Чтение онлайн

–  Извольте взглянуть сами, ваше превосходительство.
– Капитан Грейдер разложил на столе фотографии.
– Это снимки обоих полушарий, сделанные при подходе к планете. Ни на одном не видно ничего похожего на большой город. Не видно даже ни одного городка, хотя бы чем-то отличающегося от других или чуть большего, чем другие.

–  Не очень то я верю снимкам, особенно сделанным с большого расстояния. Невооруженным глазом увидишь больше. У нас на борту четыре шлюпки, с которых можно прочесать всю планету от полюса до полюса. Почему бы не воспользоваться ими?

–  Потому, ваше превосходительство, что они не предназначены для подобных целей.

–  Какое это имеет значение?

Грейдер терпеливо ответил:

–  Наши ракетные шлюпки старого образца, предназначены для запуска с борта корабля в космосе и развивают скорость до сорока тысяч миль в час. Произвести толковый обзор планеты можно только со скоростью не выше четырехсот миль в час. Попытка маневрировать шлюпками с такой малой скоростью приведет к неэкономному расходу горючего, порче дюз и неминуемой катастрофе.

–  В таком случае на блидеровских кораблях давно пора иметь блидеровские шлюпки.

–  Полностью с вами согласен, ваше превосходительство, но самая маленькая модель двигателя Блидера превышает триста тонн, для шлюпки это слишком много.
– Грейдер собрал фотографии и положил их обратно в ящик.
– Что нам действительно нужно, так это древний аэроплан с пропеллером. Он обладал преимуществом, которого мы лишены: мог медленно летать.

–  Вы бы еще по велосипеду затосковали, - фыркнул посол за неимением лучшего аргумента.

–  Велосипед как раз у нас есть, - доложил Грейдер.
– У десятого инженера Гаррисона.

–  И он привез его с собой?

–  Он его повсюду с собой таскает. Поговаривают, что он даже спит с ним.

–  Космонавт на велосипеде?
– посол громко высморкался.
– Я полагаю, он получает наслаждение от чувства огромной скорости, развиваемой этим видом транспорта, приходит в экстаз от гонки через космос.

–  Не могу знать, ваше превосходительство.

–  Вызвать сюда этого Гаррисона. Пошлем психа ловить психов.

Грейдер моргнул, подошел к микрофону и объявил:

–  Десятому инженеру Гаррисону немедленно прибыть в навигаторскую.

Гаррисон прибыл через десять минут. Ему пришлось прошагать почти три четверти мили от двигателя. Это был худой человечек с темными обезьяньими глазками и с такими ушами, что при попутном ветре ему можно было не жать на педали. Посол изучал его с любопытством зоолога, увидевшего розового жирафа.

–  Мне стало известно, что вы обладаете велосипедом.

Гаррисон ответил осторожно:

–  Сэр, в инструкциях не сказано ничего, что…

–  К чертям инструкции, - сделал нетерпеливый жест посол.
– Мы оказались в идиотской ситуации, и выпутываться из нее придется по-идиотски.

–  Так точно, сэр.

–  Поэтому я хочу дать вам поручение. Поезжайте в город на своем велосипеде, найдите мэра, шерифа, самую большую шишку, или верховное ничтожество, или кто там у них есть. И передайте ему мое официальное приглашение на ужин. Ему и всем официальным лицам, которых он сочтет нужным с собой привести. С женами, разумеется.

–  Слушаюсь, сэр.

–  Партикулярное платье, - добавил посол.

Гаррисон выставил вперед одно ухо, опустил другое и сказал:

–  Прошу прощения, сэр?

–  Могут одеваться как хотят.

–  Понятно, сэр. Мне можно отправляться прямо сейчас, сэр?

–  Немедленно. Возвращайтесь как можно скорее и доставьте мне ответ.

Неуклюже откозыряв, Гаррисон вышел. Его превосходительство удобно раскинулся в кресле, игнорируя взгляды присутствующих.

–  Только и всего.
– Посол вытянул из ящика длинную сигару и тщательно откусил кончик.
– Если мы не можем подобрать ключ к их головам, то подберем к желудкам.
– Он хитро сощурился.
– Капитан, проследите, чтобы выпивки было вдоволь. И покрепче. Венерианский коньяк или что-нибудь в этом роде. Час за обильным столом, и языки развяжутся. Мы их потом всю ночь остановить не сможем.
– Посол закурил сигару и с удовольствием затянулся.
– Старый испытанный дипломатический прием: незаметное обольщение путем набивания желудка. Всегда срабатывает безотказно, сами увидите.

Энергично давя на педали, десятый инженер Гаррисон въехал на улицу, по обеим сторонам которой стояли Маленькие дома, окруженные аккуратными садиками. Пухленькая, миловидная женщина подстригала в одном из них газон. Он подкатил к ней, вежливо прикоснувшись пальцами к пилотке.

–  Прошу прощения, мэм. Кто у вас в городе самый большой человек?

Она обернулась, скользнула по нему взглядом и указала ножницами на юг.

–  Джефф Бэйнс. Первый поворот направо, второй налево. У него кулинарная лавка.

–  Спасибо.

Он двинулся дальше. Первый поворот направо. Он объехал грузовик на резиновых колесах, стоящий у угла. Второй налево. Трое ребятишек тыкали в него пальцами, хрипло вопя, что заднее колесо его велосипеда вихляет. Он нашел лавку, прислонил велосипед педалью к обочине и похлопал его ободряюще, прежде чем войти и взглянуть на Джеффа.

А посмотреть было на что. У Джеффа было четыре подбородка, шея объемом в двадцать два дюйма и выпирающее на пол-ярда брюхо. Простой смертный запросто мог нырнуть в одну штанину его брюк, не снимая при этом акваланга. Без сомнения он действительно был самым большим человеком в городе.

–  Хочешь чего-нибудь?
– извлек Джефф вопрос откуда-то из глубины своей утробы.

–  Да не совсем.
– Десятый инженер Гаррисон окинул взглядом обильные запасы еды, и ему пришло в голову, что если ее всю к вечеру не раскупят, то вряд ли выкинут кошкам.
– Я ищу определенного человека.

–  Вот как. Я-то сам держусь обычно от таких подальше, но у каждого свой вкус.
– Джефф подергал толстую губу, собираясь с мыслями, а потом предложил: - Почему бы тебе не обратиться к Сиду Вилкону на Дэйд-авеню? Он самый определенный из всех людей, которых я знаю.

–  Я не совсем это имел в виду. Я хотел сказать, что ищу человека особенного.

–  Так какого же рожна ты не скажешь прямо?
– Поразмыслив над новой проблемой, Джефф Бэйнс предложил: - По этой части годится Тод Грин. Ты его найдешь в обувной мастерской на углу. Он-то уж точно особенный. И еще какой!

–  Вы меня не понимаете, - объяснил Гаррисон.
– Я охочусь за большой шишкой, чтобы пригласить его откушать.

Усевшись на высокий табурет, со всех сторон которого его тело свисало не меньше чем на фут, Джефф Бэйнс окинул Гаррисона любопытным взглядом и сказал: