Чтение онлайн

И Рейнсейры хотели, чтобы я вошла в их семью. И родила им детей. Ха! Кого? Демонов в человечьем обличии?

— Придётся потерпеть.

Я проглотила ком, застрявший в горле, и сморгнула выступившие слёзы. Я должна быть сильной ради него.

— Почему он так выглядит?

— Это то, о чем не говорят вслух, — проронил в ответ Рам и улыбнулся, наслаждаясь моим страхом. Он же тоже темный. — Это наша сила, доставшаяся от Демонов.

Я шумно сглотнула. Тело онемело.

— Значит, спустя столько поколений, вы можете… — мой голос дрожал.

— Тьма есть тьма. Ей плевать на поколения.

Я смотрела только на Рама. Но кожей чувствовала дикий, жаждущий меня сожрать взгляд Николаса. Вместо глаз — темные провалы. И какие-то высказывания едва слышно срывались с его губ. Он шипел, ругался, скалился, пугал меня до демонов и явно желал нам всем оказаться рядом.

— Что он шепчет? — спросила я.

— Чепуху, — выдал Рам.

Ник дернулся вперёд, будто всерьез собирался сорваться с места в мою сторону. Я вскрикнула. Рамир ударил брата, будто отвесил подзатыльник. Тот зашипел и оскалился.

— Тиха! — грозно произнес Рам. — Ты дёргаешься!

Николас закрыл глаза и попытался расслабиться. Тьма постепенно растворялась — не имея подпитки, ослабевала. Её влияние тоже сходило на нет. Дышать стало чуточку легче, воздух стал не таким густым.

— Почти всё, — произнес Рамир. Его глаза вернули прежний цвет. Даже Николас стал дышать глубже, постепенно расслабляясь и возвращая себе контроль.

Действительно, рисунок был почти закончен. Золотые чешуйки и вязь символов в некоторых из них уже красовались на змее. На её голове появился огромный символ. Я не знала значений — древнее что-то, но подозревала, что вся эта вязь знаков — заклинание, удерживающее магию внутри.

— Сцепи зубы, Николас. Финал. Смотри только на неё.

Рейнсейр зарычал. А потом его отпустило. Он втянул в себя воздух, его глаза расширились и он пришел в норму, вернул свой привычный облик приличного… Человека. Я поджала губы, боясь выдыхать с облегчением.

— Ник?

— Да…

И он потерял сознание. Я бы с удовольствием тоже сейчас отключилась. Меня трясло.

— И что? Это все? — неуверенно спросила я. Голос дрожал.

— Теперь всё, — известил Рам.

Я натянуто улыбнулась, глядя на измученное, бледное лицо Николаса. По его виску катилась капля пота. А на раздражённой, покрасневшей коже плеча теперь сидела змея, переливаясь золотом.

— Я могу к нему подойти? — с надеждой я посмотрела на Рамира.

— Теперь да.

Николасу поднесли к носу нашатырный спирт. Он пришел в сознание и растерянно глядел на нас.

— Всё закончилось? — неуверенно спросил он, будто проспал всё на свете.

Рам поколдовал над рисунком, спрятав его под заклинанием. Лучше всякой плёнки.

Я поднялась с кресла и подошла поближе. Погладила Ника по волосам и взяла за руку.

— Ты молодец, — прошептала я.

Спустя, наверное, ещё час мы стали собираться.

Ник набросился на еду остервенело, будто не видел её неделю. Сожрал пять сэндвичей. Я попросила ещё успокоительную сигарету, которую Рамир предоставил, даже не ухмыльнувшись. Я затянулась прямо в помещении — Раму же можно курить здесь! — и думала, что не посоветуй он мне выкурить на улице первую, было бы куда хуже. А так, мы оба под непонятно чем перенесли этот ужас.

Николас сказал, что боль была невыносимой и бороться с собственной силой невозможно. Я не могла вообразить всё, что творилось с ним, несмотря на то, что видела это собственными глазами и никогда уже не забуду. Но представляю насколько было бы хуже без… Мианина. Зато сейчас ему стало легче. Физически. Будто груз сняли. Даже выглядел слишком бодрым для того, кто прошёл через ад.

— Будто заново родился, — произнёс Ник.

Я смотрела на это со скепсисом.

— Это он ещё под кайфом, — пояснил Рам. — Когда придёт в себя, ощутит всю прелесть своего решения.

А потом мы стали одеваться. Я не знала, куда дальше направится Николас. Возможно, ему стоило остаться с братом. Но мне точно пора было уезжать. Время стремительно бежало вперёд, вечер поздний, мне хотелось отвлечься.

Я написала Арриану.

Надев пальто, перекинув сумку через плечо, я поглядывала на Рамира. Кое-что терзало меня, одна щекотливая тема… Я дождалась, пока Николас не спустится вниз и не оставит нас наедине. Этот разговор не для его ушей.

— Можно задать личный вопрос? — подошла я ко входу в комнату, в дверях которой стоял Рамир.

— Валяй, — бесстрастно произнёс маг.

— Ты когда-нибудь делал что-то подобное с детьми?

Он так на меня посмотрел…

— Я похож на ублюдка? — выпалил он.

— Нет! Да, это было глупо, — моргнула я. — Я не… Прости. Я лишь хотела узнать… — я облизнула губы.

— Говори уже! — не выдержал Рамир. — Что у тебя за подозрения?

— Никаких. Я начала не с того. М-м… Знаешь ли ты о случаях, когда такие печати ставили детям, младенцам?

— Нет, — ответил холодно он. Я его задела. Вот я дура.

— А… чисто теоретически, могут ли печати быть… Невидимыми? Скрытыми?

— Нет. Это всегда четкий рисунок. Даже если ты нанесешь его белыми чернилами, такое не пропустишь. Шрамы на теле остаются. Скрыть печать не выйдет, только если не наложить иллюзорное заклинание. Но сама понимаешь…

— Да, понимаю, они не вечные, — кивнула я, поджав губы.

Значит, печать нанести на мое тело никто не мог. Шрамов или рисунков — такого не наблюдалось. А я думала, это хоть капельку поможет мне приблизиться к разгадке.

Видя мое разочарование, Рам как-то прищурился и, кашлянув, решился на откровенность:

— Знаешь, когда я был ещё сопливым юнцом, только-только осознавшим, чем буду заниматься, одна подружка Кайрила спрашивала об этом. Рыжая до невозможности и красивая… прямо как ты.

Я выпала. Почувствовала, что ноги подкашиваются, и вцепилась в дверной косяк.

— И что ты сказал ей?

— Побледнела-то как! — оценил мой внешний вид Рамир. — Ничего. Сказал, как есть. То же, что и тебе сейчас отвечу: нельзя такое сделать, — пожал плечами маг. — С удовольствием бы и в книжку тыкнул, как тогда, но увы, они в библиотеке.

— Ясно, спасибо.

— Надеюсь, ты не собираешься делать что-то такое?

Я по его глазам видела, что он что-то знает или догадался, почему я спрашиваю… Про свою мать. Я улыбнулась без радости.

— А как её звали? Ту девушку?

— Думаешь, я помню всех подружек Кайрила?

— А у него их было много? — прыснула я. С помешанностью Кайрила на моей матери…

— Алиса? Элесис? — ответил Рамир, не поворачиваясь ко мне.

— Элесия, — прошептала я одними губами.

Я спускалась на ватных ногах.