Чтение онлайн

— Вы подарите мне поцелуй, Лизонька? — прошептал Корнилов низким баритоном, наклоняясь к ее лицу.

В следующий миг он нежно прикоснулся своими горячими губами к ее губам. Лиза открыла губки ему навстречу и задрожала. Жар разлился по всему ее телу. Его руки властно обхватили ее головку, а пальцы зарылись в ее распущенные волосы. Приподняв ее с банкетки, он поставил ее на ноги и сжал в нетерпеливых объятьях. Он целовал ее медленно, не спеша. Очень долго и страстно. Лиза прижалась к нему в порыве, обхватив его тело руками.

Спустя некоторое время, Павел, чуть отстранившись от ее губ, прикоснулся к вороту ее пеньюара.

— Вы позволите мне раздеть вас? — спросил он проникновенно, смотря в ее огромные прелестные глаза.

Она лишь смогла кивнуть в ответ, судорожно сглотнув. Он улыбнулся ей в ответ и присев на банкетку, притянул ее к себе. Лиза оказалась между его ног, и молодой человек начал очень медленно расстегивать многочисленные пуговки ее пеньюара, страстно смотря в ее прекрасное лицо. Лиза замерев, как маленькая птичка перед удавом, позволила ему снять с себя пеньюар. Она так и стояла в опасной близости от него, между его раздвинутых коленей. На ней осталась лишь полупрозрачная кокетливая сорочка на тонких бретельках. Его потемневший взор восхищенно пробежался по соблазнительному телу Лизы, остановившись на ее груди.

— Вы позволите мне полюбоваться вами? — сказал он хрипло, испепеляя жгучим взглядом розовую плоть ее упругой груди, которая просвечивала через тонкую материю. Лицо молодого человека, находилось на уровне ее шейки и Лиза, опустив руки, смотрела сверху на его густые короткие темно-русые волосы и ощущала, что это действо ее просто завораживает.

Корнилов поднял руку к ее плечу, и его пальцы начали ласково гладить ее ключицу и плечи. Лиза, словно околдованная, смотрела за тем, как он ловко опустил с ее плеч бретельки и полупрозрачная рубашка, упала к ее ногам. Лиза стояла, не шелохнувшись, полностью подчинившись власти этого мужчины. Обнаженная, с затуманенным от страсти взором, она не спускала взгляда с его милого лица. Павел медленно поднял руку и осторожно провел пальцами по ее горячей раскрасневшейся щеке, затем поласкал ее шею, плечи. Когда его широкая ладонь коснулась ее груди, Лиза чуть не упала в обморок от безумного возбуждения, которое охватило ее.

— Прелесть, — выдохнул он хрипло, пожирая взглядом ее белоснежные полушария грудей. — Как давно я не любовался вами.

Он властно обхватил широкой ладонью ее правую грудь и начал, лаская, перекатывать ее в своих пальцах. Второй рукой он притиснул стан Лизы к себе, властно обхватив ее тонкую талию, и заставляя приблизиться к нему на минимальное расстояние. Испепеляя затуманенным пламенным взором ее прелести и уже с силой стискивая ее грудь, он хрипло произнес грудным голосом:

— Вы самая прекрасная женщина, из тех, которых я когда-либо встречал.

Его рука его переместилась с груди Лизы на ее ягодицы и начала ласкать уже их. Лиза была смущена его вольными ласками. Она чувствовала, что от его прикосновений она теряет контроль над собой. В какой-то момент, он поднял на нее голову и она отметила, как темен его поглощающий взор.

— Моя ласточка, — глухо проворковал он и его губы начали осыпать ее шейку поцелуями.

Своими речами и умелыми ласками, молодой человек, подчинял ее своим желаниям. Лизе не хотелось сопротивляться. Наоборот, она хотела отдаться ему полностью, без остатка. Видя в его глазах нескрываемое желание, она чувствовала, что сама возбуждается сильнее и сильнее.

— Слишком светло, — прошептала Лиза. — Нужно задуть свечи.

— Нет, — повелительно сказал Павел, вновь поднимая свой темный взор на ее румяное смущенное личико и не отрывая взгляда от ее глаз. — Сегодня я хочу видеть тебя.

— Вы… ты смущаешь меня, — выдавила срывающимся голосом из себя Лиза.

— Закрой глаза, — велел ласково Павел и улыбнулся ей. Она закрыла глаза и в следующий миг почувствовала его горячие губы на своей груди. Лиза схватилась за его плечи, чтобы не упасть, от охватившего ее возбуждения, которое пронзило все ее тело. Его руки с силой сжали ее ягодицы. Она тихо застонала от возбуждения.

