Чтение онлайн

Ущелье Плача оказалось глубоким разломом в скалах, заваленным гигантскими валунами. Калан шел уверенно, словно читая невидимую карту.

— Здесь, — он остановился у груды камней, которая смотрелась как естественная часть пейзажа. — За этим завалом должен быть проход.

Работа заняла несколько часов. Мы с Каланом, используя ломы и собственные силы, по одному откатывали камни. Моргус помогал, используя свою мощь, чтобы сдвинуть самые крупные глыбы. Наконец, показалась черная щель, достаточно широкая, чтобы в нее мог пролезть человек.

Из щели пахнуло холодом, пылью и… чем-то еще. Чем-то древним. Тем самым резонансом, что исходил от медальона.

— Это оно, — прошептала я.

Мы оставили коня Калана спрятанным среди скал, наказав ему оставаться на месте, и вползли внутрь.

Тоннель был низким и узким, но вскоре он вывел нас в просторную пещеру. И тут дыхание перехватило у меня и у Калана одновременно.

Пещера была огромной. Ее стены и свод были покрыты фресками, выполненными из какого-то мерцающего минерала. На них были изображены не люди и не звери, а потоки энергии, спирали галактик, схематичные рисунки миров, соединенных серебристыми нитями. В центре пещеры на невысоком пьедестале стоял круглый алтарь из черного камня, испещренный такими же мерцающими линиями. Воздух звенел от мощи, сосредоточенной здесь. Это была не магия Хаоса. Это было нечто более фундаментальное, более древнее. Сама геометрия реальности.

— Великая Мать… — прошептал Калан, с благоговением озираясь. — Легенды… они не лгали.

Но мой взгляд упал на противоположную стену пещеры. Там, где фрески были самыми сложными, из стены выступала странная, бледная конструкция. Труба из того же материала, что и костюмы иномирцев. Она медленно вращалась, и от нее исходил тот самый, ненавистный гул. Они не просто копали снаружи. Они уже проложили путь внутрь. Их буровая установка находилась в нескольких десятках метров от Алтаря.

И в этот момент из трубы послышался скрежет, и в проеме показалась фигура в белом костюме. Он был здесь. Один. Освещая пещеру лучом фонаря, он медленно двигался к Алтарю, держа в руках устройство, которое мерцало синхронно с линиями на камне.

Он еще не видел нас.

Я встретилась взглядом с Каланом. В его глазах читалась та же решимость. Мы не могли позволить ему коснуться Алтаря.

Я сделала знак Моргусу остаться в тени. Прямая атака могла повредить хрупкие фрески. Это требовало точности.

Калан бесшумно снял лук со спины. Я же, прижимаясь к стене, начала обход, чтобы подобраться к иномирцу сбоку.

Он был в двух шагах от Алтаря, когда тетива лука Калана тихо вздохнула. Стрела просвистела в тишине и вонзилась иномирцу в плечо. Он не закричал. Лишь странно дернулся и повернулся, поднимая свое устройство.

Но я была уже рядом. Мой удар был быстрым и точным — ребром ладони по кисти, держащей устройство. Оно выпало и с треском разбилось о камень. В тот же миг я нанесла второй удар, в шею, в место, где по моим расчетам должен был находиться нервный центр.

Иномирец рухнул на пол без звука, словно марионетка с обрезанными нитями.

Мы стояли над ним, тяжело дыша. Гул снаружи продолжался. Они не знали, что один из их людей уже neutralized.

Я подошла к Алтарю и положила на него ладонь. Камень был теплым и пульсирующим. Медальон на моей груди вспыхнул ослепительным светом, и линии на Алтаре загорелись в ответ. В моем сознании пронеслись образы — звездные карты, координаты, схема разлома… и предупреждение. Огромная, всепоглощающая тень, надвигающаяся на Мэриэль. Тень Пустоты.

Я поняла все. Алтарь был не просто дверью. Он был маяком. И щитом. И он умирал, истощенный годами изоляции и ядовитым гуллом машин иномирцев.

— Они не просто ищут его, — прошептала я, оборачиваясь к Калану. — Они убивают его. И если он умрет, дорога к Мэриэлю закроется навсегда.

Нам нужно было не просто открыть портал. Нам нужно было спасти сам Алтарь. И времени оставалось катастрофически мало.

Тишина в пещере после падения иномирца была оглушительной. Лишь ровный, ненавистный гул буровой установки напоминал, что враг рядом и время работает против нас.

Я стояла, прижав ладонь к пульсирующему черному камню Алтаря. Эхо видения все еще горело в моем сознании: угасающий мир, заслоненный гигантской тенью, и слабеющий свет этого самого Алтаря, пытающегося удержать тьму.

— Что он тебе показал? — тихо спросил Калан, подходя ближе. Его взгляд скользнул по бездыханному телу в белом костюме, и он содрогнулся.

— Он умирает, — выдохнула я, отрывая руку от камня. Свечение линий тут же потускнело. — Их машины… они не просто роют. Они высасывают из него силу. Как тот кристалл у Верды. Они обезвоживают саму реальность вокруг него.

Я обернулась, окидывая взглядом пещеру. Мое восприятие, обостренное медальоном, улавливало теперь тонкие энергетические потоки. От Алтаря, как от раненого сердца, расходились слабые нити света, связывающие его со стенами, покрытыми фресками. А с той стороны, от буровой установки, ползла липкая, серая паутина, которая эти нити обрывала и гасила.

— Нам нужно остановить их буровую, — сказала я, уже видя решение. Оно было рискованным, почти безумным. — Не снаружи. Изнутри.

Калан уставился на меня как на сумасшедшую.

— Ты предлагаешь пролезть через эту штуку? — он ткнул пальцем в бледную трубу, из которой все еще доносился скрежет. — Это самоубийство! Мы не знаем, что там!

— Мы знаем, что если мы этого не сделаем, Алтарь умрет, — парировала я, подходя к установке. — А с ним умрет и последний шанс Мэриэля. И, возможно, наш тоже. Эта «паутина» не остановится на нем.

Я заглянула в отверстие. Внутри виднелся узкий, скользкий туннель, освещенный бледным светом. Он уходил вверх, по направлению к источнику гула.

— Это не шахта, — поняла я. — Это что-то вроде… питающего кабеля. Он качает энергию из Алтаря наверх, в свою машину.

Моргус, до этого молча наблюдавший, подошел ближе и потерся головой о мое плечо.

«Слишком узко. Я не пролезу», — прозвучала в голове его мысль, полная разочарования и тревоги.

— Тебе и не нужно, — я погладила его шею. — Твоя задача — охранять Калана и этот выход. Если что-то пойдет не так… если оттуда повалят они… — я посмотрела на хазара, — вы должны будете обрушить этот проход. Понятно?

Калан хотел было возразить, но сжал губы и кивнул. Он понимал. Иногда единственный способ остановить заразу — это отрезать зараженную конечность.

— Вернись живой, южанка, — пробормотал он. — Иначе тетушка Касия сошлет меня чистить загоны до скончания веков.

Я не стала отвечать. Сделав глубокий вдох, я втянулась в узкое отверстие.

Внутри было тесно и скользко. Стены были холодными и гладкими, как стекло. Я двигалась, отталкиваясь локтями и коленями, как червь, чувствуя, как мертвящая пустота обволакивает меня со всех сторон. Гул становился все громче, превращаясь в оглушительный рев. Свет впереди стал ярче.