Чтение онлайн

В этой концепции жизненная сила словно бы выступала стабилизатором, «запоминающим», что же должно статься с телом. Мана была энергией, силой, которая эти изменения делала и заодно «транслировала» информацию о том, чего же практик хочет добиться.

Почему нельзя вкладывать астральный образ напрямую в какую-то область второй оболочки? Не ясно. То есть… У меня буквально есть прана, содержащаяся в костях. Почему я не могу прямым воздействием менять её свойства так же, как и при создании колец, заставляя придавать моим костям нужные свойства? И воздействие это проводить через седьмое начало, тратя ману. Основной моей догадкой тут было то, что у членов общины, во-первых, не было таких огромных резервов праны, которые позволяли развить храмовые техники — хотя тут я тоже был аномалией, которая крайне быстро увеличивала свои запасы, большая часть храмовников уже осталась в этом смысле позади меня, а те брахманы, которые все же превосходили, начинали развиваться с детства, а не в районе сорока лет, как я. Недостаточное количество праны требовало каких-то хитростей для её использования. Ну и, кроме того, метод с кольцами мог быть банально проще. То есть — это ведь как подвешенное заклинание: подал ману, и оно работает. Словно бы огромный растущий прямо из тела рычаг, который надо дернуть, чтобы активировать внутренний механизм. Прекрасная система активации, контроля, управления. Легкая для сознания человека и не требующая глубокого контроля над собой и своей силой. Удобно. Но не столь тонко, как могло бы быть. Не так эффективно, но быстрее, проще.

Создавать еще один аркан я попросту не хотел. У меня старый еще не успел сформироваться. Цементирование ауры на образе Шак’Чи во время единения было сложным делом. Участок, который был трансформирован, постоянно требовал энергии и сжимался, уплотнялся. Консультация у Брафкасапа успокоила меня — мы долго беседовали с брахманом. Тот просто рекомендовал не пользоваться им некоторое время и подпитывать силой. Абтармахан выбрал крайне непростую технику создания стабильного аркана — для меня вообще было неожиданностью узнать, что их несколько — так что то, что я в начале мог им пользоваться, а потом внезапно использование новой способности усложнилось, это вроде как нормально. Ну, предположим, что нормально. Хорошо.

Так вот — создавать новые арканы или их подобия я не хотел. Йогические практики не закрывали возможность пользоваться Магией Слова, как храмовые. Кольца в отличие от арканов не цементировали ауру. Но они её все равно меняли. И существенно. Я не был готов к потери части контроля над чарами. В первую очередь даже не к контролю… К лишнему расходу энергии. Контроль у меня филигранный. Я уверен, что смог бы быстро восстанавливаться и адаптироваться к изменениям, не потеряв возможности пользования ни одним заклинанием. Вероятно — одно кольцо в несколько лет я точно мог себе позволить. Но вот восстановление моего текущего уровня все же будет крайне непростым. Паразитарный расход энергии на заклинания вырастет, чего бы хотелось избежать всеми средствами. Я перестал испытывать недостаток в мане. Острый. Но тратить даже десять-пятнадцать лишних процентов силы на банальные вещи вроде Огненной Стрелы или Исцеления мне не хотелось категорически.

Именно поэтому я хотел повторить эффект кольца, медитируя на свою прану в уединенном месте. Пока остальные ученики, кто уже достиг нужного возраста и научился совершать мелкие манипуляции с силой, создавали первые кольца — а таких было четверо, включая Ливратмали — я занимался крайне бесполезным, скорее даже вредным по мнению всех окружающих делом.

— Тиглат я верю, что ты способный, — она покачала головой. — Но даже первое кольцо создают месяцами и годами. А ты пытаешься, фактически, сделать постоянный эффект от внутренней или даже внешней медитации. Так никто не делает. Так вообще не бывает! Даже если у тебя получится, то не сразу — через года или даже десятки лет! Так почему бы не создать сначала обычное кольцо?

— Не хочу, — я поморщился.

— Тогда никто даже не поймет твоего таланта.

— И пусть — меня это не слишком интересует.

— Но…

— Почему ты так хочешь, чтобы я создал кольцо? — Я повернулся к девушке. Чернильно-синеватый локон — необычный цвет волос начал проявляться не так давно и был результатом каких-то внутренних изменения — у нее был заложен за ухо. Красиво смотрелось лицо, что бы кто ни говорил. Волосы словно бы собрались в тонкие пучки, свисая в узоре неровных линий и подчеркивая глаза, подбородок, пухлые красивые губы.

— Дедушка сказал, что полноценным членом общины ты можешь стать только когда создашь первое кольцо.

— Или когда добьюсь своего иными методами, — я пожал плечами.