— Я не могу больше, — прошептала она из последних сил. Ее глаза широко открылись, и Корнилов увидел пламя в ее очах. Он все понял и, раздвинув ее ножки, усадил ее к себе на колени. Она обхватила его голову ладонями, сама целуя его лицо. — Прошу тебя! — простонала она, пожирая его алчным взглядом, осыпая его губы дикими поцелуями. Он улыбнулся ей и встал на ноги, увлекая Лизу за собой. Затем бережно положив ее на спину на ковер у камина, молодой человек занял место между ее ног.

Долгое время они не могли оторваться друг от друга. Им обоим казалось, что если прекратить любовные ласки, то больше никогда у них не будет повода, чтобы вновь прикоснуться друг к другу. Наконец, обессиленные и счастливые, они забылись сном.

Павел проснулся от холода. Открыв глаза, он увидел, что они с Лизой так и лежат на ковре. Камин погас. Он высвободился из ее объятий и осторожно переложил спящую красавицу на постель. Укрыв ее одеялом, он лег рядом и, обняв ее, мгновенно уснул.

Разбудили Корнилова утренние лучи восходящего солнца, которые освещали спальню. Чуть приподнявшись на локте, он начал рассматривать спящую Лизу, любуясь ее прелестным безмятежным лицом и размышляя о прошедшей ночи.

В эти мгновения, Павел осознал что, неистово, безумно любит Лизу. Видеть ее постоянно рядом, любоваться ее милыми чертами лица было для него необходимо так же, как и дышать воздухом. Вчера он просто хотел примириться с нею, желал просто прикоснуться к ней. Но, теперь, он хотел продолжения отношений, хотел по-настоящему стать ее мужем. Как и много лет назад. Любовь возвратилась и ворвалась в его сердце так стремительно сильно и коварно, что, сейчас, Павел испугался. Он понимал, что еще пара таких ночей, и он, как глупец, признается ей в своей любви. Но он не мог признаться ей первым, ибо смертельно боялся, что она посмеется над ним, как и много лет назад. А Павел не желал более страдать. Поэтому сознание Корнилова вынесло необходимый для их любовного союза ультиматум — Лиза должна была первая признаться, что любит его. Только тогда все бы решилось между ними. Он бы смог по праву назвать ее своей и обвенчаться с нею.

Он ласково провел ладонью по ее полной упругой груди и Лизы проснулась. Чуть потянувшись всем телом, она распахнула свои чудные мятные очи и улыбнулась ему. Корнилов смотрел на нее немигающим пронзительным взором и ждал. Он ждал, что вот сейчас, она скажет, как ей не хватало его многие годы, что она любит его или хотя бы, что они созданы друг для друга. Как много раз он слышал эти простые слова в свой адрес от других женщин. Но те женщины ничего не значили для него, для его сердца, для его души. Он не любил их. И потому он совершенно безразлично, а порою холодно и жестоко отталкивал их любовь. Но в устах Лизы эти слова имели другой смысл. Ее слова любви к нему несли другую информацию, и в его сознании были окрашены в радужные счастливые тона.

Он ждал от нее этих слов, не мигая, всматриваясь в ее теплые прелестные глаза. Как же он хотел услышать от нее хоть что-то отдаленно напоминающее слова любви. Но она молчала и лишь смотрела на него своими огромными глазами.

Павел начал уже нервничать, ощущая, себя глупцом. Потому что вчера, как и несколько раз до этого в течение месяца он обнаруживал перед нею свою страсть, свои чувства. И она пользовалась его беззащитностью и уязвимостью. И это травило Корнилова. Видимо, Лиза была первой и единственной женщиной, которая не хотела признаваться ему в любви первой. Он ощущал, что все годы с их встречи, он был заинтересован в ней более, чем она в нем. Что она, как будто случайно принимала его страсть, сама оставаясь холодной к нему.

Обида на ее молчаливость и холодность, начала завладевать его существом и, когда Лиза, молча, потянулась к нему и сама поцеловала его в подбородок, Павел он напрягся. Не этого он хотел от нее, не любовных ласк. Его дико стучащее сердце требовало от нее любви. Он не ответил на ее ласку, и она чуть отстранившись от него, нежно улыбнулась ему.

— Доброе утро, — произнесла Лиза с дрожью в голосе.

— Вы не хотите мне ничего сказать, сударыня? — решил взять быка за рога Павел.

Она лишь на миг задумалась и ласково проворковала: