Чтение онлайн

– А что вы думаете о Соране? – неожиданно спросил Обер. Как оказалось, он очень внимательно слушал Алекто.

Девушка пожала плечами.

– Даже не знаю, с чего начать... На мой взгляд, он не в меру дерзок, скрытен и, возможно, не чист на руку. А иногда мне кажется, будто он замышляет что-то недоброе...

– Против кого?

– Против меня и моей матери, - тихим голосом ответила Алекто.

Теперь и Обер выглядел таким же озадаченным, какой была Алекто. Он молчал, словно осмысливал услышанное, и, задумчиво глядя перед собой, потирал пальцем переносицу.

– Он появился в Доме папоротников почти сразу после исчезновения нашего старого мажордома Мадобода, - вела дальше Алекто, будто рассуждала вслух. – Позже выяснилось, что Мадобод погиб. Никто не знает, что с ним случилось, но я уверена, что его убили. С появлением Сорана на Раденне можно также связать череду загадочных смертей. Заняв место мажордома, он поселился в Бруиден да Ре, чтобы было удобнее творить свои тёмные дела. Отравил Мартину, потом убил тётю Арогасту и, наконец, добрался до мэтра Хильдена. Не исключено, что его следующей жертвой должна была стать я, – и так бы и случилось, если бы Провидение не послало вас моим спасителем. Послушайте, Обер! Если Соран не остался ночевать у Готье, который лечил ему зубы, значит, он вполне мог напасть на адвоката, возвращавшегося из Бруиден да Ре. Он мог также выследить меня, чтобы расправиться со мной здесь, в этом безлюдном месте... Остаётся только найти ответ на вопрос: почему он убивает? Какая у него цель?

– А если предположить, что на вас напал не Соран, а кто-то другой? – высказал своё мнение Обер. – Кто ещё знает об этом месте?

Он умолк на мгновение, затем, быстро взглянув на Алекто, прибавил:

– Кто знал, что вы придёте сюда?

Алекто смотрела на него, не мигая. Смутная догадка была подобна комете – в душе осталась лишь неизъяснимая тревога. Но сейчас её очень беспокоила безопасность менестреля.

– Обер, вас станут искать по всему острову. Здесь, на скалах, вам больше не спрятаться. Единственное место, где вы можете отсидеться, пока не будет пойман настоящий убийца, это Бруиден да Ре. Под домом есть подвальное помещение, куда слуги складывают всякий хлам, но ключ от него хранится в комнате моей матушки. Я раздобуду его и впущу вас... Вам нужно только затаиться где-нибудь до наступления ночи – вот хотя бы на маяке! Вы знаете, из-за суеверий местные жители обходят его стороной.

– Там я и прятался, - кивнув, ответил Обер на предложение Алекто. – Но не уверен, что смотритель маяка был мне очень рад. Пока я грелся у его очага, он оставался на башне, избегая встречи со мной. Как это было в прошлый раз, когда во время грозы мы напросились к нему в гости. Помните?

– Ваше соседство ему придётся потерпеть всего лишь до наступления ночи, - возразила Алекто. И затем, став очень серьёзной, прибавила: - Обер, ваша жизнь в опасности: маркграф намерен обвинить вас в ещё одном убийстве. Вчера поздно вечером был убит мэтр Хильден, адвокат из Лютеции. Если бы вы не сбежали из темницы, на вас не было бы и тени подозрения. А теперь местные власти готовы отправить вас на виселицу за то, чего вы не совершали. Ноявам верю, Обер...

– Я знаю, - с благодарностью в голосе и во взгляде отозвался менестрель.

Алекто помолчала и затем, взглянув юноше в глаза, спросила:

– Кстати, а как вам удалось сбежать из темницы?

Она была готова к любому ответу, но услышанное снова повергло её в смятение, заставив усомниться в ясности собственного рассудка.

На лице Обера отразилось неподдельное недоумение.

– Вы же сами освободили меня!

В очаге потрескивали дрова; горько пахло дымком и прелыми травами, которые длинными лохматыми пучками свисали с деревянной потолочной балки. Внутри маяка, куда перебрались Алекто и Обер, чтобы продолжить разговор, царила такая же, как в прошлый раз, полутьма. И так же, как в прошлый раз, когда они нашли здесь укрытие от грозы, хозяин оставил незваных гостей наедине друг с другом.

