Чтение онлайн

Шарлотта Грандиссонъ.

Я въ то же самое время написала ей отвтъ слдующаго содержанія: "Я совершенно не знаю той особы, которая называется Шарлоттою Грандиссонъ. Я съ великою нжностію люблю Милади Ж…; но сожалю токмо о Милорд. Я къ теб не поду. Я не могу подать теб совта кром того, что ты не должна шутить надъ своимъ благополучіемъ.,,

По прошествіи получаса, я получила другое письмо.

"И такъ вотъ что я выиграла моимъ замужствомъ! Братецъ мой въ отсудствіи, къ мужу не льзя приступиться, Милордъ и Милади Л… приняли его сторону, не узнавши кто правъ и кто виноватъ; Докторъ Барлетъ изъявляетъ свою важность и молчаніе меня осуждающее; Емилія меня къ своему глазу; Генріетта моя отъ меня отрекается! и все сіе еще съ первой недли моего замужства началося! Чтожъ мн теперь длать? Война кажется явною. И такъ вы не желаете принять на себя качества посредственницы! вы не желаете говорите вы? Очень хорошо; я на то согласна. Но я хочу представить глазамъ вашимъ все произшедшее.

"Вчерашняго вечера, до окончанія еще первой недли, въ первые Милорд Ж… принялъ вольность вступать въ мсто моего уединенія, безъ всякаго отъ меня на то соизволенія. Вы конечно примтили, что онъ проболталъ за столомъ нсколько дерзскихъ и безстыдныхъ словъ; но я пропустила оное мимо ушей.

"Что значитъ сія смлость? сказала я ему. Пожалуйте, Г. мой, выдьте отсюда. Для чего оставили вы гостей?

"Я пришелъ, любезная моя, представить вамъ одну прозьбу. Начало, какъ вы видите, довольно было учтиво, естьлибъ онъ не столько вмшалъ въ оное докучливыхъ своихъ восхищеній, но онъ обнялъ меня обими своими руками, при Женни, горнишной моей двушк. А поелику безстыдныя ласкательства мужа могутъ произвесть опасныя впечатлнія надъ сими двицами; то вришь ли ты, Генріетта, что симъ совершенно можно испортить хорошіе нравы.

,,Я отвергаю вашу прозьбу и не хочу ее слушать. Какъ осмлились вы придти сюда безъ спросу? Вы должныбъ были разсудить, что я конечно не оставила бы моей сестрицы на долгое время. Какъ! не ужели торжественный обрядъ столь уже древенъ, что позволяетъ забывать правила жизни?

"Правила жизни, Сударыня? Онъ, какъ кажется, чувствительно былъ тронутъ симъ изрченіемъ. Оставьте меня, возразила я, не давши ему времени отвтствовать. Выдьте отсюда въ сію же минуту. Не прискорбно ли мн было будучи въ такомъ гнв, когда онъ объявилъ, что не выдетъ, и обнявъ вторично поцловалъ меня безобразною своею харею, Женни все еще была въ кабинет.

"Теперь, Миссъ Биронъ, вы конечно меня не покинете въ такомъ случа, въ коемъ благопристойность принимаетъ участіе. Конечно нтъ, я въ томъ уврена. И естьли бы вы стали защищать ненавистныя сіи вольности въ начал еще бракосочетанія, то симъ дали бы знать, что он и самимъ вамъ нравятся.

"И такъ вы легко вообразить себ можете, что я пришла въ чрезвычайное негодованіе. Онъ изчезъ, осмлясь бормотать и изъявлять свою злость. Онъ упомянулъ какого то дьявола. Тогда я спросила у Женни, не мн ли онъ ето сказалъ? Нтъ, по истинн, отвчала она мн: и такъ видишь, любезная Генріетта, дйствіе худаго примра надъ таковыми двками: она осмлилась еще говоришь въ пользу нжности мужней. Впрочемъ во всякомъ другомъ случа она поступаетъ благоразумно.

"Прежде нежели гнвъ мой утишился, сей ненавистный человкъ появляся опять безъ всякаго замшательства. По истинн, любезная Генріетта, я говорю сущую правду. Онъ мн сказалъ: поелику вы ничего тайнаго не длаете, то я и не хочу васъ оставлять. Клянусь моею честію, Сударыня, вы весьма худо со мною поступаете.

,,Но позволите ли мн видться съ вами завтра по утру?

"Нтъ, Г. мой.

"Хотя при завтрак, дражайшая моя; и у кого же? у Миссъ Биронъ. Сего удовольствія прошу я у васъ за самую величайшую милость.

