Чтение онлайн

Не вызывало сомнений – теперь собравшиеся на стороне Гуваша и воспримут любые слова из его уст за истину.

– Именно то! Доброхожий своим отказом покидать лагерь перешел черту, разделяющую нас и его. Он знает, что конник был не один и желает потянуть время, дабы сюда прибыла кавалерия.

– Тьфу. Да это же самообман чистой воды! – крикнул сморщенный мужичок в черном жилете.

Сообразно одетые головорезы его поддержали. Волна негодования перенеслась и на остальных.

– Это же он выгребную яму нам готовит! – взмыли вверх кулаки.

– Он уже ни на что не годен, пора выбрать нового Батьку! – радикально провозгласил громила с задних мест.

– Тише! – поднялся вверх скрюченный указательный палец Гуваша, – Это ошибка, которую он еще не признал… Но может это сделать, дадим ему шанс.

– Хрен ему, не прощенье, – не унимался мужичок в жилетке.

– Дослушайте до конца! – Гуваш обратился к выступившиму головорезу, и тот шагнул обратно в строй, – Я огласил, как мы собираемся действовать – забираем грамоту и скачем в Грандрегат… Я вижу ваше презрение к Доброхожему, – перешел на шепот Карман, – поэтому предлагаю спустить его следующим образом: завтра ночью я скомандую браткам – мы оставим Батько в лагере связанным, а сами поступим так, как должно – заберем пожитки, грамоту и унесемся в Грандрегат. Найдем моего знакомого кореша и получим от него за эту привилегию выкуп.

– А сейчас че, баклуши бить? – бандит в кожухе негодовал.

– Нет, сейчас вы пойдете и предупредите о моих намерениях всех, кто поддержал нас на лужайке во время батьковского Озарения. К браткам с юга даже не суйтесь, это верные головы Доброхожего.

Гуваш окончил выступление демонстрацией условного знака, который подаст своей когорте ночью, во время спешки. Бандиты разошлись по разным углам, а Карман остался стоять на месте.

Ёзеф и Мартин желали наблюдать за оратором до конца его представления – до тех пор, пока тот не покинет лужайку. Но оратор не собирался уходить. Вместо этого он снова подошел к распластанному по тополю телу сторожа, погладил его по плечу, по груди, немного постоял, поднял голову и внезапно произнес.

– Выходите, я знаю, что вы подслушивали.

Ёзеф и Мартин молниеносно заскочили за укрытие. Оба собирались дать деру, но Патлатый резко притормозил, захватив здоровенной рукой за шкирку убегающего Мурзу. Из-за дерева Гуваш продолжал говорить.

– Не будьте балбесами. Выходите, вас никто не осудит.

– Пошли, – незаметно сказал Ёзеф, подтянув сутулого паренька к себе.

– Но он…, – искал оправдания Мартин, – Он же на Батько взъелся!

– Ты же слышал все, – тихо сердился Ёзеф, – Батько уже не тот, что прежде. Давай, или Карман разозлится.

Мартин согласился. Вдвоем они виновато вывалили из-за тополя, оказавшись перед сидящим на корне старым бандитом. В жилистой руке сверкал кортик, которым Гуваш вырезал на дереве какие-то черточки. Мартин вздрогнул, хотел попятиться, но под плечо подставился Ёзеф. Гуваш посмотрел на ребят и хило улыбнулся.

– Вай вай, хороши, – начал бандит, – вот что значит правильная поросль. И грамоту украли, и от солдата сбежали, и подслушали, молодцы, чертята.

– Ты к чему ведешь? – спросил Мартин.

Ёзеф молчаливо поддержал его.

– Вы тоже считаете, что я прав? Насчет Доброхожего? – поставил вопрос ребром Гуваш, – Не бойтесь, говорите, что думаете. С вами ничего не случится, обещаю.

Он продолжил вырезать кортиком узор на корне тополя, пока глаза двоих меньших Клинков импульсивно метались из стороны в сторону. Первым вызвался ответить Ёзеф.

