Артефакты, интриги и один очень упёртый дознаватель
Шрифт:
— Ну, конечно, — он улыбнулся. — Ты же наша героиня.
Мы засмеялись, и в этот момент дверь снова открылась. На этот раз это была мама Эдгара.
— Анна, дорогая! — воскликнула она, входя с корзиной фруктов. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, — повторила я, чувствуя, как усталость накрывает меня.
— Ну, конечно, — сказала она, усаживаясь на свободный стул. — Ты же наша невеста.
— Мама, — начал Эдгар, но она прервала его.
— Нет, нет, — сказала она. — Мы должны устроить празднество, как только Анна выздоровеет. И свадьбу, конечно.
— Мама, — повторил Эдгар, но она снова прервала его.
— Нет, нет, — сказала она. — Это должно быть грандиозно.
Я засмеялась, чувствуя, как тепло разливается по груди.
— Спасибо, — сказала я. — Но сначала мне нужно выздороветь.
— Конечно, — согласилась она. — Но мы должны начать планировать.
Мы засмеялись, и в этот момент дверь снова открылась. На этот раз это был лекарь.
— Анна, — сказал он, входя. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, — почувствовала как на моем языке начинает появляться мозоль от этого слова.
— Ну, конечно, — сказал он, проверяя мои показатели. — Но тебе нужно больше отдыхать.
— Я знаю, — согласилась я.
— И никаких подвалов, — добавил он, глядя на Эдгара.
— Конечно, — ответил Эдгар, улыбаясь. — Я не позволю больше удерживать мою даму сердца в подвалах. Или постараюсь обеспечить ей максимально комфортные условия.
Мы все засмеялись, кроме лекаря. Он, вероятно, шутку не понял. Спусты пару часов все из моей палаты все таки разошлись, а Эдгар остался и вероятнее всего сегодня он опять останется ночевать палате.
Эдгар сидел рядом с моей кроватью, держа мою руку в своих. Его лицо было серьёзным, но в глазах читалось облегчение.
— Анна, — начал он, — я должен тебе кое-что рассказать.
— Что случилось? — спросила я, чувствуя, как сердце забилось чаще.
— Благодаря твоему похищению, — сказал он, — мы смогли привлечь к ответственности Виктора и Алекс Мур.
— Правда? — я широко раскрыла глаза.
— Да, — кивнул он. — Мы изучили все их финансовые движения, и это дало нам достаточно доказательств, чтобы посадить еще некоторых верхушек из аристократии.
— Это отлично, — улыбнулась я, чувствуя, как гордость разливается по груди.
— Но, к сожалению, — продолжил он, — многие всё ещё на свободе.
— Это только начало, — сказала я, чувствуя, как решимость наполняет меня.
— Да, — согласился он. — Но есть ещё кое-что.
— Что? — спросила я.
— Виктор, — сказал он, — почему-то настроился бежать в Султанат Аз’Нахар.
— Аз’Нахар? — я нахмурилась. — Это далеко.
— Да, — кивнул он. — И, вероятнее всего, теневой рынок накрыл своей паутиной весь мир, а не только наш континент.
— Значит, работа ещё есть, — вздохнула я.
— Да, — согласился он. — Но по расследованиям на других континентах он, вероятнее всего, приступит намного позже.
— Почему? — спросила я.
— Потому что, — улыбнулся он, — мне дали повышение и отправили в отпуск. А потом ещё медовый месяц.
— Что? — я широко раскрыла глаза.
— Да, — он засмеялся. — Мы с тобой заслужили отдых.
— Эдгар, — я посмотрела на него, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Ты серьёзно?
— Совершенно серьёзно, — сказал он, обнимая меня. — Мы справимся со всем, но сначала нам нужно отдохнуть.
Я кивнула, чувствуя, как тепло разливается по груди.
— Мы вместе перевернем этот мир! — прошептала я.
— Теперь я от тебя ни на шаг не отойду — улыбнулся он.
Глава 36. Happy end
Наконец-то я выписалась из больницы. После долгих недель лечения, бесконечных осмотров и строгих наставлений лекарей, я почувствовала себя достаточно сильной, чтобы вернуться к нормальной жизни. И первым делом я переехала к Эдгару. На этом настояли все: и сам Эдгар, и Никки, а громче всех — мама Эдгара.
— Ты должна быть рядом с ним, — говорила она, как будто это было самым очевидным решением в мире. — Вы же жених и невеста!
Я не стала спорить. После всего, что произошло, я сама хотела быть ближе к Эдгару. Его дом стал моим домом, и я чувствовала себя там в безопасности.
Спустя месяц пыток, истерик и бесконечных споров о деталях, мы наконец-то сыграли свадьбу. Это был день, который я никогда не забуду.
Никки была невероятно счастлива стать моей подружкой невесты. Она помогла мне выбрать платье, организовала девичник и даже умудрилась успокоить меня, когда я начала паниковать за час до церемонии.
— Ты самая красивая невеста на свете, — сказала она, поправляя мою фату. — И Эдгар это знает.
На свадьбу приехали даже чета де Лакруа. Альфонсо с радостью и облегчением пожал руку Эдгару и сказал:
— Я очень рад был работать совместно с таким прекрасным дознавателем. Уверен, что мы вместе дочистим эту паутину работорговцев по всему миру.
Эдгар кивнул, и я видела, как гордость светится в его глазах. По секрету, от нашего королевства, Эдгара сделали главным по этому делу, а Арчи стал его правой рукой.
Леди Вивьен, которая, как ни странно, позволила Виктору украсть меня, ревела в три ручья на нашей свадьбе. Она была уверена, что именно благодаря ей у нас с Эдгаром разыгралась такая красивая история любви.
— Это всё благодаря мне! — восклицала она, обнимая меня. — Я всегда знала, что вы созданы друг для друга!
Никто не стал её поправлять. Пусть думает, что хочет.
Для мамы Эдгара эта история также показалась идеальной. Она крутилась во всех новостных изданиях ещё полгода, рассказывая о том, как её сын нашёл свою настоящую любовь.
Но вот история Никки и Арчи была всё ещё сложной. Никки оформили как консультанта в отдел дознавателей, и она с головой ушла в работу. Но их любовная линия оставалась прерывистой.
Арчи, как всегда, попадал в абсурдные истории и не мог набраться уверенности, чтобы прямо признаться Никки в своих чувствах. А Никки будто ослепла и не видела очевидного.
— Он просто друг, — говорила она, когда я пыталась намекнуть на её чувства.
— Друг, который смотрит на тебя, как на единственную женщину в мире, — отвечала я, но она только отмахивалась.