Чтение онлайн

Из темного прохода на противоположной стороне арены донесся низкий, скрежещущий рык. Что-то выкатилось в свет. Это было существо с телом массивного барса, но кожей, покрытой не мехом, а крупными, костяными пластинами, как у броненосца. Его пасть была слишком широкой, усеянной рядами игловидных зубов, а вместо хвоста извивался пучок щупалец, на кончиках каждого пульсировали ядовитые жала. Скорпард. Помесь скорпиона и кошки из самых кошмарных глубин иных миров.

Ученик Храма Безмолвного Камня не дрогнул. Он встретил атаку зверя не уклонением, а серией точных, молниеносных ударов. Его клинок звенел, отскакивая от костяных пластин, высекая скудные искры. Он работал как идеальный механизм: блок, контратака, шаг в сторону. Зверь ревел от ярости, его щупальца хлестали по воздуху, но не могли достать до неуловимого противника. Это было красиво, технично и… бездушно. Словно он не дрался, а выполнял сложное упражнение.

В конце концов, он нашел слабое место — участок на шее, где пластины сходились неплотно. Один точный удар — и скорпард рухнул, истекая черной жижей. Молодой мужчина стоял над ним, даже не запыхавшись. На его лице двойка вспыхнула ярче, а затем сменилась на новый, более сложный символ — единицу. Мастер Вейра кивнула с холодным удовлетворением.

Дорин был следующим. Его бой был полной противоположностью. Это был хаос в чистом виде. Он не фехтовал, он воевал. Кричал, плевался, кидал в зверя — на этот раз огромного, шипящего пернатого змея с клювом-кинжалом — песком, собственной портупеей, кулаками и ногами. Он использовал ярость самого зверя против него, уворачиваясь в последний момент и нанося удары из самых неожиданных положений. Он получил рану на плече, но в ответ вогнал клинок зверю в глаз. Победа была некрасивой, окровавленной и настоящей. Его цифра «3» вспыхнула и превратилась в двойку. Он вышел с арены, хромая, с окровавленным лицом, но с торжествующим взглядом, который искал в толпе меня.

Шестым вызвался Корв. Ученик с лицом аскета и взглядом, полным бездонного спокойствия. Его оружием был не клинок, а пара изогнутых кастетов с шипами, испещренных рунами подавления.

Из портала выползло нечто бесформенное, студенистое, мерцающее sickly-зеленым светом. Умлядь. Существо без костей и четких очертаний, оставлявшее за собой обжигающий слизкий след. Его атака была тихой и удушающей — оно растекалось по песку, пытаясь поглощать противника, растворяя плоть и разум ядовитыми испарениями.

Корв не стал уворачиваться. Он встретил тварь в лоб. Его кастеты вспыхнули тусклым багровым светом. Каждый его удар был не для того, чтобы проткнуть, а чтобы подавить. Руны на оружии гасили внутреннюю магию умляди, заставляя ее сжиматься, терять форму и вязнуть. Это был бой титанов — бесформенного хаоса против несгибаемого порядка. Корв методично, как молотом, вбивал тварь в песок, пока от нее не осталось лишь шипящее, безвредное пятно. Он вышел с арены без единой царапины, его цифра «6» сменилась на «5». Его победа была безэмоциональной и пугающе эффективной.

Четвертой была Лира. Худая, быстрая как ящерица, с острым, колючим взглядом. Ее оружием были иглы. Десятки тонких, почти невидимых стальных игл, которые она держала между пальцами обеих рук.

Ее противником стал ксао’тун — существо, похожее на гигантского слепого крота с кожистыми крыльями и эхолокационным щебетом, разрывающим сознание. Оно не атаковало тело — оно атаковало разум, вызывая галлюцинации и невыносимую боль.

Лира не стала дожидаться атаки. Она пустилась в бегство, не по прямой, а по сложной, запутанной траектории, заставляя зверя метаться и терять фокус. Ее руки мелькали, и десятки игл впивались в чувствительную кожу ксао’туна, не нанося серьезных ран, но вводя нервно-паралитический яд. Это был не бой, а охота. Зверь бесился, слепнул от яда, бился о камни, пока не рухнул, захлебнувшись собственной яростью. Лира остановилась, лишь слегка запыхавшись. Ее цифра «4» не изменилась, но засияла с новой силой, доказав, что ее ранг — не случайность. Ее победа была тихой, ядовитой и безжалостной.