– Я тоже так думаю, Карман, – отозвался Ёзеф, – ты говорил очень правильно.

Мартин снова боязно посмотрел на прошедшего через душевное испытание Ёзефа. Ему стало проще, он выпорхнул из давящих лап хищника, забыв про любые угрозы…Угрозы, которые могли бы приключиться с ним, выложи он хоть чуточку внутреннего сомнения. Рассудив так, Мартин признался, что поддерживает Гуваша и прежний путь Алых Клинков, затаив за собой право выбора.

– Прекрасно, значит, вы готовы помочь нам?

– Да, – в один голос высказались мальчики.

– Отлично, просто отлично, мои дорогие, – склонил голову Гуваш, пряча широкую старческую улыбку, – Доброхожий не зря воспитывал вас. Нет, он не плохой, просто…забылся.

– Это что значит, Карман? – пытался узнать Ёзеф.

– Значит, он должен вспомнить, Патлатый. Вспомнить наше призвание.

Гуваш перестал высекать зазубрины на дереве, заложил кортик в карман и подозвал двух мальчишек поближе к себе. Ёзеф не преминул приблизиться, подтолкнув Мартина. Карман встал и положил жилистые руки на их низкие плечи.

– Я вижу по вашим глазам, что вы либо боитесь, либо сомневаетесь, – осмотрел их головы Гуваш, – Поймете, мы не против Батько, мы хотим его…вразумить. Он должен принять голос большинства.

– Голос в смысле – продать грамоту, а не разговаривать с солдатами? – уточнил Ёзеф.

– Да! – Гуваш наклонился, чтобы видеть лица обоих, – Вы же знаете, что солдаты нас ненавидят. Они воспользуются любым выпавшим случаем, дабы прикончить наших братков… И никакая грамота их не переубедит. Так было, так есть и так будет всегда. А мы лишь хотим денег. Денег, чтобы наслаждаться свободной жизнью, жить по своим правилам и делать все, что захочется… Истинно наши ценности, ребята.

Мартин внимательно слушал. Ёзеф, как и взрослые бандиты, всем своим видом поддерживал идеи Гуваша.

– Так что давайте, присоединяйтесь к нашему плану, – докончил он.

Потребовалось еще некоторое время, чтобы пересказать тонкости ночного побега и условные знаки. Ушло время и на то, чтобы запомнить клички сторонников Гуваша. Мартин часто кивал головой, выражая понимание и поддержку, но его внутренний вопрос не был решен так однозначно. Ёзеф, казалось, окончательно прибыл на сторону старого лидера.

Когда обсуждение подошло к концу, Мартин помчался прочь, исполняя мелкие указания Гуваша. Ёзефу пришлось задержаться. Теперь на личную беседу.

– Ёзя, – Гуваш неожиданно обратился по имени, да к тому же ласково, – зачем ты ходил к Доброхожему прошлой ночью?

– Эм…, – Ёзефа опять застали врасплох. – Так, я за Русым бегал, его искал.

– Нашел?

– Да… Они там сюсюкались об чём-то кажись… Ничего такого.

Гуваш смерил Ёзефа взглядом. Мальчик ждал, что авторитетный бандит поручит и ему какую-нибудь работу, но произошло следующее.

– Я правильно помню, что ты ненавидишь стариков?

Ёзеф до этого момента не собирался вести искренной беседы с малоприятным для него человеком, но тут что-то поскребло его душу. Он развернулся в фас, почесал затылок и ответил.

– Ну…поди что да.

– Значит, таких как я с Доброхожим ты бы приструнил, если бы не Клинки? Отвечай напрямую, честно, мы здесь одни.

Алые Клинки провели целую неделю в дороге и наконец остановились поблизости выселка в родной глуши. Здесь можно было раскрепоститься, дышать вольно, долго о чем-то беседовать с приятелями. Но Ёзефу такого случая до сих пор не представлялось: дельце в шинке, происшествия с грамотой. Он подумал: “возможно, это тот случай” и позволил себе присесть на камешек рядом с Гувашем.