Чтение онлайн

Перекинувшись с Магом парой непонятных для меня фраз, дверь открывается.

Переступив порог, я оказываюсь в просторном помещении с парящими в воздухе магическими изданиями, заключёнными в полупрозрачные голубые сферы. Эта библиотека существенно отличается от той, которую мне довелось посетить, пока я скиталась по дому в ожидании возвращения Мага.

Осматриваюсь.

И вместо редких фолиантов цепляюсь взглядом за занимающий противоположную стену гобелен. Вышитое на синеватой поверхности магическими нитками изображение движется, показывая историю подростка, чья ярость за мать породила слепую ненависть, почти сгубившую его. От полного падения этого заплутавшего во тьме человека спасла неожиданная встреча и слова: «Ненависть поедает живьём ненавидящего и не причиняет вреда тому, кого ненавидят…»

Замираю. Тушуюсь. После недавнего прозрения о своей незавидной участи альху и посещения обители я вспомнила ещё кое-что об особняке Грёжес. Эта фраза на гобелене отчасти принадлежит мне. И ещё один нюанс: такие магические шедевры создают для потомков.

— Зачем было увековечивать? — спрашиваю Мага, высвобождая пальцы из его тёплой ладони. Духу не хватило отстраниться раньше, пока мы шли по переплетению коридоров. Чтоб Рэк побрал души-альху с их незыблемыми чувствами! Не сама же я в одночасье воспылала любовью к этому мужчине?

А если...

Нет-нет! Чревато неожиданными откровениями или опасными заблуждениями, к которым я не готова. Нервно сглотнув, поспешно отступаю к невысокому круглому деревянному столику. Тонкая волнистая ножка, уходящая в пол, держит чуть наискось лакированную крышку с пятиугольным углублением в центре. Поразмышляем лучше, для чего этот предмет интерьера в магической библиотеке…

Маг не позволяет.

— Пять лет назад твоя отповедь заставила меня одуматься. Увидеть бессмысленность некоторых поступков. Я решил действовать иначе, во многом гуманнее. Одного не учёл: месть, в какую бы рамку она ни была заключена, не обходится без жертв, — тяжёлый взгляд обращён ко мне.

То есть я и есть жертва? Наверное. Презрения и ярости получила с избытком. Нэрьярд Висталь желает отомстить супруге за измену, а его дражайшая находится во мне. Маг — в роли исполнителя. К чему в получившемся раскладе стремится сама госпожа Грёжес? Судя по моей реакции на все наши стычки с Магом, она только защищалась. Потому что виновата или… потому что невиновна?

Как всё сложно!

Правы советчики, пусть не хочется этого признавать. Мне необходимо установить связь с королевой и во всём разобраться. Правда, для начала не помешает получить ответ о перевоплощении в Алзею. Имеет ли ко всему этому отношение магическая библиотека или это место больше других подходит для приватного разговора?

Судя по всему — второе.

— Чем быстрее мы разберёмся с бароном, тем скорее души-альху оставят нас, — замечает Маг.

И не поспоришь. Вздыхаю.

— Как подобное намерение связано с «маскарадом»? Какой смысл мне изображать Алзею?

У Мага синим пламенем вспыхивают тёмные глаза, потом блекнут, пока вокруг радужки не остаётся яркая, пульсирующая небесной чистотой окантовка. Волосы у его висков окрашиваются медным.

Моргаю удивлённо. Маг отвечает.

— Многие знают о покинувших Храм Амунаи Хвори. Единицы осведомлены, кем они выкуплены. Необходимо убедить барона, что я связан не с тобой.

— Зачем?

— Император во всеуслышание заявил, что член его семьи принял Зов жрицы, — морщится мужчина, выказывая неприятие к светскому любопытству. — Ваниус фон Трис будет выяснять, кому ты досталась…

От его тона становится не по себе. У барона планы на меня? Плохо от одной мысли.

— Чего он хочет? — спрашиваю с дрожью в голосе.

Маг отводит взгляд.

— Около трёх лет назад я выяснил, что барон подыскивает новую девушку для зачатия бастарда. Судя по его последующим действиям, выбор пал на тебя…

— Так вот почему Ваниус фон Трис переступил порог обители, как только я стала жрицей? Он искал способ взломать местную защиту, чтобы выкрасть меня? — знобит. — И что ему мешает это сделать сейчас, когда я покинула Храм?

— Не волнуйся, Ариш, — успокаивает Маг. — С помощью храмовника, выкупившего вторую жрицу, мы отыграем партию, и лихая обойдёт стороной.

Втянули даже Мукаи? Хотя… неудивительно. Он себе на уме и наверняка преследует личный интерес. Ведь шагу не сделает без причины, а значит, ему есть ради чего участвовать в грядущем представлении.

— Я правильно поняла, что нам необходимо отвести внимание барона?

— Так решила провидица.

Ясно. Провидица. Я всё думала, по какой причине меня отлучили от барона, когда его защита почти пала. Оказывается, ветер дует от Сарис Марис. О ней ведь речь? Другой Видящей я рядом с собой не наблюдаю.

Получается, эта женщина увидела в будущем нечто, вынудившее свернуть план, который несколько лет приводился в исполнение? И наверняка не без её участия меня выдворили за пределы обители, а теперь вынуждают стать другим человеком. Если заглянуть в историю, то полумерами провидцы никогда не ограничивались. Особенно, когда на их стороне была поддержка императора. И не мне противостоять нынешнему давлению. Остаётся одно — подчиниться.

Смирение с обстоятельствами и собственное безволие отвратительно горчат. Закрадывается неприятная мысль, что пассивное участие в чужом плане — мой предел. Большего просто не позволят, так как для манипуляторов я не более чем альху — оболочка, лишённая собственной судьбы и прав на возмездие за убийство Эйи.

И теперь, даже если своими руками покараю мерзавца, не ради Эйи всё это будет. Я не смогу за неё отомстить, не смогу отблагодарить за моё спасение в тот день, когда чуть не вскрыла себе вены. И это ранит.

Сейчас я живу чужими потребностями и вынуждена им подчиняться. Устранение барона — желание Госпожи Грёжес, того же хотят и все остальные. И не мне принимать решения — окунувшись в магическую воду, я осознала это. Именно в тот момент и ни минутой раньше.

Приблизившись, Маг берёт меня за руки.

— Поверь, путь альху сейчас наиболее выгоден и безопасен для нас. Будь иначе, я бы в эту шкуру не влез.

Обдумываю его слова.

— Значит, по воле провидицы ты стал альху?

Понимание этого подавляет намного сильнее, нежели собственное бесправие. Ведь получается, что перекроили не только мой путь, но и судьбы многих других людей, чтобы сформировалась определённая последовательность встреч и событий. Мы с Магом не только носители чужих душ, но пара, сформированная Зовом.

В хрониках империи редки случаи, когда из множества судеб провидцы ковали один путь. Изменяя кошмарное будущее через манипуляции предрешённых событий, они за самоуправство расставались с жизнями или становились слепыми полуфэли — лишёнными человеческой внешности существами, которые скитаются в безвременье и лишь изредка могут появиться в мире живых.

Если провидица рискует собственной жизнью, дела наши плохи.

— Сферуалу преподнесла мне Сарис Марис, — отзывается Маг. — Но волноваться не о чем. Она не столько перекраивает судьбы, сколько выискивает возможные варианты развития событий, способные справиться с предначертанным.