Чтение онлайн

Я кивнула, поднимаясь вслед за ним, и Мел, напоследок окинув меня коротким оценивающим взглядом, удалилась, оставив после себя еще какое-то время покусывавшее мое обоняние облако своего запаха. Признаться, я от этого отвыкла — от внимания противоположного вида. Не в той агрессивно-жутковатой форме, в какой его проявлял Джером Стоун, но вот в такой, бытовой и даже прозаичной. Ее тело посылало сигналы моему неосознанно, и мое бы в свое время так же неосознанно на них бы реагировало. Но, конечно, не теперь.

Детектив Гаррис провел меня между столами своих коллег до коридора, где через пару поворотов мы вышли к камерам. Там он передал мою распечатанную на принтере карточку другому полицейскому, немного поговорил с ним, и мне выделили, как он и обещал, отдельную маленькую камеру в самом дальнем углу. В соседней храпели двое забулдыг с опухшими от алкоголя лицами, жался в углу какой-то подросток и манерно переговаривались с охранниками две разодетые дамы, видимо приходившиеся девочкам из Дома коллегами по сфере деятельности. Пахло здесь не в пример хуже, чем в главном зале, но зато было относительно и тихо. После того, как за мной закрылась тяжелая дверь решетки, я сразу забралась с ногами на койку, прижав колени к груди и стараясь не впадать в панику прямо с разбегу, как мне вдруг захотелось.

— Подумай обо всем еще раз, Хана, — глядя на меня с неприкрытым сочувствием, проговорил детектив Гаррис, прежде чем уйти. — Мы на одной стороне, даже если тебе так не кажется. У тебя может быть меньше времени, чем тебе самой кажется. Не потрать его впустую.

Я ему не ответила, и он, вздохнув, ушел, оставив меня наедине с моими мыслями. Какой у меня в самом деле был выбор? Довериться этому человеку, рассказать про Медвежонка и про кардинала и надеяться, что он каким-то чудом сумеет нас всех защитить? Да будь он даже альфой и шефом полиции, я бы и то сомневалась в наших шансах. Полиция приехала к храму по щелчку пальцев кардинала, они оцепили целый квартал только потому, что его кто-то там побеспокоил. Каковы были шансы, что в случае, если правда выплывет наружу, меня в самом деле прикроют, а не повесят по-тихому в камере, чтобы больше не болтала лишнего? Даже если детектив Гаррис искренне хочет мне помочь, потому что я внезапно оказалась связана с его бывшим напарником, что он мог сделать? И не сделаю ли я хуже самому Медвежонку? Ведь он не хотел публичности, и все это с самого начала было затеяно лишь с целью получить от кардинала денег и спасти Дом Ории, а не для того, чтобы открыть его личность всему миру. С другой стороны, тот факт, что кардинал до сих пор не выдвинул официальных обвинений, ясно свидетельствовал о том, что решать вопрос он собирался как-то по-другому. Возможно, он вообще уже пожалел, что в порыве ярости и досады натравил на нас полицию, но, учитывая, какое впечатление на него произвело появление Медвежонка, тогда он вряд ли мыслил здраво и хладнокровно. И я могла быть сколько угодно смелой и дерзкой здесь, но смогу ли я остаться такой же, если Церковь возьмется за меня лично? Как-то не к месту вдруг вспомнился мой прошлогодний сон про Джен и мужчину без лица, что избивал ее. Мне всегда казалось, что я способна все вытерпеть ради любимых, но вдруг я себе переоценивала? Вдруг на самом деле я была слабой и ни на что не годной? Выяснять это таким образом почему-то совсем не хотелось.

Через пару часов после того, как меня посадили в камеру, меня навестила Мел. Альфа принесла мне пирожок и коробочку сока из автомата. Сказала, что это подарок от Билла, и спросила, все ли у меня хорошо. Подобная забота могла бы меня растрогать, не усматривай я за ней вполне конкретный умысел. Детективу Гаррису нужна была информация на кардинала, и, быть может, нужна сильнее, чем мне показалось поначалу. Быть может, он так заботился обо мне не потому, что я была связана с его прошлым, а по совсем другим причинам, мне пока неизвестным. Так или иначе, от еды я отказываться не стала.

— Когда я сидела в клетке в прошлый раз, меня кормили собачьим кормом. Это намного лучше, — поделилась я с Мел. У альфы резко поднялись брови, но она не стала ничего спрашивать. Подождав, пока я закончу с едой, и убедившись, что это не прибавило мне разговорчивости, она пожелала мне спокойной ночи и удалилась. К тому времени, как за окнами стемнело, из соседней камеры забрали подростка приехавшие за ним родители, зато вместо него привели троих подравшихся альф. От них разило агрессией, потом и свежей кровью, и я, чтобы хоть как-то оградиться от этих запахов, натянула себе на нос колючее одеяло, что лежало на моей койке. Они буянили допоздна, и я толком не спала, постоянно вздрагивая и просыпаясь от каждого громкого слова. А когда мне все же удавалось провалиться в сон, то мне снились какие-то погони, взрывы и раздавленные черепа, похожие на детские игрушки с липкой пастой внутри.

