Чтение онлайн

Чэн Чуньчинь хранил молчание, гладя Лару по спинке от головы до хвоста. Кошка перевернулась, подставив ему живот.

– Убивая животных, вы перешли к осуществлению своих фантазий. Думаю, ваша первая фантазия была как-то связана с сексом и смертью. Возможно, изнасилование трупа или убийство девушки после секса. Вас это захватывало. Не в силах поверить, что девушка может влюбиться в вас, вы полагались только на свою фантазию. Если она умрет у вас на руках, то будет вашей. Убивать животных было интересно и приносило удовольствие, но желание нарастало, как и ваши аппетиты и смелость. Судя по вашему поведению в старшей школе, к колледжу вы созрели для перехода на следующую стадию. Именно тогда вы, видимо, начали насиловать и убивать. Но, к лучшему или к худшему, вы сделали перерыв. Потому что кое-кого встретили. Линь Юйлинь. Ваша первая девушка стала для вас целым миром. – Иви сделала паузу и уловила легкую перемену в атмосфере. Она чувствовала себя пантерой, готовой к прыжку. Сейчас или никогда. – Вы учились на одном факультете. Она была на два года вас старше. Относилась к вам по-доброму, но и со всеми остальными держалась дружелюбно. Была как солнышко. Вы влюбились в нее с первого взгляда. Но, застенчивый и робкий, не знали, что делать.

Иви продолжала говорить, но мыслями перенеслась к своей беседе с Линь Юйлинь.

Та оказалась невысокой, с красивой фигурой. Старилась, как хорошее вино. Иви оглядела ее, пытаясь понять, что привлекло Чэн Чуньчиня. Свитер цвета карамели, джинсы, «кроксы», резиновые перчатки. Линь Юйлинь сидела на корточках у себя во дворе, с совком в руках. Гусиные лапки в уголках глаз привлекали внимание к их блеску. Она выглядела элегантной и мудрой. Не особенно удивилась, когда Иви объяснила причину своего визита. Скорее сама Иви чувствовала себя неловко.

Линь встала, отряхнула с джинсов землю и задала несколько вопросов: как Иви нашла ее, кто еще знает об этом, зачем она пришла. Потом сняла перчатки, показав морщинистые руки.

Иви сказала ей правду, без утайки.

– …Вы были не тем, кто способен откровенно выражать свои чувства. Просто не осмелились бы. Она сама подошла к вам. Вы казались ей застенчивым, симпатичным и умным. Вскоре вы уже держались за руки, целовались и спали вместе. Все на факультете знали про ваши отношения. Она стала вашим спасением. Недоверие к женщинам отступило. Вы начали меняться.

…Иви выбрала правильный подход. Линь Юйлинь кивнула. Поливая цветы и пропалывая сорняки, она говорила с той же откровенностью, практически не замолкая. Однако с тех пор прошло несколько десятилетий, и память порой ее подводила. Дни растворялись, превращались в световые точки, а потом таяли без следа. Клятвы, некогда казавшиеся нерушимыми, теперь превратились в тихий шепот во сне.

– …Вы становились разговорчивым рядом с ней. Больше не чувствовали себя невидимкой, аутсайдером, подсматривающим за чужими жизнями. Преподаватели и однокурсники начали замечать ваш ум и чувство юмора. Вы научились выражать себя, отвоевывать свое место. Вам понравилось находиться в центре внимания, быть душой вечеринки. Линь Юйлинь показала вам другую сторону жизни. Вы были вместе три года. Время немалое, но и не очень долгое. Вы никогда не ссорились. Жили преимущественно у нее, редко заходили домой. И даже когда оказывались там, игнорировали язвительные комментарии матери. Благодаря Линь вы научились справляться с раздражением в адрес всего мира. Вы любили ее и думали, что так будет продолжаться вечно. В тот день, когда вы расстались, ваш мир рухнул. Вы умоляли ее, вставали на колени, да ведь? Угрожали вскрыть себе вены, даже занесли нож над рукой. Она перепугалась до смерти и убежала. Позвонила другому однокурснику и попросила о помощи. Втроем вы долго ругались и толкались у подъезда, спорили и кричали. Больше вы никогда с ней не виделись.

