилась за выступающий из стены кирпич, тот легко отвалился, и к ее ногам упал маленький холщовый мешочек.
– Дурак полосатый, – обругала она Шерхана и подняла мешочек.
Развязав бечевку, Лилька высыпала содержимое на ладонь, и ее брови медленно поползли вверх…
Полуторка с цыганами набрала скорость и выехала на ночной проспект. Вскоре за ней пристроился легковой автомобиль, появившийся из переулка. Так они двигались до самой Яузской набережной. Неожиданно шофер легкового автомобиля пошел на обгон и резко дал по тормозам. Грузовик попытался уйти от столкновения, но машину вынесло на парапет набережной. Последнее, что видел Аким и его спутники: сорванные балки ограждения и приближающуюся черную поверхность воды. В полете грузовик перевернулся, придавив собой людей, и, ударившись о воду, быстро ушел на дно. Легковушка постояла с минуту и двинулась дальше…
Глава 26
Лешка пришел домой и, не раздеваясь, лег на кровать. Он долго смотрел в потолок: сон никак не шел, мысли путались. Неожиданно во входную дверь постучали.
Казарин вскочил с кровати и открыл замок. Но надежда сменилась на его лице досадой. Вместо отца на пороге стоял Шапилин. Вид у него был встревоженный.
– Таня у тебя?
Лешка не сразу понял, о чем разговор. Петр Саввич вошел в комнату, огляделся и сел на стул.
– Танька пропала.
– Как пропала?
– Как-как, не пришла ночевать, и все! Ты-то должен знать, где она?
Лешка машинально опустился на кровать. До него только сейчас дошел смысл слов Шапилина.
– Ну… – Казарин замялся.
– Говори!
– Да я не знаю… Мы, как это сказать-то правильней, – того…
– Что «того»? Да не мычи ты, а говори нормально!
– Я и говорю: поссорились мы…
Петр Саввич обхватил голову руками.
– Хорошие дела…
– Да вы не волнуйтесь. Она, наверно, у подруги какой ночевать осталась. Здесь в Кремле.
Шапилин вскочил и зашагал по комнате.
– Да то-то и оно, что ее в Кремле нет… И вообще она всегда дома ночует!
Лешка погрузился в раздумье.
– Надо в милицию звонить.
Шапилин махнул рукой.
– Да я уже весь МУР на уши поставил… – Петр Саввич сел рядом с Лешкой на кровать. – Ты мне вот что скажи: куда она могла пойти? Какие у нее секретные дела?
Лешка пожал плечами.
– Да никаких… А вещи все на месте?
Шапилин недоуменно посмотрел на Казарина: