Чтение онлайн

В совещании прин имают участие:

Президент России Михаил Квачков

Председатель Правительства Вячеслав Зарубин

Руководитель Администрации Президента Федор Соловьев

Председатель Совета Федерации Дмитрий Ключевский

Председатель Государственной Думы Лидия Шамилова

Секретарь Совета Безопасности Владимир Харламов

Министр обороны Юрий Шитов

Министр внутренних дел Леонид Вассоевич

Министр иностранных дел Владимир Колесников

Директор Федеральной службы безопасности Анатолий Макашов

Директор Службы внешней разведки Евгений Фадеев

Приглашенный докладчик - начальник ГРУ ГШ ВС РФ, генерал армии Кирилл Остапов

Такого эмоционального напряжения Михаил Алексеевич Квачков не испытывал уже давно, наверное, со времен получения самой первой информации о готовящемся вторжении в Иран. Тогда разведка доложила о планах проведения военной компании Запада руками своих ближневосточных сателлитов еще за долго до того, как три месяца спустя об этом пронюхали в СМИ. Весь его опыт и знания, полученные им еще в бытность сотрудником Международного отдела ЦК Компартии Советского Союза, указывали на исключительность текущего кризиса, невиданного со времен последней мировой войны. Противостояние с Западом достигло такого накала, что на этом фоне даже Карибский кризис и годы президентства Рейгана в США смотрелись уже не настолько угрожающими. Кое-кто из горячих голов в Конгрессе вероятного противника прямо заявлял о необходимости экстренно нарастить систему противоракетной обороны для обеспечения безответности Глобального Молниеносного Удара против любой страны или коалиции стран на планете с обязательным исключением всякой возможности ответного удара, включая и ракетно-ядерного. Переводить слова этих "ястребов" не требовалось - всем и каждому была понятна подлинная цель такого удара и имя ей Россия. Но пока на подобный шаг в американском истеблишменте не могли пойти из-за слабости самой ПРО и отсутствия всех компонентов для Глобального Молниеносного Удара, куда входили даже орбитальные платформы. Соответственно оставался риск получить сокрушительный ответ или же ответ, при котором потенциальные потери и издержки уровняют военные и геополитические выигрыши от прямой агрессии против России, а потому ставка сделана на альтернативные методы. Сюда входили и "цветные революции" на периферии ее границ, и прямая дестабилизация в ключевых зонах влияния Москвы. Собственно запущенная цепная реакция катастрофы под названием Арабская весна теперь докатилась и до Ирана, вот только в Вашингтоне, Эр-Рияде и Иерусалиме не хотели ждать; планетарный капиталистический кризис, рост экономической мощи Китая и якобы имевшая место иранская ядерная программа не давали покоя мировому "жандарму" и его вассалам. Критически требовалось средство единомоментно решить сразу несколько проблем и если не выйти из кризиса, то хотя бы его отсрочить - в современном постмодернистском мире мало кто заглядывал на несколько шагов вперед и фраза "нам бы только ночь простоять да день продержаться" стала едва ли не общемировым лозунгом. Война против Ирана под предлогом недопущения создания им оружия массового поражения и борьбы с "государством, спонсирующим терроризм" до смешного напоминали обвинения Ирака времен Саддама Хусейна. Именно под этой фальшивкой целую страну, а затем и регион вбомбили в каменный век и только больше десяти лет спустя главные инициаторы вторжения развели в сторону руки и сказали: "Ну, ошиблись мы". С кем не бывает? Плевать, что цена такой "ошибки" выражалась в миллионе убитых, еще больше раненных и искалеченных судеб. Для Запада геноцид и обречение на вымирание любого количества людей никогда не являлось проблемой и каким-то серьезным препятствием если того требовали их интересы. Так что удар по Ирану, способный обернуться новой, еще большей для региона и всего мира, катастрофой неизбежно должен срикошетить и по России, а значит и лично по ее Президенту Михаилу Квачкову, рассуждал он.

