Чтение онлайн

— Сказала, будто я какое-нибудь блюдо, которое можно приготовить, — буркнул он, — ешь!

Хоук уныло уставилась на свою порцию и поковыряла ее вилкой.

— Тебе надо поесть, — пробормотал Фенрис, с неодобрением покачав головой, в тот момент, когда Мариан упрямо наморщила нос.

— А ты покорми меня!

— Что еще за глупости? — Фенрис удивленно приподнял бровь.

— Давай, — Хоук наколола кусок омлета на вилку и протянула ему, — может так у меня проснется аппетит!

Фенрис взял столовый прибор у нее из рук и скептически уставился на собственную тарелку. Подняв взгляд обратно на Хоук, он вдруг вспомнил, как мать кормила его кашей, которую он терпеть не мог. Каждый раз, она садилась за столом напротив, брала в руки ложку с этой отвратительной комковатой мерзостью, улыбалась ему, и говорила «Давай, Лито, ложечку за маму!». И он слушался! Не хотел расстраивать ее, ведь мама так искренне смеялась, когда он вытирал рот, доедая все, что оставалось в тарелке.

Фенрис поднес вилку с омлетом к Мариан, наклонился поближе и в тот момент, когда она открыла рот, чтобы съесть свою порцию, ловко увел содержимое к себе, проглотил и довольно ухмыльнулся.

— Эй, что за дела? — возмутилась девушка, выхватывая вилку у него из рук, — я и сама могу поесть в таком случае, — с этими словами она начала с остервенением уничтожать содержимое тарелки.

— А вкусный был омлет, — рассмеялся Фенрис, отпивая сладкий медовый напиток из чашки.

— Ты вредина, — пробурчала Мариан, набивая полный рот еды.

Эльф не ответил на ее замечание, задумчиво потягивая напиток. Ему было приятно, что в ее компании к нему всегда возвращались самые теплые воспоминания. Корф отвлек Хоук расспросами о текущем положении дел в городе, на лестнице показался Варрик и приветственно махнул им рукой.

— Как вы после вчерашнего так преспокойно бодрствуете? — хрипло спросил он, взяв со стола заботливо подготовленный Норой отвар.

— Варрик, — Хоук вытерла рот салфеткой, — у нас к тебе разговор, я надеюсь, ты составишь нам компанию по дороге к Наместнику?

— Сейчас? Помилуй, красавица, половина города лежит с похмельем, другая половина все еще надирается. Какие могут быть дела?

— У Хоук не бывает выходных, — усмехнулся эльф, вставая из-за стойки.

— Собирайся, мы обрисуем ситуацию по дороге! — Хоук поднялась со стула, кинула Корфу пару серебряных монет и, помахав рукой, направилась к выходу.

— Погодите, я хоть Бьянку с собой возьму, — недовольно проворчал гном.

Тем временем, на улице уже появлялись первые заспанные жители. Праздник праздником, однако, купцы должны были открывать лавки, чтобы вести торговлю, стражники – нести дозор, а фермеры – подготавливаться ко второму дню ярмарки.

После сытного завтрака эльф почувствовал, как похмелье медленно, но верно отступает, и это не могло не радовать. Мариан рассказала гному о содержимом письма Наместника, умолчав лишь о том, как утром они едва не стали жертвами одержимой. Фенрису неожиданно польстил тот факт, что Хоук не решилась делиться своими переживаниями с Варриком. Гном был одним из ее самых близких друзей, она доверяла ему, но в этот раз, эльф понял, что теперь знает о Хоук чуточку больше остальных. Пусть это было не самое приятное знание, эльф все же был рад, что ему удалось поддержать ее и даже поднять настроение.

Мариан торопилась, а с каждой ступенькой, ведущей ко дворцу Киркволла, все больше хмурилась. Они потеряли достаточно времени, разбираясь с одержимой и демонами в заброшенной шахте, Фенрис понимал, что сбежавший сын наместника уже мог успеть натворить дел и всецело разделял опасения, высказанные Варриком по дороге.

Во дворце Хоук свернула к Авелин, быстро ввела капитана стражи в курс дела, и, оставив Фенриса и гнома в ее кабинете, направилась к Наместнику.

