Алхимия между нами: Дерзкий эликсир для Принца
Шрифт:
– Вы бы все равно ничего не смогли, - понуро опустив голову, бормочет тот.
– Это вы ничего не смогли! А я вызвал всех магов нашего королевства и соседних. Завтра у нас будет подмога.
– Завтра будет поздно, - обреченно произносит ректор.
– Оставайся здесь.
Терриан усаживает меня на диван в библиотеке.
– А ты?
– Я скоро вернусь. Мне надо взять карты.
– Зачем?
– Думаю, они понадобятся.
Сначала возвращается Терриан. С большой наплечной сумкой. Потом, один за другим, возвращаются маги. С пустыми руками, уставшие, еле держащиеся на ногах. Ритуал погружения в сон целой Академии дался им непросто…
– Все получилось?
– спрашиваю я появившегося Каэлиса.
– Да. Но это ненадолго.
– На сколько?
– До завтрашней полуночи.
Никто из магов не выглядит радостным. Все встревожены и напряжены.
– А что потом?
– За это время мы должны закрыть дверь в мир теней. Иначе… нам всем конец.
91
Мориус с Каэлисом готовят какое-то вонючее искрящееся зелье и раздают его всем магам. Оно должно помочь быстро восстановить силы, растраченные во время ритуала погружения в сон.
И, пока все пьют и ждут результата, я спрашиваю возящегося с колбами алхимика:
– А кто вообще они такие, эти тени?
– У тебя есть собственная тень, - произносит Мориус.
– Ты должна понимать это лучше других.
– Но я чувствую ее лишь иногда. В начале она меня пугала и мучила, а теперь перестала.
– Твой иммунитет ее подчинил. Тебе очень повезло, что он у тебя есть. Вам с Террианом повезло. Вы уникальны.
– Как это?
– Иммунитет есть только у вас двоих, и больше ни у кого. Вы - второе поколение. Ваши родители заполучили личные тени, но там все было печально.
– В смысле?
– Крис, от чего умерла твоя мать?
– Она болела и…
– Я думаю, его сгубила тень. Просто постепенно уничтожила. Тогда этого никто не понял, даже она сама.
О, древние боги Сеатира… Мне и в голову не приходило подобное! И отец, наверное, не догадывался.
– А как же отец Терриана? Он ведь жив.
– У всех складываются разные взаимоотношения с тенью. В целом, те первые тени, вырвавшиеся из Сеатира и проникшие в ваших родителей, были слабы. Те, с которыми мы имеем дело сейчас, намного сильнее. Конечно, они не так сильны и могущественны, как древние духи. Но, забирая души людей, они получают силу. Все тени вместе. И, чем больше душ заберут, тем более дикими, страшными и неуправляемыми они станут.
Он замолкает. А я пытаюсь представить, какое ужасное будущее нас ждет, если мы не сможем навсегда запечатать тени в древнем храме Сеатир. Нет! Не буду это представлять. Слишком страшно. Я лучше продолжу задавать вопросы, раз уж Мориус так охотно на них отвечает.
– И все же… Король Эльварн…
– Он попал под влияние своей тени.
– Как это?
– А почему, ты думаешь, в Шаэлине творится такое?
Я вспоминаю рассказ Терриана об отце. Он говорил, что король Эльварн считает себя виноватым в том, что тени вырвались на свободу. А сейчас Мориус это подтверждает.
Получается, король Эльварн это начал. А Третий принц Севера хочет закончить…
К Мориусу подходят маги, они начинают обсуждать способы проникновения в подземелье. Терриан тоже с ними. И ректор. Стоит, слушает. Выглядит потерянным и неуверенным. Какой контраст с тем человеком, которого я знаю!
Ректор Академии магии - это очень высокая и почетная должность в королевстве. Это не просто руководитель учебного заведения. Наша Академия - это практически отдельное государство, со своими законами и порядками. А он - полноправный глава, подчиняющийся лишь королю.
Неприятно видеть его таким жалким.
Но… в какой-то момент я вдруг замечаю его быстрый внимательный взгляд, брошенный на Каэлиса, который предлагает использовать зелье из толченого стражелита. Один взгляд - и все. Это снова сломленный, замученный чувством вины человек.
Наши с Террианом родители были первыми, кто проник в Сеатир и взаимодействовал с ключом между мирами. Они заполучили личных теней. Но ректор… Ведь он тоже был с ними! Разве нет? Он сам рассказывал, что они везде лазили втроем.
Почему Мориус не упомянул его? Он все время говорил о моей маме и короле Эльварне. А ректор… У него нет детей. Значит, он никому не передал иммунитет. Но он сам… у него есть тень? Или нет? И, если есть, как она на него воздействовала все эти годы?
Маги раскладывают на столе карты. Мориус что-то им объясняет. Я подхожу поближе и прислушиваюсь.
– Мы наложили печать на вход. Тени не выйдут, во всяком случае в течение суток. Но мы можем войти.
– И быть сожранными этими тварями?
– спрашивает Советник.
– Мы будем под защитой.
– Это будет непросто, - произносит кто-то из магов.
– Но вполне возможно.
– Да.
– Я готов.
– И я
– И я, - произносят один за другим маги из Шаэлина.
– Естественно, я тоже пойду, - говорит Мориус.
– Я думаю, половина магов должна остаться, - произносит Каэлис.
– Если первая попытка будет неудачной…
О, древние боги Сеатира! Что он имеет в виду? Те, кто пойдут первыми, могут погибнуть?
– Я иду с вами, - раздается голос Терриана.
Он с ума сошел!
– Конечно, нет.
– Нам не нужны студенты. Еще и с ним возиться, - переговариваются маги.
– Со мной не надо возиться, - возражает Терриан. .
– Он должен пойти, - выдает свое веское слово Мориус.
Каэлис кивает. А он, насколько я поняла, пользуется безусловным авторитетом среди магов Шаэлина.
– Почему?
– Потому что у него иммунитет, - объясняет Каэлис.
– Он может понадобится.
Маги уважительно кивают.
Но, если Терриан пойдет…
– Я тоже иду, - срывается с моих губ.
Я не собиралась это говорить! Я не хочу в подземелье! Мне страшно! Но…
– Только маленьких девочек нам там не хватало!
– ворчит какой-то маг из Шаэлина.
– Я не маленькая. И… без меня Терриану будет очень сложно.
Вообще невозможно!
Мориус снова кивает. Я вижу, что нехотя. Но он слишком хорошо понимает, что магия Третьего принца тесно связана с моей.
– Ладно. Давайте собираться.
И тут раздается голос ректора. Уверенный и властный. Голос человека, привыкшего командовать.