Вдобавок ко всему навалилась новая напасть, делавшая всякие прогнозы вообще лишенными смысла. Имя ей было Зона. Возникнув десятью годами ранее, она идеально вписалась в замыслы стратегических противников России, которые замышляли хаотизировать все пространство вокруг нее. Возникновение никому непонятной аномалии Запад немедленно включил в стратегию непрямой войны против России и персонально против ее Первого Лица. Квачков прекрасно понимал, что начальной фазой будет отстранение его от должности, а уже затем всерьез возьмутся за развал страны. Впрочем, одно другому не мешало. Проблема для него лично заключалась в том, что выстроенный при нем внутриэлитарный баланс мог существовать лишь в определенных условиях - наличия стабильности, в том числе за счет продажи углеводородов и при наличии других ресурсов. Как только в этой схеме наступал дисбаланс, под угрозой оказывалась вся система и финальной фазой подобного сценария становилась неограниченная война всех против всех. Если сюда добавлялся внешний враждебный фактор, то возникали наиболее оптимальные условия для распада страны и ее конца в историческом и физическом смыслах. Квачков этого не мог не понимать, но для выхода из текущего кризиса нужно было перешагнуть через самого себя, совершить поистине титанические сверхусилия. И, конечно же, зачистить пятую колонну - одного из главных центров масс в выстроенной системе. Их влияние было слишком велико, чтобы оказалось возможным его игнорировать. Каждый из политических кланов давил на Первое Лицо, ибо никто не хотел остаться в пролете в условиях кризиса и нарастающего, как снежный ком, противостояния с Западом. В подобных обстоятельствах невозможно принять какое-либо значимое решение без ущерба интересам одной из сторон, но Квачкову, как главному арбитру в межклановых склоках, в ближайший час придется такое решение принять. Вопрос заключался в том, кому отдать предпочтение - сторонникам нейтралитета в случае широкомасштабной войны с Ираном или же ратовавшим за его активную поддержку военно-техническими мерами и даже оказанием прямой военной помощи.

Размышляя над всем этим, глава государства снова открыл перед собой документ с грифом "особая важность" и пометкой "лично для Президента". Буквально сутки назад данный документ был доставлен ему из Главного разведывательного управления и его содержание привело Квачкова в состояние тревожного замешательства. То, о чем он прочел в докладе, выходило за рамки всего, с чем ему приходилось сталкиваться. Президенту России казалось, что удивить его, да еще после возникновения Зоны, решительно невозможно. Сводки об аномалиях, чудовищных мутантах и артефактах уже давно воспринимались простой рутиной. Естественно, ему на стол клали лишь самую важную выжимку, но то, что еще лет девять назад повергало его в изумление, сейчас вызывало интерес не больше, чем любая другая новость. Воистину удивительная штука человеческая психика. Без ее способности к адаптации ко всему на свете человечество давно бы вымерло, не дорастя в своем развитии выше палеолита. Квачков считал, что после возникновения Зоны и ее вывертов ему больше нечему удивляться и лишь только взглянув в абсолютно секретный доклад, он понял, насколько сильно заблуждался.

"...вывод о наступлении так называемой активной фазы ... "

"...будет представлять беспрецед е нтную угрозу нацио н альной безопасности ... "

Просматривая заключение специалистов, у Квачкова вдруг разболелась голова и он вспомнил последний разговор по закрытой линии с министром обороны и начальником ГРУ, пошедший, естественно, без самых важных подробностей. Информацию такого уровня можно было обсуждать исключительно в полностью надежном помещении. Поведанное ему настолько выбивалось из привычного мира, что он не сразу смог поверить в услышанное. С министром они договорились все детально обсудить на ближайшем совещании Совбеза. А еще лично, с глазу на глаз.

Президент окинул взглядом свой кабинет, словно мог расстаться с ним после совещания, хотя до выборов было полтора года. Тряхнув головой, Квачков только сейчас обратил внимание на сигнал с коммутатора. Он нажал кнопку.

– Михаил Алексеевич, в зале уже все собрались, - сообщил женский голос.

– Спасибо, - ответил он и отключил. Застегнув пиджак, Квачков встал из-за своего роскошного стола, сделанного из уральского малахита, и направился к противоположной от его рабочего места парадной двери, за которой сразу находился зал заседаний Совета Безопасности Российской Федерации. Дверь ему открыл один из помощников и когда Президент вошел в зал все присутствующие встали, как того требовали этикет и дань уважения к главе государства. Он кивнул головой, показывая, что можно садиться и прошел вдоль длинного ряда искусно сделанных деревянных стульев с обитыми зеленой тканью сиденьями и подлокотниками. Воссев на главном месте спиной к флагу России и Президентскому штандарту, Квачков приветствовал присутствующих, с удовлетворением заметив отсутствие прессы, которую на данное совещание не допустили по его же указанию. Почему-то в последнее время представители СМИ его раздражали, хотя за годы, проведенные на самых высоких постах, он к ним привык настолько, насколько привыкают к шуму улицы или к новостным ведущим.

– Коллеги, - взял слово Президент после того, как зал покинули все, кому не положено присутствовать на заседании Совбеза, - как вам известно, сегодняшнее совещание посвящено сложившейся чрезвычайно сложной и угрожающей ситуации на Ближнем и Среднем Востоке, а также в связи с фиксирующейся активностью в Чернобыльской аномальной Зоне. Из-за особого характера вопросов, которые будут затронуты, большинство присутствующих многое услышат впервые. Хотел бы подчеркнуть, что все сказанное относится к информации наивысшей степени важности и, как вы понимаете, является полностью закрытой. Для разъяснения деталей на заседание был специально приглашен начальник Главного разведуправления, генерал армии Кирилл Петрович Остапов.