– Мадемуазель Алекто, я признателен вам за ваше доверие и хотел бы ответить вам тем же, - говорил Обер, глядя на пламя в очаге. – Я хочу быть вам другом, защищать вас и вместе с вами искать убийцу. Я уже понял, что власти Раденна во главе с маркграфом и центенарием не слишком озабочены всеми этими убийствами. Думаю, даже после того, как герцог Ортенау покинет остров, здесь ничего не изменится. Вы беспокоитесь, что мне грозит смертельная опасность, но вам следует позаботиться о собственном благополучии. Я очень хочу быть вам полезным...

Алекто слушала менестреля и больше не чувствовала себя беспомощной. Она ощущала доверие к этому человеку. Он оказался именно тем, с кем она хотела быть откровенной, тем, на чьё плечо можно было опереться в трудную минуту.

Почему? Алекто и сама не смогла бы ответить. Сильный и смелый молодой мужчина, способный защитить, – не это ли мечта каждой девушки? В особенности той, которая выросла с матерью и которой так не хватало отцовской заботы или хотя бы надёжности старшего брата. Даже Данафрид, жених и будущий муж, никогда не внушал Алекто такого уважения, как этот странствующий менестрель, чужой, по сути, человек...

– Так же, как и вы, я готов на всё, только бы поймать убийцу, - продолжал Обер, и в его голосе зазвучала сталь. – Но вовсе не потому, что меня тревожит благополучие жителей Раденна или желание доказать свою невиновность.

Он умолк, скрипнув зубами, и Алекто вскинула на него удивлённый взгляд:

– Чего же вы хотите?

– Отомстить, - ответил Обер, глядя ей прямо в глаза. – Да, отомстить! Если бы убили вашего родного и самого дорогого вам человека, вы хотели бы отомстить? Я тоже этого хочу. – И он прибавил без всякой паузы: – Девушка, чья гибель так взволновала вас, была моей сестрой.

– Невероятно! – воскликнула Алекто, поражённая услышанным. И переспросила дрогнувшим голосом: - Вы ведь говорите о девушке, погибшей на скалах?

Обер кивнул:

– Именно из-за неё я приехал на Раденн, когда почувствовал, что стряслась беда...

– Тогда почему же вы молчали?! – взорвалась Алекто; её охватило негодование. – Почему, когда я говорила маркграфу об убийстве незнакомой девушки, вы не заявили во всеуслышание, что знали её? Что она приходится вам сестрой? Ведь мне никто, слышите, никто не верит! Никто не поверил в существование первой жертвы! Мне прямо сказали, что это лишь мои выдумки, плод моих фантазий!

– Я не мог признаться в том, что девушка, которую сбросили в море, моя сестра, потому что опасался выдать себя и спугнуть убийцу! Я не терял бдительности с того дня, как прибыл на Раденн, и не заметил никого и ничего подозрительного. Тем не менее, я уверен, что за мной следили. Возможно, злоумышленник что-то заподозрил и решил избавиться от меня, сделав обвиняемым в убийстве мадам Арогасты.

– Но ведь рано или поздно вам придётся рассказать правду властям Раденна, - заметила Алекто. – Почему бы не сделать этого сейчас?

– Рано, - ответил Обер, мотнув головой. – Мне нужно время, чтобы обдумать следующий шаг. Вы правы, убийца где-то рядом и, наверное, снова что-то замышляет. Мне легче выследить его, пока все считают меня добычей, а не охотником. Верьте мне, мадемуазель, я его непременно выслежу и тогда... тогда смогу отомстить!

Когда Обер говорил о мести, голос его менялся, а чёрные глаза начинали странно блестеть. На Алекто это производило сильное, тревожное впечатление. Она видела: Обер и сам готов совершить убийство. И тогда она спрашивала себя: кто же он на самом деле? Друг или скрытый враг? Не обмануло ли её собственное доверие? Что она, в сущности, знает о нём? Он говорит, что жаждет мести за убитую сестру. Что выбрал Бруиден да Ре, потому что так ему подсказала Радегунда. Мало ли что он мог говорить...