Утро не принесло каких-то разительных перемен. Состав в соседней камере снова обновился, но я уже перестала отличать одно лицо от другого. Со мной несколько раз пытались заговорить, но я упорно отмалчивалась, понимая, что разговоры эти ни к чему хорошему не приведут. Один из тех альф, которых доставили ночью, был особенно настойчив. Говорил, что я пахну как его сестренка, а потом, не особо стесняясь охранников снаружи, достал из штанов свой причиндал и начал надрачивать его, прижавшись всем телом к решетке, что разделяла нас. Я даже почти подумала, что полицейские вообще не собираются на это реагировать, но потом один из них неохотно поднялся и постучал дубинкой по решетке, пригрозив прогуляться этой же дубинкой любвеобильному альфе по спине, если тот не прекратит «портить воздух своей вонью». Тот прекратил, напоследок жестами изобразив, что и как хотел бы со мной сделать, а я в тот момент представила, как Йон отрывает ему голову, а я потом играю ею в футбол, и от каждого моего удара из нее плещется липкая игрушечная паста.

Детектив Гаррис объявился ближе к обеду. Он сменил костюм, побрился и вообще выглядел опрятнее, чем накануне. Заявил, что забирает меня, отдал какие-то соответствующие бумаги охране, и лично открыл дверь моей камеры.

— Прости, что задержался, пришлось уладить пару формальностей, — произнес он вместо приветствия. — Слышал, ночка была шумной?

— Терпимо, — пожала плечами я. — Куда вы меня ведете?

Он крепко держал меня за локоть, увлекая за собой по коридору, но я была более чем уверена, что нужный поворот в сторону общего зала мы уже пропустили.

— Кардинал так и не выдвинул обвинения, как мы и думали, — проговорил он, все еще смотря строго перед собой. — Сама понимаешь, хорошего в этом немного. Мне пока не пришел ответ на запрос твоих личных данных, но у нас уже нет времени ждать. Я видел аж две белые машины, припаркованные около участка. Возможно, просто совпадение, но я, честно говоря, в этом сомневаюсь.

От таких новостей у меня неприятно зашумело в ушах, и ноги отчего-то вдруг стали как ватные.

— Они ждут меня? — тихо спросила я.

— Почти уверен, — кивнул он. — И это лишний раз доказывает, что вы трое были не просто хулиганы, которые ради смеха залезли в его кабинет. Я уже говорил тебе, Хана, у меня есть чутье. — Он на пару секунд обернулся через плечо и постучал подушечкой пальца по своему носу. — Я сам, знаешь ли, не в восторге от того, что позволяет себе Церковь. Но нам очень редко удается… встать между ней и теми, кто против нее. Обычно эти несчастные просто исчезают в никуда, словно их никогда и не было. И я не хочу, чтобы ты тоже вот так исчезла. В этот раз я хочу успеть что-то сделать до того, как станет поздно.

С помощью электронного ключа он открыл большую тяжелую дверь, которой окончился последний коридор, и, выйдя через нее, мы оказались на подземной служебной парковке.

— Я особо не рассчитывал, что ты скажешь мне, где живешь, — проговорил детектив, снимая свою машину с сигнализации и открывая передо мной дверь заднего сидения. — Ведь так?

— Вы собираетесь просто увезти меня? — немного растерянно уточнила я. — Но как же…

— По документам все будет чисто, — отмахнулся он. — Я уже говорил тебе, иногда болтики просто выпадают из общего механизма, так случается. Мел обещала меня прикрыть, если что. Но нам нельзя терять времени. Официально тебя должны отпустить только через пару часов, и лучше, если нас здесь к этому времени уже не будет. Садись, Хана.

Я колебалась несколько секунд, но потом все же сдалась и нырнула в полутемный салон. Детектив закрыл за мной дверцу и, обойдя автомобиль, рядом за руль.

— Пригнись, пожалуйста, — попросил он. — Не хочу, чтобы тебя засняла камера на выезде. Чем меньше мы оставим следов, тем больше шансов, что нам удастся сбить их со следа.

Я послушно опустилась на пол между сидениями и, как могла, съежилась за ними, после чего он завел мотор и нажал на газ. Мы выехали с парковки спустя пару минут и углубились в город. Детектив не позволял мне высовываться еще довольно долго, видимо перестраховываясь, и когда наконец мне было позволено оглядеться, я с трудом могла сориентироваться, в какой части города мы вообще находимся.