…У Линь Юйлинь были муж и ребенок – мальчик, который уже учился в старшей школе и участвовал в группе чирлидеров. Ее семья вела тихую жизнь. Прежде чем уйти, Иви поблагодарила Линь и вежливо попрощалась. Линь Юйлинь попросила ее не говорить ему, где она живет. Впервые за все время разговора в ее голосе промелькнула горечь. Иви пообещала.

– …Но не будем спешить, иначе упустим причину, по которой вы выбрали ее. Именно это – ключ к психологическому профилю. В действительности между Юйлинь и вашей матерью было много общего. Улыбчивые круглые глаза. Любовь к платьям, подчеркивающим женственные формы. Обе были жизнерадостными и общительными, восторженными и открытыми. Вы наверняка заметили это сходство и ощутили отвращение, но сердце хочет того, чего хочет. Все началось – точнее, возобновилось – с момента, когда она ушла.

Иви поглядела на картину со спящей красавицей – на ее яркие, живые, трепещущие краски, – и Чэн проследил за ее взглядом. Казалось, внутренние органы один за другим возвращаются на свои места. Кровь потекла обратно в рану, всасываясь внутрь. Живот закрылся, будто на него наложили невидимые швы. Он опять был гладким, мягким, целым. Иви задышала, медленно села и приложила палец к губам.

– Чан Аньчи стала вашей первой жертвой. Вы унюхали на ней аромат «Ред Дор» от Элизабет Арден и сразу же решились. Затащили ее в кусты на берегу реки, разорвали юбку, связали ей руки за спиной. Изнасиловали и задушили, а потом проткнули ей живот и влагалище обломком водопроводной трубы. Ее смерть принесла удовлетворение. Но вам еще предстояло совершенствоваться. Ваши техники со временем стали более мастерскими, в подтверждение криминологических теорий. Но ничто из этого не выделяет вас среди серийных убийц. У вас те же триггеры, что и у них всех. Потеря Линь стала для вас шоком. Статистика показывает, что очень часто преступники вымещают свой гнев не на тех, на кого он в действительности направлен. Вы ненавидели не Линь, хоть она и бросила вас. Нет, вы ненавидели свою мать, но никогда не осмелились бы поднять на нее руку. И не подняли. Годы спустя, в своем признании полиции после явки с повинной, вы сказали, что разрыв настолько вас подкосил, что временами вы впадали в подобие транса. Могли очнуться где-то и не знать, как там оказались. Дьявол нашептывал вам на ухо. Он знал про ваши самые тайные страхи. Вы обратились с этими симптомами к психологу по имени Чун Минсинь, правильно? Он послушал вас, и у него появились кое-какие подозрения, поэтому больше вы его не посещали, а переключились на большой госпиталь, где нашли более доверчивую аудиторию. Вы разобрались, как там все устроено, получили доступ к лекарствам, познакомились с медицинской терминологией. Даже научились анализировать сами себя. Походы в госпиталь были для вас сродни университету. Прокуроры и судьи оказались такими же легковерными, как и психиатры. Вы сказали им, что впали в транс, когда учуяли запах духов Чан Аньчи. Вы не помните, как убивали ее, вам казалось, что вы занимаетесь сексом со своей бывшей. Вы ожидали, они поверят, что вы хотели вернуться к своей бывшей, и они действительно поверили. Вы не рассчитывали, что кто-нибудь когда-либо узнает правду.

Иви усмехнулась, встряхнула головой и поморгала, чтобы фантом на картине пропал. Женщина неохотно подчинилась – кивнула и растворилась в воздухе.