Вообще, пусть тут в таких жестких формах это и не практиковали, мне все больше казалось логичным прибегнуть к каким-то специфичным методам развития нужных свойств. В частности, вероятно, если бы я захотел укрепить связки, довольно логично было бы растянуть себя веревками меж пары камней или деревьев. И медитировать на связки, уча свою прану нужным свойствам и меняя тело. Или, скажем, укрепляя кости, можно было бы закинуть на загривок большой камень и посидеть с ним… Долго. Год? Я пока год не выдержу. Месяц? Вполне. В общине было что-то подобное, но в гораздо более мягкой форме. В первую очередь — чтобы перенимать свойства объектов легче. Например — частые медитации на огонь, в огне — они вполне способствовали ускорению работы с этой стихией. Но и все. Может быть про такие подходы рассказывать будут позже, когда ученики уже чего-то достигнут. Но вряд ли, честно говоря.

Соответственно, сейчас были доступны только методы создания колец и базовые пути йоги вроде Бездыханности или Сан-йо. Последние основывались на глубоких медитациях в особых условиях. Одновременно и внешней, и внутренней, позволяя получить нужные свойства. И именно путь Сан-йо — йога аскетизма — требовал чего-то довольно похожего на мои предположения о развитии активных и пассивных умений путем вложения их напрямую в ауру. Внутренняя медитация Сан-йо использовалась для укрепления тела, а внешняя — для перенимания свойств крепости, долголетия… Дальше они вкладывались во все тело сразу. Это по описаниям учителей, смутным описаниям, надо сказать, было похоже на сбор ягод или грибов. Йог годами искал интересующие его свойства крепости и здоровья, собирал их внешней медитацией и в тиши, вдали от чужих глаз, укреплял их внутренней, делая постоянными. Когда их накапливалось запредельно много, они перерастали в нечто большее. Из тех, кто нас учил, ни у кого не переросли, правда. Так что о том, что такое это «большее», оставалось только гадать.

Чем же эти практики отличались от того, что пытался сделать я? Ну, в первую очередь тем, что полноценный Путь предполагал изменение всей ауры, вложение образов и силы во всю ауру сразу. Не в отдельные участки, локализованные физически. Проще говоря, я пытался взять текущий ручей и покрасить краской один его поток внутри всей массы воды. Вместо того, чтобы менять постепенно цвет всей водной массы. Логично? Не очень. Использовать методы для постижения Пути, чтобы создать отдельное свойство? В противовес мне нормальные ученики общины сейчас «копали ответвления» своего «ручья», которые и собирались «подкрасить». Удачи им с этим. Даже практики внутренней и внешней медитаций уже были мне запредельно полезны. Они базовые в любом направлении, но не особо применимы в бою. Но эти и кольца… нет уж, обойдусь без них.

— У тебя все равно не выйдет! — Ливратмали резко встала. — И ты только зря потратишь время!

— Если бы я думал так же, как ты, — я холодно на нее посмотрел, — то уже давно бы стал обедом для каких-нибудь демонов из Лэнга.

— … Он принимает гостей, Тиглат. Не будем пока беспокоить раджу.

— Важнее его сатьяна и друга? — Я приподнял брови. Мой рост до сатьяна был слишком резок для Храма, но звание мне официально присудили.

— Важнее сатьяна, который никак его не предупредил о визите, — Брафкасап покачал головой. Я задумался, потом кивнул. Он был в общем-то прав, а мне не горело. Да и помочь нынешний гуру мог тоже.

— Ты можешь мне помочь найти Шак’Чи и Агаста? Я не чувствую ни того, ни другого.

— И не почувствуешь, — Брафкасап пожал плечами, — их нет в Бхопаларе.

— Нет?.. Почему нет?

— Ты не знал, что на твоего ученика было нападение? С ним все в порядке. Просто факт.

— Не знал. — я нахмурился. — И что дальше?

— А дальше тех, кто на него напал, женщину, призывающую теней подобно шаманам эмушитов, юного колдуна, поднимающего мертвых подобно им же, заметили в одном из отдаленных мест Царства. Весть принес аколит, который застал нападение и был в поселении Аврашура по делу Храма. Твой протеже отправился туда вместе с обезьяной. И слава Брахме, что этот неусидчивый Дух покинул дворец хоть на время, — гуру прикрыл глаза. — Мне уже надоели жалобы управляющего на подожженные шторы и кресла, где он приземлял свою горящую задницу.

— Агасту же всего десять? Как он мог отправиться в путешествие?

— А сколько ему должно быть? — Брафкасап удивленно глянул на меня. — Десять — возраст сознательный, пусть и очень юный. С его-то родословной отчего не отправиться. Не волнуйся, Сварнраадж лично дал ему денег и двух стражников в сопровождение. Я отдал одного джунуюдха. И еще отправил сатьяна и аколита. Сатьян Шари — она очень разумная и жестокая девушка. У нас не так много женщин среди высокого сана в Храме. Так что, поверь, это хороший вариант.