Чтение онлайн

– Незачем так расстраиваться, где ваше гостеприимство?

– Но там все наши запасы!
– они еще пытались воззвать к нашему гуманизму и порядочности. Ага, двум милым дамам, которые лишь недавно осознали родство душ, а так же настоятельную потребность родство это закрепить путем совместных возлияний.

– Глянь, какая благодать!
– нимфа вернулась с добычей в виде копченого окорока и и двух ковшиков, на вид, не меньше, чем по литру.

– А и правда!
– радостно кивнула я.
– Все ребята, отвалите от нас! Мы в печали!
– это уже господам по ту сторону баррикады. Очередной слаженный вой не произвел ни малейшего впечатления.

– За успех!
– первый тост был актуален, как нельзя более. Ковшики бодро звякнули и понеслось...

– Ну что ты молчишь, старый упырь?
– Дану явно надоело смотреть на угрюмо шагающего друга.

– Я должен тебе что-то объяснять?
– огрызнулся некромант.

Они шли уже несколько часов, не проронив ни слова.

– Нет, конечно, - хмыкнул неугомонный эльф.
– Просто я никак не пойму, зачем ты девчонке соврал. Ты же смирился с тем, что она...

– Дан, заткнись!
– некромант резко остановился и зло посмотрел в глаза эльфу.
– Почему до тебя не доходит, что я ей хочу только добра! Мне проще самому умереть, чем узнать, что с ней что-то случилось! Я отпустил ее с нимфой только потому, что Вациния - самая хитроумная бестия, которую я знаю! Она выпутается откуда угодно!

– Так ты еще и не доверяешь ей!
– ухмыльнулся Хозяин Леса. Он не боялся друга даже в минуты гнева.

– Ублюдок!
– процедил некромант, вцепившись жесткими пальцами в воротник туники Дана.
– Она потеряла память! Она забыла, что любит меня! Ты себе не представляешь, что это...
– глядя в непроницаемые глаза сына леса, Голдот остыл и расцепил пальцы, устало отводя глаза.

– Эй, ты чего?
– резкие смены настроения, такие несвойственные магу, встревожили эльфа не на шутку.

– Ничего, - он отвернулся и пошел дальше.

Глядя на его опущенные плечи, Арданиэль подумал о том, что никогда не думал, что этот самовлюбленный эгоист, лелеющий старые обиды и вынашивающий планы мести на протяжении трех столетий, так изменится под влиянием совсем ребенка, по эльфийским меркам. Да, она была необычной, Дан и сам часто размышлял над этим, но такого он не ожидал.

Холмы, между которыми вилась тропинка, тем временем, стали все более пологими, появилась некоторая растительность в виде обугленных деревьев. Сколько прошло времени можно было только догадываться, потому что смены дня и ночи в этих землях не было.

Вскоре решено было остановиться. Привал организовали быстро, еды не было, спать было необязательно. Они просто кинули плащи на землю.

– Дан, - наконец, не выдержал некромант.
– Я первый раз в жизни не уверен в том, что поступил правильно.

– Конечно, ты дурак, - эльф растянулся на своем плаще, грызя невесть откуда взявшийся стебелек, закинув руки за голову.
– Рина тебя любит и прекрасно это знает. И нечего было на нее рычать!

– С чего ты взял?
– чуть не потерял дар речи Голдот, раньше за эльфом не водилось такой тонкой душевной организации.

– Спросил, - невозмутимость Хозяина приводила в бешенство.

– Что спросил?!

– Не веди себя, как мальчишка, - Дан досадливо поморщился.
– Ты очень напугал ее в библиотеке, видимо, она решила, что никогда у вас ничего не было.

У некроманта с фантазией все было в порядке, поэтому выражался он долго и красиво. На всех языках, которые знал.

– Знаешь, Капеллан -- труп, - такой итог неконструктивной критики в свой адрес удивил Арданиэля, заставив приподняться на локте и выплюнуть травинку. - Причем, не подлежащий восстановлению.

– Вот как?

Закончив приступ самобичевания на оптимистичной ноте, колдун с пессимистичными наклонностями поднялся, отряхивая плащ. Еще пара часов, и впереди покажется застава отщепенцев, нужно будет ее обходить, считаясь с магической защитой.

– Ой, хорошо-о-о...
– нимфа снова наполнила наши импровизированные кружки.
– За что пьем?

– За любовь, - пожала плечами я.

Где-то после третьего литра Брусничка призналась, что лучшей подруги, чем и желать нельзя. Я согласилась с ней целиком и полностью -- настолько много общего у нас было. Осваивая мужские, в общем-то, профессии, оказывается нами было упущено столько девичьих радостей!

– У меня никогда не было подруг, - разоткровенничалась нимфа.
– Да и ушастый сначала относился как к парню...

Хихикая, как две заговорщицы, мы снова звякнули посудой.

– Такая же ерунда, - поддержала я, разглядывая свои сбитые костяшки...
– Б...! Кажись, я что-то вспомнила!...

Мы сидели рядом на полу, облокотившись о бочку с живительной влагой.

– Что ты вспомнила?
– Брусничка отстранилась, чтобы заглянуть мне в лицо.

А что я могла ей сказать? Что как сон всплыло из памяти воспоминание -- тонкие сбитые, абсолютно живые пальцы на фоне серой мертвой плоти. Как наяву я почувствовала прохладу кожи под рукой. Вспомнила, как боялась сделать ему больно, такому гордому и обиженному на весь мир. Чем все закончилось память отказывалась выдавать, хоть плачь!

– Не знаю, что это было... Воспоминания возвращаются так странно, как будто вспоминаешь давно приснившийся сон.

Сделав еще глоток, нимфа воровато покосилась на меня:

– Рин, скажи чессно, я те подруга?
– оказывается и нимфу можно напоить. Совсем, как эльфа... Эльфа?! Хотелось ругаться, смеяться и плакать одновременно -- еще одна деталь мозаики встала на место!

– А то!
– я была готова броситься ей на шею.

– А ты мне?

– Обижаешь, дорогая!
– я, вскочив было от переполнявших меня чувств, тут же хлопнулась обратно.

– Хошь секрет скажу?

– Угу!
– язык слушался как-то не очень, а секрет знать хотелось.

– Голдот влюблен в тебя по уши!
– шепнула она мне в ухо, отстранилась полюбоваться произведенным эффектом и снова затарахтела доверительным шепотом, как будто нас кто-то мог подслушать: - Он жить без тебя не может, точно тебе говорю, его аж трясти начинает когда ты рядом!..

– Да ладно!
– я недоверчиво толкнула хохочущую нимфу в плечо, - Чей-то он меня любить будет! Хи-хи-хи... А трясти его начинает, потому что он боится, что я его буду домогаться, в нашем мире девочки оччень самостоятельные!..

– Везет вам! Но все равно, он глаз с тебя не сводит!

– Да, что б я ни в какую историю не вляпалась, - нести чушь в компании существа своего пола оказалось очень весело, - А че он на меня орал? Ну в этой, бил... библ.. лиотеке, вот! Врешь ты все!.. Откуда знаешь?

Хохот нимфы был настолько заразительным, что я невольно поддалась массовой истерии.

– Ты дурочка, что ли?
– округлила глаза Брусничка. И сразу стала похожа на классическую блондинку из анекдотов. Этого я не выдержала и истеричный хохот двух пьяных девиц снова пошел гулять под сводами подвала.
– Он же этот... эгоист! Он не сможет жить, зная, что тя больше нету... ну, в смысле, нигде... вот и старается.. вовсю, так сказать...