Чтение онлайн

Когда процедура привязки закончилась, солдаты обступили облаченного в доспехи барона с двух сторон. Стремянные разогнали лошадей, чтобы рыжеволосый повис над землей. Пытаемый взвизгнул, кожа на руках и ногах растянулась, к щекам прилила кровь. Барон поднял латную рукавицу и скомандовал разводить лошадей. Стремянные обернулись уточнить сигнал, Гретер повторил тот же самый приказ, и коней уверенно потянули за удила. Они стали вышагивать, растягивая бренное тело молодого предателя.

Сначала шпион скрипел зубами и громко выл, его конечности растягивались, в локтях появились красные пятна. Когда же веревки натянулись точно струны под тягой жеребцов, ступающих все быстрее, рыжеволосый заорал на всю округу, вены на его руках и ногах вспыхнули, кожа приобрела малиновый оттенок. Тут у недавних шутников пропал дар речи и затряслись поджилки. Немного понаблюдав за мучениями, барон скомандовал “достаточно”, быстро подошел к предателю и негромко промолвил.

– Это еще не самый сильный напор. Чем дольше отмалчиваешься, тем усерднее работают лошади… Говори, кто приставил тебя, кто еще из лагеря работает на них и чего ждать от сбежавшего Кайна. Не вынуждай меня продолжать этот цирк.

Туман овеял холодную вырубленную ураганом лесную землю, в стене сплоченных солдат были небольшие промежутки, через которые мучимый шпион пытался разглядеть какие-нибудь яркие свечения, условные знаки или еще что-нибудь. Даже нелепый звук придал бы ему уверенности, что все закончится в его пользу… Но ничего не происходило.

“Надо дать им время… Да, они про меня не забыли!” – продолжал полагать шпион.

Гретер следил за мимикой его лица и стал подозревать, что у предателей есть какой-то план по освобождению этого щуплого парня. Тогда он надавил.

– Смирись, никто за тобой не придет, – хладнокровно прокомментировал Гретер, – Ты в окружении более двух дюжин солдат! Даже мышь не пробежит мимо них незамеченной. Это конец – выдавай своих подельников и я награждаю тебя колодкой за содействие.

Сказанное подточило надежды рыжеволосого. Слова подобрались к горлу, но губы были сжаты из последних сил.

Барон не стал отрываться от допрашиваемого, лишь махнул рукой, и веревки снова издали малозаметный скрип. Стремянные поддали ладонями по бокам лошадей, те стали гарцевать, потихоньку отдаляясь друг от друга. Крики сопровождали их движение, запястья молодого человека налились кровью, в районе подмышек вырисовывались гематомы. Зрители и сторожи наблюдали действо с гробовым молчанием. Шпион не выдержал пытки и жалобно издал из себя.

– Скажу!!!

Гретер сделал взмах рукой, команда дошла до всех четырех стремянных. Натяжение ослабло. Пленник отдышался и сипло изрек.

– Нам обещали…

– Говори громко, чтобы все слышали! – потребовал Гретер.

– Нам обещали заплатить! Многим из нас! Черные маги! Обещали мешки с золотом, с которыми мы начнем новую жизнь за границей после Монт те Сента!

Глаза Гретера округлились от сказанного, за строем солдат начались тихие переговоры. Давненько командиру не приходилось проводить допросы, порастерялась былая хватка. Шпион замолк, надеясь на слепую удачу – параллельно барон пытался собраться с мыслями и не дивиться услышанному. Очевидным показалось узнать следующее.

– Что еще за Монтесент?!

– Не знаю! Какой-то ритуал черных магов!

– Вот черт… Так, – пытался не растеряться Гретер, – Называй имена! Живо, имена соучастников!

Рыжеволосый снова посмотрел в сторону размытых в тумане фигур воинов, фигур сотников, окруживших солдат и публики, тревожно выглядывающей из-за спин стражи. Ничего доверительного, абсолютно. Ком сжал его горло, в глазах накатились слезы. Гретер разозлился этой идиотской наивности и ударил предателя по щеке. Рыжий паренек сплюнул и повернулся испачканным лицом к истязателю.

– Называй соучастников!!! – крикнул Гретер.

