Чтение онлайн

Сначала я услышал, как капитан хмыкнул, а затем крикнул: — Ерошин! Свечи тащи!

После того, как появился неверный, мерцающий свет, капитан с минуту изучал затушенные пулей свечи, потом посмотрел на меня и сказал: — Вы в цирке не пробовали выступать с этим фокусом?

— Нет. Не пробовал.

— Что вы еще можете?

— Убить человека ударом кулака.

Командир охотников бросил на меня испытующий взгляд и неожиданно крикнул: — Василий Степанович, ты как, дух из него вышибешь?!

На пороге появился гигант в унтер — офицерском звании. Окинув меня быстрым взглядом, сказал:

— Вышибу, ваше высокоблагородие! Только повозиться придется! Вон, какой здоровый, как тот медведь!

— Вы как? — с легкой усмешкой спросил меня капитан.

— Не волнуйтесь, я не буду его сильно бить, — предупредил я капитана.

— Вы так уверены в себе? — ухмыльнулся в ответ командир "охотников".

— Может, перейдем к делу?

Капитан встал, затем хлопнул ладонью по столу и неожиданно скомандовал: — Начали!

Я поднялся и развернулся к силачу, который сейчас неторопливо, вразвалку подходил ко мне. Несмотря на видимую неспешность, было видно, что он уже готовиться к схватке. Тело напряглось, а шаг стал упругим. Шаг. Еще шаг. Он был хорошим бойцом, но с моей молниеносной реакцией ему было не тягаться. Я успел опередить его нападение, выбросив вперед обе руки одновременно. Жесткий блок левой руки погасил удар в самом зародыше, а пальцами правой железной хваткой вцепился гиганту в кадык. Унтер — офицер, багровея на глазах, захрипел, попытался ударить меня, но в следующую секунду был просто отброшен в сторону. Повернувшись в сторону офицеров, сказал: — В настоящем бою он бы уже лежал, корчась, со сломанным горлом.

Сейчас капитан смотрел на меня так, словно видел впервые. Было видно, что моя молниеносная победа в схватке произвела на него должное впечатление.

— Интересно. Где вы подобному научились?

— Один японец научил.

— Только этому или еще и другим приемам?

— Другим тоже. Могу показать, — и я многозначительно посмотрел на красного унтер — офицера, стоявшего сейчас у стены, осторожно массировавшего себе горло. Судя по выражению лица, тому явно не хотелось новой схватки.

— Верю, — усмехнулся капитан. — А ты иди, Василий Степанович.

Когда тот вышел, командир охотников продолжил: — Саенко сильный боец, так что скажу не таясь: поразили вы меня. Теперь скажите мне: человека сумеете убить?

— Надо будет, убью.

— Спокойно, так сказали, без надрыва. Значит, приходилось убивать?

— Приходилось.

— С ножом умеете обращаться? Заряд заложить? Лежать на промерзлой земле часами?

— С ножом не работал, так же как и с взрывчаткой. Насчет остального — у меня терпения и воли хватит на трех человек.

Махрицкий посмотрел на поручика, потом перевел взгляд на меня.

— Иван Васильевич, сказал мне, что вы поручик в отставке.

Я достал из кармана документы, после чего протянул их капитану. Тот несколько минут внимательно их просматривал, потом поднял глаза на меня.

— Когда вышли из госпиталя?

— 14 марта этого года.

— У вас указана полная потеря памяти, но при этом вы явно не похожи на слюнявого идиота. Странно, не правда ли?

— Согласен. Несколько странно.

— Даже не знаю, что и сказать, — он какое-то время крутил мои документы, а потом сказал. — При всех ваших достоинствах у вас нет опыта. Отрицать не будете?

— Нет. Но думаю, что для солдата опыт дело наживное.

— Вы правильно меня поняли, Сергей Александрович. Сейчас идите в штаб и подайте прошение. При этом не забудьте там сказать, что заручились моим согласием. Ерошин! — на пороге двери возник ефрейтор. — Отведи нового охотника в канцелярию. Подождешь его там, а потом поставишь на довольствие!

— Слушаюсь, ваше высокоблагородие!

— Сергей Александрович, идите с ним.

Я поднялся.

— Слушаюсь, господин капитан!

В ответ на мое уставное обращение Махрицкий только укоризненно покачал головой. Стоило нам с ефрейтором выйти, как тот стрельнул по мне быстрым взглядом и осторожно спросил: — Не пойму, как к вам обращаться?

— По имени. Сергей.

— Так-то оно так, но вы вроде бы….

Я посмотрел на него: — Тебе какая разница?

— Как скажете. Здорово вы приложили Саенко! Раз — и он как рак стал! Красный и глаза навыкате!

Я промолчал. Ефрейтор поняв, что новичок не имеет желания говорить, замолчал. Сначала я оформил в штабе документы, потом Ерошин привел меня в барак, где мне предстояло жить. Запах пота и несвежего белья перебивал крепкий запах солдатской махорки, зато не в пример солдатам на передовой, здесь было тепло и сухо, благодаря трем железным печкам.

— Парни! — сразу с порога крикнул Ерошин. — Я к вам новичка привел!

Жизнерадостные и все как на подбор, здоровые и плечистые охотники, до этого занятые своими делами, сразу поднялись со своих мест и окружили меня. За пять минут мне довелось узнать о себе много нового.

— Ну и бычара! Вон плечи какие! Поле вспашет и не вспотеет! На нем не одну оглоблю сломаешь!

— Может, потом поговорим, парни?! Ночь плохо спал, отдохнуть хочу!

Вперед вышел крупный, мускулистый парень. Чернявый, с шалыми глазами. Вылитый цыган.

— Не торопись! Место еще заслужить надо!

— Как?

— Мимо меня пройдешь, значит, заслужил! — по его лицу скользнула уверенная ухмылка.

Охотники вокруг меня сразу подалась в стороны, расчищая место для схватки. Я оглянулся на ефрейтора. Тот пожал плечами, дескать, тебе решать. Цыган перехватил мой взгляд, но понял по — своему: — Никак забоялся?! Не бойся, сильно забижать не буду! Скажите, парни, я ведь добрый?!

Охотники весело рассмеялись, с удовольствием глядя, как этот забавник ломает комедию.

— Люблю, когда кругом одни добрые дядьки, — решив подыграть им, я скорчил глупую рожу. — Так, где моя койка?

Под новый взрыв смеха, я шагнул к цыгану. Тот попытался сделать подсечку, но я ушел в сторону, одновременно ткнув весельчака в нервный узел. Заводила взвыл от дикой боли. Шок скрутил его тело, на глазах выступили слезы боли, но он все же сумел устоять на дрожащих ногах. Смех мгновенно оборвался. Лица у охотников посуровели. Они так и не поняли, что произошло, поэтому смотрели на меня, кто настороженно, кто с опаской.