Фенрис заметил внимательный взгляд рыжеволосой воительницы, брошенный в его сторону. Она кивнула Варрику и завела с ним разговор, эльф устроился возле подоконника, скрестив руки на груди. Вчера он вел себя достаточно необычно, любопытство Авелин вполне можно было понять. Странно, что Варрик до сих пор ни разу не шутил над ним, никак Мариан что-то сказала? Эльф снова заметил, что на его губах витает легкая полуулыбка. И так каждый раз, когда перед глазами всплывает вчерашняя ночь. Ему было тепло от мысли, что все получилось именно так.

— Тебя будто подменили, неужто похмелье сказывается? — хитро прищурился гном, отвлекаясь от вопроса Авелин.

Фенрис подобрался, стер с лица блаженное выражение и привычно нахмурился. Ему не понравилось, как хмыкнула стражница, и усмехнулся Варрик, сочувственно качая головой.

Никто не видел его таким, только Хоук! В какой-то степени, он открылся ей, и вовсе не собирался делать это ни с кем другим. Неловкую паузу нарушила Мариан, громко открыв дверь кабинета ногой.

— Собираемся и выдвигаемся, дела плохи, с Аришоком придется разговаривать, хочу я того или нет, — она почесала переносицу, — подштанники Андрасте, я ведь совсем не хочу с ним разговаривать….

— И куда подевалась утренняя бравада? — иронично заметил Фенрис.

— Переварилась вместе с завтраком, — едко ответила Мариан, сверкнув глазами, и гном хохотнул в ответ. Авелин лишь покачала головой, закрепляя меч на поясе.

— Может на него произведет впечатление капитан стражи? — спросила она.

— Знаешь, у меня такое чувство, что они всех в этом городе держат за безмозглых нагов, — заметил гном, выходя из кабинета за остальными.

По дороге к порту на них напали. Благодаря Авелин, защищать Хоук было гораздо проще, хотя в этот раз, она не протестовала, видимо, утренняя стычка все же повлияла на нее не лучшим образом. Фенрис заметил, что Мариан будто бы… боялась применять магию. Это выглядело странно, она размахивала острой частью посоха, но эльф не чувствовал ни капли заклинаний в ее ударах. Обычно, она добавляла пламя, замедляла или обжигала нападавших, но сейчас всего этого не было. Она дралась, как самый обычный воин!

Разделавшись с неизвестными нападавшими, Хоук и Варрик умело обшарили карманы, в поисках хоть какой-нибудь зацепки.

— Что мы имеем: Аришок не хочет, чтобы мы нашли Шеймуса, или Шеймус не хочет, чтобы его искали? — задалась вопросом Авелин, наблюдавшая за парочкой, выворачивающей карманы у трупов.

— Это просто люди, ничего особенного, просто сброд, в хреновых доспехах, — заметил Фенрис, — оглядывая убитых.

Они ничего не нашли, Хоук шла по лестнице в порт, поджав губы, и наморщив лоб, словно серьезно о чем-то задумалась. Фенрис боялся спрашивать при всех, не желая нарываться на вытягивание подробностей их утренних приключений, однако именно эти события напрямую связывались с ее нынешним состоянием. Она была напряжена.

Напугана? Возможно. За то время, что он знал Хоук, Фенрис научился читать эмоции, которые она пыталась спрятать от остальных: в ее случайных жестах, изменении осанки, малейшем брошенном на него взгляде.

Она смотрела на него. Гораздо чаще, чем обычно. И в ее глазах он видел какую-то отчаянную невысказанную просьбу. Фенрис силился понять, что же она хочет, но пока выходило, что он мог лишь попробовать защитить ее. Разговоры о магии крови и ее пагубном влиянии были слишком болезненны для обоих, об этом он предпочел бы не рассуждать.

В порту уже было людно. На причале зазвенели колокольчики, предвещая разгрузку рыболовецкого судна, шумели грузчики и ругались матросы. Ворота в часть порта, заселенную кунари, были заперты. Стражник окатил их компанию презрительным взором, прежде чем Хоук назвала свое имя и причину визита.

— Сударыня Хоук, — Аришок встретил их, сидя на скамейке, привычно хмурясь и уперев при этом руки в колени.

— Я пришла поговорить о сыне наместника, — Фенрис почувствовал, каких усилий стоило Хоук придать своему голосу уверенности. Аришок внушал ей страх одним своим видом. Как-то раз, она честно призналась, что у нее мурашки по спине бегут от голоса этого рогатого великана.