Иви выпалила:

– Правда в том, что «Ред Дор» – это духи вашей матери. «Ред Дор» напоминал вам не о бывшей девушке, а о матери и о ваших смешанных чувствах к ней. Как вы униженно вымаливали ее любовь. Как фантазировали, что изнасилуете ее и убьете. Вам всегда хотелось затрахать вашу мать до смерти. Вы знали это, не может быть, чтобы не знали, но не могли этого осуществить, поэтому находили замены – такие как Чан Аньчи, Ко Синья, Цай Литунь, Чоу Чин, Линь Ишань и Чэнь Шаотин. Все они были похожи на вашу мать: невысокие, с волосами до плеч, чуть полноватые, улыбчивые и веселые. Вы использовали их, чтобы выплеснуть свой гнев. Брызгали их «Ред Дор», насиловали и убивали. Вы до сих пор считаете себя особенным? В психологии это называется «заместительное отмщение», и вы в этом смысле – классический пример. Вы могли оправдывать себя мыслями о том, что таким девушкам вообще не стоило появляться на свет. Ощущение собственного превосходства – признак нарциссической личности. У вас к этому добавлялось то, что Фрейд называл компенсацией [30] – в вашем случае за унижения, которым вы подвергались дома. Вы выплескивали гнев и удовлетворяли стремление к контролю. Все это превратило вас в бомбу с часовым механизмом. Не сделав никакого вклада в общество, вы упрекали его за то, что оно оттолкнуло вас. Все это происходило довольно давно, еще до камер наблюдения и анализа ДНК. Думаете, сейчас вы смогли бы так легко водить полицию за нос? Причину, по которой вы сдались, трудно назвать достойной. Все дело в том, что ваша мать заболела и умерла. С ее смертью вы утратили мотивацию. Когда истинный объект ненависти умирает, пропадает смысл искать замену.

В какой-то момент Тройной Че повернул голову. Но взгляд его, направленный на Иви, был равнодушным, как море в штиль.

Она сделала это! Ее профиль самого знаменитого серийного убийцы на Тайване попал в точку.

Иви чувствовала, как в груди у него нарастает убийственная ярость. Любой глупец на ее месте сообразил бы, что надо уходить. Но Иви не могла. Она стояла на месте, готовая к внезапной атаке.

– Если я не выйду из этой квартиры в течение часа, капкан захлопнется. Сбежать вы не сможете. Я позаботилась об этом.

Чэн Чуньчинь не пошевелился. Вдвоем они смотрели друг на друга, не двигаясь с места.

– Очень впечатляет, – мягко произнес он. – Должен признать, у тебя больше таланта, чем я думал. Но есть кое-что, о чем тебе не стоит забывать. В глубине души мы с тобой очень похожи. – Он почесал шею – очень медленно – и задрал вверх подбородок. Его лицо исказилось от злобы и гнева. Иви показалось, что это лицо отрывается от тела и устремляется к ней. – Просто ты пока не начала.

Иви выскочила в переулок, где за ее тень сразу принялись бороться уличные фонари и луна на небе.

Чэн Чуньчинь не препятствовал ей. Он сам попросил ее уйти, холодно и твердо, хотя и вежливо. Кошка Лара пробежала к двери перед ней, недовольно покачивая хвостом. Иви переобулась из тапочек в ботинки и подождала, пока хозяин захлопнет и запрет дверь у нее за спиной, после чего бросилась бежать, ни разу не оглянувшись.

Она подхватила с земли мотоцикл и все еще дрожавшими руками вцепилась в руль. Свист ветра заглушал удары сердца и шум в голове. Иви заложила резкий вираж, совершила обгон, и водитель грузовика загудел ей вслед.

Она поехала в объезд, петляя по улицам и переулкам, молясь, чтобы у Чэн Чуньчиня не было ее домашнего адреса, и прикидывая, не перебраться ли в мотель на следующие пару дней. Ощущение слежки, преследования сохранялось до тех пор, пока она не въехала в тупик, ведущий к дому. Там припарковала мотоцикл, но в подъезд не зашла. С широко распахнутыми глазами покрутила головой, уговаривая себя, что ей ничего не угрожает.

Облизала сухие губы и – дзынь-дызнь – вошла в продуктовую лавочку. Взяла с прилавка бутылку козьего молока. Как только кассир провел по ней сканером, сорвала крышку и выпила всё до капли.