Воздух на арене сгустился. Было ясно — каждое испытание лишь подогревало аппетит артефакта и ожидание Мастеров. Все взгляды теперь были устремлены на оставшихся.

И вот моя очередь.

— Ученица Пятая! — прокричал Мастер Пак. Его взгляд был тяжелым и многозначительным. Он ждал.

Я вышла на песок, ощущая под босыми ногами знакомую вибрацию. Я оставила клинок в ножнах. Это вызвало удивленный гул. Амон нахмурился. Дорин замер, стиснув кулаки.

Из темноты выполз мой противник. Это не было массивным чудовищем. Это было нечто низкое, приземистое, напоминающее помесь паука и ската. Тенеполз. Его тело было плоским, почти двумерным, цвета запекшейся крови. Оно не бежало, а стелилось по песку, бесшумно и жутко быстро. Вместо глаз — два молочно-белых пятна. Оно не атаковало в лоб. Оно пыталось обойти, окружить, зайти сзади. Его тактика была на удивление разумной.

Первые секунды я просто уворачивалась, давая себе время изучить его. Песок шептал мне о каждом его движении, но тенеполз был почти невесом, его шаги не оставляли вибраций. Пришлось полагаться на зрение.

Он сделал выпад — резкий и тихий. Я отпрыгнула, но край его плоского тела зацепил мой сапог. Кожа на мгновение онемела. Парализующий яд.

В толпе зашептались. Я услышала насмешливый смешок кого-то из учеников Вейры.

И тогда я перестала сдерживаться.

Я не стала бежать. Я просто растворилась. Сделала шаг, и песок поднялся вокруг меня вихрем, скрыв от взглядов. Я не стала невидимой — я стала частью ландшафта, движущейся дюной, миражом. Тенеполз замер в недоумении, его белые глазки бешено забегали.

Я появилась справа от него, ударила горстью песка в его «лицо» и снова исчезла, уйдя вглубь песчаной завесы. Зверь взъярился, беспорядочно бросаясь в ту сторону, но я была уже слева.

Это был танец. Танец тени и песка. Я использовала не силу, а иллюзию. Не скорость, а мгновенное, короткое телепортирование на пару метров, маскируя его под вспышку поднятого песка. Я двигалась так, как никогда не показывала на тренировках: не линейно и резко, а плавно, обтекаемо, непредсказуемо.

Тенеполз начал метаться, теряя ориентацию. Он был хищником, привыкшим к прямой схватке или засаде, а не к такому обманчивому противнику.

В конце концов, я заманила его в центр арены. Он замер, почувствовав ловушку, но было поздно.

Я встала во весь рост, выдернула клинок и воткнула его в песок у своих ног.

— Хватит играть, — прошептала я.

И сконцентрировалась. По-настоящему.

Песок вокруг тенеполза ожил. Он вздыбился, превратился в жидкую трясину, затягивая зверя. Тот забился, пытаясь вырваться, но песок сжимался, как каменные тиски, обволакивая его плоское тело. Это была не магия стихий в чистом виде. Это была воля Хаоса, проходящая через меня и трансформирующая окружающий мир.

Я подошла к захваченному в песчаную ловушку зверю. Он беспомощно шипел. Я посмотрела на его слепые глаза, на жалкий, инстинктивный ужас. И пожалела его.

Вместо того чтобы добить клинком, я просто щелкнула пальцами. Песок сжался с хрустом, а затем разжался, оставив после себя лишь бесформенную массу.

Тишина под куполом была оглушительной. Я выдернула клинок из песка и отряхнула руки.

Купол исчез. Первым ко мне подошел Дорин. Он смотрел на меня с таким выражением, в котором смешались шок, гордость и капля страха.

— И… и это все, что ты умела? — выдохнул он.

Я пожала плечами, делая вид, что дрожь в коленях — это просто от усталости.

— Ну, я еще пироги неплохо готовлю. Но тетушка Ю запрещает мне подходить к плите.

В этот момент на моей щеке загорелась руна «5». Она вспыхнула ослепительно ярко, запекшаяся кровь на ней обуглилась и осыпалась, а на ее месте проступила новая метка — стилизованная, более сложная. Вторая.

Рядом со мной стоял Первый Храма Безмолвного Камня. Его лицо было бледным, а во взгляде читалось не восхищение, а холодный, расчетливый интерес коллекционера, нашедший уникальный артефакт.