Чтение онлайн

— Тебя злит, когда я вру, босс? — Я дразнила его, перекладывая Палочку Истины в своих пальцах, пока не прижала ее к тыльной стороне его руки, в которой он сжимал в кулак часть моего комбинезона.

— Ты знаешь, что это так, — прорычал он.

— Тебя это также и заводит? — поддразнила я.

— Больше, чем я мог бы признать, — сказал он глубоким голосом, от которого жар пробежал по моим бедрам, прежде чем я смогла остановить свою реакцию.

Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать сказанное, и он посмотрел на Палочку Истины, которую я все еще прижимала к его руке, а затем, зарычав от ярости, вырвал ее из моих рук и разбил о стену.

Палочка Истины разлетелась на две части, которые отскочили на ковер, и я торжествующе ухмыльнулась ему.

— Как ты смогла соврать, когда держала ее в руках? — потребовал он, все еще прижимая меня к двери.

— Может, я и не врала. Может, моя жизнь просто часто проводит параллели со сказками. Когда я уколола палец о прялку, было очень больно. И должна сказать, в том принце, который поцеловал меня, когда я проснулась, не было ничего очаровательного — он трахал меня пальцами так сильно, что я чувствовала это еще неделю спустя.

— Прекрати, — приказал Кейн.

— Кроме того, если говорить начистоту, то мне действительно не стоило бояться большого плохого Волка, когда он сказал, что его рот лучше всего подходит для того, чтобы съесть меня. Я недавно позволила большому плохому Волку съесть себя, и это было так охренительно хорошо, что у меня даже нет слов.

Кейн просто смотрел на меня, словно не зная, что ему делать: выходить из себя или смеяться, а я ухмылялась, ожидая, что он выберет.

— Ты невыносима, — пробормотал он, его губы слегка подергивались.

— Думаю, слово, которое ты ищешь: ненасытна, — ответила я.

Кейн застонал, и я приподняла бровь, когда он откинул голову назад.

— Мы можем начать наш сеанс один на один прямо сейчас. Присаживайся, — пробормотал он, отпуская меня и отступая назад.

Это было так… не по-Кейновски, что я не смогла удержаться и недоверчиво сузила глаза.

— И это все? — спросила я, медленно двигаясь, чтобы занять стул напротив него, разделяющий нас столом.

— Может, ты расскажешь мне, как ты помешала воздействию Палочке Истины? — спросил Кейн, но таким тоном, будто знал, что я этого не сделаю.

— Не знаю, — ответила я, что, в общем-то, было правдой.

Мои дары Лунного Волка, казалось, проявлялись именно тогда, когда я больше всего в них нуждалась. Я даже не знала, что они делают в половине случаев, и уж тем более не понимала, как я их призывала, несмотря на то что находилась под действием Подавителя Ордена.

Кейн долго смотрел на меня, а затем кивнул в знак согласия.

— Я разобрался с Никсоном. Больше он тебя не побеспокоит, — сказал он, сжав кулак при воспоминании и показав мне потрескавшиеся костяшки пальцев. Не было никаких причин, почему бы ему не залечить это дерьмо, но один взгляд в его глаза сказал мне, почему он этого не сделал. Он наслаждался болью от этих травм, потому что воспоминания о ситуации, в которой он их приобрел, были слишком охуенно хороши, и он пока не хотел их отпускать.

— Что ты с ним сделал? — спросила я, облизывая губы, представляя, как Кейн выбивает все дерьмо из этого подонка. Но разве он действительно сделал бы это ради меня? Скорее всего, дело было в принципе, но в любом случае это было пиздец как сексуально. Даже если он был полным придурком.

— Скажем так, если бы я его не исцелил, он бы уже не дышал. Главное, чтобы он больше к тебе не подходил. Но если он все-таки подойдет, скажи мне, и я его прикончу.

Мое сердце заколотилось от искренности этих слов. Я просто уставилась на этого человека, которого так ненавидела, пытаясь понять, почему его это так чертовски волнует. Потом я вспомнила, что он пил мою кровь, и я подумала, не это ли мой ответ. Кейн официально не объявлял меня своим Источником, но так часто поступали могущественные Вампиры, когда им нравился вкус крови конкретного фейри. И в этом случае они защищали свой Источник с яростным чувством собственности, чтобы отстоять то, что считали своим. Должно быть, так оно и было, потому что я точно знала, что я не нравлюсь Кейну, и уж точно не настолько, чтобы вступаться за меня, если для него в этом нет никакой выгоды.

Когда я больше ничего не сказала, Кейн провел рукой по своим темным волосам и смерил меня взглядом.

— Я также выяснил, что они забирают у фейри в Психушке, — сказал он низким голосом, нахмурившись, что он не был уверен, стоит ли говорить мне об этом, и я сразу оживилась.

— О-о?

— Но прежде чем ты начнешь волноваться, ты должна знать, что я ничего не могу с этим поделать, если только мы не сможем каким-то образом вынести из этого места доказательства того, что я нашел. Начальница тюрьмы в курсе, а мой источник не станет говорить. У нас даже нет достаточных оснований, чтобы заставить ФБР начать расследование, но я думаю, что ты единственный человек здесь, которому не наплевать на это, так что…

— Ты собираешься рассказать мне? — удивленно спросила я.

Кейн долго смотрел на меня, затем достал из набедренной кобуры шоковую дубинку и положил ее на стол, направив на меня. Другой рукой он поднял пульт на шее и долго смотрел на меня, прежде чем деактивировать наручники.

Я задохнулась, почувствовав, как магия устремилась к кончикам моих пальцев. Желание использовать ее волной прокатилось по мне. Но прежде чем я успела это сделать, рука Кейна легла на мою, и он снова привлек мое внимание к себе.

— Я клянусь рассказать тебе правду об этом, если ты поклянешься сохранить этот секрет среди людей, которым мы можем доверять, — прорычал он.

— Клянусь, — ответила я в знак согласия, и его взгляд побудил меня подчиниться. Магия хлопнула между нашими ладонями, когда сделка была заключена, и в одно мгновение он отпустил меня и надел наручники, после чего снова занял свое место.

Мне было обидно, что я не смогла использовать свою магию больше, чем сейчас, но когда Кейн заговорил, я забыла о раздражении.

— Они крадут у людей Ордены, — прорычал он, бросив взгляд на дверь, хотя она была заперта, а заглушающий пузырь по-прежнему окутывал нас. — Они придумали, как удалять их хирургическим путем, хотя весь процесс занимает несколько часов и является ужасной агонией для субъекта. Многие фейри умирают от шока, когда у них его крадут, что и случилось с твоей подругой Кротом.

— У нее было имя, — прорычала я. — Сук была хорошим человеком.

— Ну, теперь она мертва. И, судя по всему, это к лучшему. Фейри, которые выжили после этого процесса, живут неполноценной жизнью, полусумасшедшие, полностью испорченные и оставленные гнить в клетках. Пока что они не могут придумать, как поместить Ордены в кого-то другого. Их цель, очевидно, состоит в том, чтобы выяснить, как давать фейри несколько Орденов.

— Но если это станет возможным… они начнут делать это все чаще и чаще. Красть Ордены у фейри и продавать их богатым stronzos, которые хотят стать чем-то более могущественным, чем они родились, — вздохнула я.

— Есть много богатых злобных ублюдков, которые всегда хотят получить больше, чем у них есть в жизни, независимо от того, сколько у них уже есть. Достаточно взглянуть на Лайонела Акрукса, — пробормотал Кейн, но я лишь покачала головой, не желая отвлекаться на разговоры об этом злобном bastardo.