В ответ – плач и слезы, просьба не делать ему больно. Баннерет Лемарк, стоявший до поры беззвучно в кучке сотников и четверых солдат поблизости, показательно кашлянул и подозвал барона.

– Барон Гретер, – раздался мужественный голос, – можете подойти?

– Да что ж такое, иду!

Барон поднялся, поправил рукавицы и озлобленно направился к своему старому знакомому.

Это стало его роковой ошибкой.

Стоило ему отойти на пару шагов от рыжеволосого, как тут же воздух разрезал арбалетный болт. С отчетливым свистом снаряд влетел в круг и вонзился в голову шпиона. Кровь с серым веществом брызнула на траву.

– Убили!!! – раздался крик наблюдателей.

– На дереве, на дереве! – следовало потом.

Барон пригнулся и стал в спешке осматривать круг встрепенувшихся солдат. Поиски были недолгими, двое из них указывали пальцами на верхушку покореженной березы, одиноко стоявшей во мгле. Оттуда стремглав спрыгнул и пустился в бегство один из вечерних арбалетчиков в дублете с раздутыми предплечьями.

– Вы, четверо, живо за ним!!! – повернулся к солдатам Гретер.

Без разговоров помощники командира помчались в погоню за преступником. Витольд вырвался вперед, полный решимости и самоотверженности, за ним между бежевых стен палаток проскакивал Дэйв, чуть поодаль в крюк заходили еще двое солдат. Их отделяло чуть меньше сотни шагов по полю из бурелома. Убегающий арбалетчик ловко перемахнул через деревянный вал, устремившись к лесной полосе. Витольд чертыхался на густеющий с каждой минутой туман, который усиливался по мере приближения дневного света. По пути он увидел часового, прохлаждавшегося возле купы деревьев в паре десятков шагов от арбалетчика. Голос Витольда сотряс воздушные пространства.

– Вали его!!!

Часовой схватился за ручной арбалет и активно начал всматриваться в пробегающий силуэт. Выхватил из колчана болт, зарядил оружие и выстрелил в туманную пелену. Немного постоял, поглядел, заметил трепыхания вдалеке и опять стал заряжать арбалет. За это время намеченную цель целиком заглотил утренний туман. Часовой сообразил и ринулся на перехват в лес.

Витольд с Дэйвом бежали напрямик к нарастающей зеленой стене. Они видели, что арбалетный снаряд не поразил цель, и решили, что противник продолжил двигаться с той же скоростью. В лесном массиве преследование становилось сложнее, однако оба солдата знали, что другая группа уже обходит по левому рукаву, отрезая путь отступления на северо-запад. Витольд надеялся, что часовой преградит восточную сторону.

Над головами возникли кроны густых елей и берез, камни, валежник и бугры заменили упавшие деревья и пни. В мороке зрение подводило, точно ночью – приходилось на лету уклоняться от огромных стволов или кустарников. Витольд подумывал о вентепосах Алых Клинков: “Эх, вот бы мне их сейчас сюда”. Он старался не смещаться с траектории, уповая на слаженность работы команды перехвата.

Когда на пути возникали канавы, обрывы или кустарники, мечник не задумываясь летел прямо через них. Дэйв, видимо, повторял движения напарника и какое-то время дышал ему в спину. Но после пятого такого препятствия худенький мужчинка, по лицу бывший алкоголик, подвернул ногу в широком рве и смачно ударился о каменистую почву. Останавливаться было противопоказано, Витольд пшикнул по поводу неудачи Дэйва, еле успел перепрыгнуть через сросшиеся два дерева, скатился в овраг с перегруппировкой, вывалил из него и опять устремился вперед. В стороне треснули сухие ветки, кто-то приближался с запада.

Запыхавшиеся потные солдаты из группы перехвата столкнулись лоб в лоб с Витольдом. Они быстро поведали, что слышали какие-то перестуки в паре десятков шагов отсюда. Витольд дал им время перевести дыхание, а сам спортивным шагом побрел на восток. Через шестьдесят с лишним футов он запнулся за лежащий на мхе арбалет. Мечник поднял его и поднес к глазам, благо, рассвет почти наступил, серость впитала дневные лучи как губку и равномерно размыла по бугристому лесу. Глаз у Витольда слепотой не отличался, сразу наметил помятую дугу и сломанный рычаг. В кустах торчала козья ножка.