Чтение онлайн

Я блокировал, уклонялся, контратаковал. Грань Равновесия плавно отбивала каждый удар, но Мэнрэйши был быстр. Слишком быстр для прямого боя.

Коготь Фенрира выстрелил в потолок. Рывок троса швырнул меня вверх, и когти Хранителя прошли под моими ногами, высекая искры из каменного пола. Я приземлился на карниз у стены, оказавшись среди масок.

И они тут же атаковали.

Десятки личин сорвались со своих мест, устремляясь ко мне роем разъярённых ос. Перстень Чёрной Черепахи выплеснул волну холода, ледяной барьер вырос передо мной, и маски врезались в него с глухим стуком. Некоторые прилипли, вмёрзли в лёд, их рты беззвучно разевались в крике.

Но другие обогнули барьер.

Я рубил их на лету, Грань Равновесия уничтожала одну за другой, и с каждым ударом я чувствовал, как клинок поглощает энергию. Маски рассыпались прахом, их сила перетекала в меч, а оттуда в меня.

Внизу Мэнрэйши сменил маски. Боевая комбинация слетела с его лица, и на её место пришла новая, узкая, вытянутая, с чертами какого-то древнего мага.

[Форма Колдуна Бездны]

[Способность: Тёмные снаряды]

Чёрные сгустки энергии устремились ко мне, пробивая ледяной барьер как бумагу. Я спрыгнул с карниза, перекатился по полу, и снаряды врезались в стену за моей спиной. Маски там взорвались, осыпаясь осколками фарфора и дерева.

Мэнрэйши зависел от масок. Без них он был ничем, пустой оболочкой, сосудом без содержимого. Игнорируя самого Хранителя, я сосредоточился на источнике его силы.

Коготь Фенрира выстрелил снова, на этот раз в противоположную стену. Я пролетел через весь зал, и Грань Равновесия прочертила дугу, срезая целый ряд масок. Двадцать, тридцать личин рухнули на пол, превращаясь в груду осколков. Меч гудел от поглощённой энергии.

– Ты!.. – голос Мэнрэйши сорвался на визг. – Моя коллекция!

Он бросился ко мне, но я уже был в другом конце зала. Новый рывок троса, новый взмах меча, ещё сорок масок превратились в мусор. Хранитель метался за мной, его голова вращалась, меняя маски одну за другой, боец, маг, иллюзионист, зверь, но я не давал ему закончить ни одну атаку.

Перстень Чёрной Черепахи создавал ледяные стены на его пути. Эгида Провидения предупреждала о каждом ударе за миг до того, как он был нанесён. Коготь Фенрира превращал зал в трёхмерное поле боя, где я мог атаковать с любого направления.

Маски исчезали десятками. Стены сокровищницы пустели, обнажая голый камень. Шёпот в воздухе слабел, голоса затихали один за другим.

Мэнрэйши замедлялся. Его движения становились судорожными, неуверенными. Фарфоровая маска на его лице треснула, через щель сочилась тьма.

Я приземлился в центре зала, тяжело дыша. Грань Равновесия пульсировала в моей руке, а вокруг лежали горы разбитых масок, всё, что осталось от тысячелетней коллекции.

Сотня масок. Может, чуть больше. Вот и всё, что уцелело.

Мэнрэйши стоял у дальней стены, его тело дрожало. Трещина на фарфоровом лице расширилась, пересекая его от лба до подбородка.

– Невозможно, – прохрипел он. – Никто… никто не посмел бы…

Он поднял руку, и оставшиеся маски сорвались со стен. Они кружили вокруг него, сливаясь воедино, формируя нечто огромное и уродливое. Химера из сотни лиц, каждое искажённое яростью и болью.

Последний козырь. Слияние всех оставшихся масок в одно чудовище.

Но я уже видел то, что искал.

Во время боя я сканировал стены, изучал каждый угол сокровищницы. И там, в неприметной нише за колонной, я заметил кое-что особенное. Маску, которая отличалась от остальных. Бледная, с закрытыми глазами, с чертами человеческого лица, обычного, незапоминающегося.

Лицо самого Мэнрэйши, настоящее, спрятанное среди тысяч чужих.

Тот, кто носит чужие личины, должен где-то хранить свою собственную. Это было логично. Мэнрэйши прятал свою истинную сущность, как все, кто боится быть уязвимым.

Я указал мечом на нишу.

– Там, – произнёс я. – За колонной. Третья панель справа.

Химера замерла на полувзмахе. Сотня глаз уставилась на меня, потом на колонну, потом снова на меня.

– Что?.. – голос Мэнрэйши дрогнул.

– Твоё настоящее лицо. Ты прячешь его там, верно? Бледная маска с закрытыми глазами. Единственная, которую ты никогда не надевал.

В повисшей тишине Химера медленно опустила конечности, а маски на её теле задрожали, теряя связность.

– Откуда, – Хранитель сделал шаг назад, его фарфоровая личина раскололась ещё сильнее. – Откуда ты знаешь?

– Я много чего знаю. Например, что случится, если я уничтожу эту маску. Ты ведь не просто потеряешь лицо. Ты потеряешь себя. Всё, чем ты был, всё, чем мог стать. Растворишься в ничто.

Мэнрэйши отступил ещё на шаг. Химера распалась, маски разлетелись в стороны, обратно на свои места.

– Не надо, – его голос стал умоляющим. – Пожалуйста. Я… я сделаю всё, что ты хочешь.

Он прекрасно понимал, что не сможет остановить меня. С моей скоростью и силой он лишится своего истинного лица раньше, чем успеет что-либо сделать.

– Всё?

– Всё, – Хранитель рухнул на колени, его руки вцепились в края кимоно. – Ты первый за тысячу лет, кто раскрыл мой секрет. Первый, кто увидел. Я думал спрятать свое лицо среди тысячи других будет разумно… Забери что хочешь, только не трогай её. Не трогай моё лицо.

Я опустил меч.

– Персик Бессмертия. Где он?

Мэнрэйши вздрогнул. Его пустые глаза метнулись к боковой стене.

– Там, – он указал дрожащей рукой. – За гобеленом с изображением горы Фудзи. Потайная ниша. Господин приказал хранить его до сегодняшней ночи. Он хочет использовать его на пиру, перед всеми подданными.

Я подошёл к гобелену. Ткань была старой, выцветшей, изображение горы едва угадывалось среди узоров. За ней обнаружилась небольшая дверца, запертая на хитроумный замок.

Грань Равновесия рассекла замок одним ударом.

Ниша была крошечной, размером с обувную коробку. На бархатной подушке лежал плод. Персик размером с кулак, с кожицей цвета рассветного неба и ароматом, от которого кружилась голова. Он светился изнутри, мягко, едва заметно, и этот свет был живым.

[Персик Бессмертия]