Под взглядом Президента седовласый генерал приветственно встал и тут же сел на место. Окинув всех взором, Квачков продолжил.

– Последние сводки, предоставленные нашими специальными службами, все больше указывают на готовность коалицией западных и ближневосточных стран нанести военный удар по Ирану. Ситуация достигла критического значения и перед нами давно встал вопрос: как реагировать на сложившуюся угрозу? Коллеги, мы уже без малого целый год мониторим обстановку и моделируем возможный ход развития событий. С одной стороны оценки наших военных специалистов и разведок указывают на риск скачкообразного роста террористической активности на южных границах России, если сценарий полномасштабной войны окажется неизбежным. В связи с этим существует устойчивое мнение оказать помощь нашим иранским партнерам и дать понять Западу и его союзникам неприемлемость риска вторжения. В то же время нам всем известна противоположная точка зрения о необходимости придерживаться нейтралитета и ограничиться только поставками оружия Тегерану. Так вот, ознакомившись с последними сводками, я пришел к выводу, что сегодняшнее совещание должно поставить точку в затянувшемся противостоянии позиций. Прошу от вас предельного внимания во время своих высказываний. Однако прежде, чем мы приступим к обсуждению основного вопроса - хотя может случиться, что главным будет отнюдь не ближневосточная проблема - с докладом выступит специально приглашенный начальник ГРУ. Прошу вас, Кирилл Петрович.

Остапов слегка прокашлялся в кулак и, разложив бумаги перед собой, он с присущей ему рассудительностью приступил к заранее продуманной речи.

– Благодарю, Михаил Алексеевич. Уважаемые коллеги, я не стану занимать много времени и приведу наиболее важную выдержку из того объема информации, полученной нами за последнее время. Как вам известно, Вашингтон готовится возглавить военную коалицию против Исламской республики Иран силами так называемого "Арабского союза", где главную роль возьмет на себя Саудовская Аравия. Уже собран кулак почти в четыреста тысяч человек и в ближайшее время его нарастят почти вдвое. Авиационную поддержку возьмут на себя Соединенные Штаты, некоторые страны НАТО и Израиль. На авиационных базах ВВС США в регионе Ближнего Востока и Персидского залива в частности, сосредоточено почти две тысячи самолетов и вертолетов, включая стратегическую авиацию B-2, B1-B. По нашим данным израильтяне массово закупили у США сверхтяжелые противобункерные бомбы GBU-57A/B, массой в тринадцать с половиной тонн каждая. Параллельно ряд западных СМИ непрерывно ведет антииранскую истерию и выдает ложные сообщения о якобы имеющих место нарушениях прав человека, массовых убийствах, пытках, спонсировании терроризма и притеснении иранской оппозиции. Вбрасываются ложные сообщения и организуются провокации с целью скомпрометировать иранское руководство в глазах международного сообщества. Все приведенные меры указывают на создание необходимого информационного фона, чтобы и у рядового обывателя, и у правительств во всем мире создалось впечатление не просто неизбежности войны, а ее скорейшей необходимости.

В этой связи наши аналитики и экспертное сообщество, несмотря на имеющиеся разногласия по целому ряду вопросов, сходятся в главном: удар по Ирану есть важная, но не ключевая цель грядущего пожара войны. Подлинно стратегическая цель состоит в создании гигантской незаживающей раны от Турции, где идет гражданская война с курдами, до Афганистана и Пакистана, куда должны будут вовлечены страны Средней Азии, а значит Россия и Китай. Именно нас и китайцев видят в качестве главных целей американская военная машина и возглавляющие ее элитарные группы. Саудиты и израильтяне, руками которых в основном и должно вестись противостояние с Ираном, преследуют свои более локальные интересы. Фактически Иран является единственной крупной страной в регионе Большого Ближнего Востока, не охваченного бесконечной раздираемой войной, и его снос обрушит ситуацию окончательно. В случае успеха наши геополитические противники сумеют не только на десятилетия погрузить огромное пространство от Ливана до Пакистана в состояние перманентной военно-политической турбулентности, но и активизируют гигантское число террористических группировок, которые и станут одним их главных инструментов дестабилизации. Также преследуется цель разрушить среднеазиатскую и ближневосточную линии Шёлкового пути Китая, рассматривающего данный проект в качестве стратегического. Далее, не менее однозначными представляются последствия с нефтяным сектором. При наиболее вероятном сценарии развития военных действий у Тегерана не останется выбора, кроме как блокировать Ормузский пролив и тем самым создать коллапс в мировой экономике, поскольку цена на нефть подскочит до двухсот пятидесяти долларов за баррель - и это по самым скромным оценкам.