"Его дражайшая! Ничего я толико не презираю во всемъ свт, какъ лицемрства. Я знала что онъ намренъ былъ сего дня хать со мною въ гости, дабы потщеславиться молодою своею помощницею; и разсуждала что видя меня въ гнв, онъ желалъ вдругъ наименовать мн пріятный домъ, выслужиться у васъ, и имть то удовольствіе, что заставилъ жену свою повиноваться, не употребляя къ тому властительнаго вида.

"Отъ сего-то презрнія достойнаго начала произошла важная наша ссора. Наиболе же меня трогаетъ коварство мужчины, и то мчтательное воображеніе, кое онъ иметъ, дабы склонить васъ на свою сторону. Онъ не преминулъ однако во время нашей распри угрожать мн, что будетъ вамъ на меня жаловаться. Желать истребить меня изъ сердца самой любезнйшей моей пріятельницы! Можетъ ли быть такая злость простительна? Вы легко судишь можете, любезная моя Генріетта, что естьлибъ предложеніе хать къ вамъ произошло не отъ него, наипаче посл столь жестокихъ обидъ, то сіе посщеніе могло бы принести мн самое величайшее удовольствіе.

"По истинн! Г. мой… дйствительно, Милордъ…. Клянусь вамъ небомъ, Г. мой… Сіи съ нкоею величавостію довольно умренною, были самыя пылкія мои слова: Я етаго не сдлаю.

,,Онъ же съ своей стороны многократно повторялъ въ различныхъ случаяхъ: Клянусь моею честію, Сударыня, пусть я изчезну на семъ мст, естьли… и запинаясь, изьявлялъ нкое сумнніе: Вы весьма худо со мною поступаете, Сударыня… Я не заслужилъ… но позвольте мн вамъ обьявить…

"Я твердо настою въ семъ, Сударыня, и вы должны оказать мн сіе благоугожденіе.

"Я не въ состояніи была, Генріетта снести такого изрченія. Вечеръ былъ прохладенъ, но я не выпускала изъ рукъ моихъ вейера. О! о! сказала я, какія слова, какія слова! какія выраженія. Вы настоите въ томъ Милордъ? мн кажется я за мужемъ: обманываюсь ли я? Тогда я взявши мои часы сказала: въ понедльникъ въ вечеру въ одиннатцатомъ часу въ половин… которое нын число? Я просила у Милорда дозволенія записать первую сію минуту исполненія его власти.

"Любезная Милади Ж…! [называя меня своимъ именемъ, можетъ быть желалъ онъ оскорбить меня боле] естьлибъ я не въ состояніи былъ снести сей поступокъ, то конечно бы не имлъ всей нжности, коею теперь къ вамъ пылаю.

"И такъ, Г. мой, отъ излишней любви начинаете вы настоять во всхъ должностяхъ мужа. Очень хорошо. Я присовокупила нкія довольно язвительныя насмшки касательно того приготовленія, кое должна длать къ рабству. Я бы продолжала; но онъ принявъ на себя важной видъ, которой показался мн очень жестокимъ и нсколько презрительнымъ [разсуди, Генріетта возможно ли было умрить гнвъ свой], вознамрился преподавать мн наставленія, говоря: вамъ бы гораздо было приличне, Сударыня, имть нсколько меньше разума, а боле скромности.

"Укоризна была весьма чувствительна; вы въ томъ согласны, Генріетта; а наипаче со стороны такого человка, которой не иметъ довольно ни того ни другаго… Но я довольно имла еще надъ собою. власти, чтобъ сообщить ему сіе наблюденіе. Милорлъ, сказала я ему; я полагаюсь на ваше благоразуміе. Оно всегда будетъ путеводителемъ ума моего; и нкогда съ помощію пренебрегательной ко мн вашей любви оно научитъ меня кротости.

"Скажи, любезная моя, не оказала ли я ему симъ весьма ласкательнаго засвидтельствованія. Долженъ ли онъ почесть оное иначе наипаче съ такимъ важнымъ видомъ съ коимъ я то произнесла, и пленительнымъ почтеніемъ коимъ оно было сопровождаемо? Но отъ угрызенія ли совсти или худаго свойства, а можетъ быть и отъ обхъ сихъ чувствованій ему показалось сіе жестокою обидою. Онъ началъ кусать у себя губы. Женни, сказалъ онъ горнишной моей женщин, поди вонъ; Женни, сказала я, неходи. Женни не знала кому повиноваться. По истинн, Генріетта, я начала опасаться чтобъ онъ не сталъ меня бить, а между тмъ какъ онъ боролся съ величественными своими взорами я отворила двери и пошла къ собранію.