Чтение онлайн

Глубокой ночью, около полуночи, где-то далеко в скрывающем нас лесу завыли волки. Они дали о себе знать достаточно громко, чтобы мы отчётливо услышали их протяжные песнопения. Кайя сразу же встрепенулась и испугалась, на что Маршал отреагировал словами: “Не переживай, волки не люди – они не убивают из чувства прихоти”. В его словах присутствовала отрезвляющая жестокость, но она была правдивой, а правда всегда действовала на меня успокаивающе, какой бы она ни была, так что всю оставшуюся ночь я, в отличие от некоторых других участников этого совершенно безрассудного похода, всю степень безрассудства которого мы в полной мере оценим чуть позже, проспала совершенно спокойным, беспробудным сном.

Провести ночь на разложенном заднем сиденье автомобиля среднего класса – далеко не то же самое, что провести ночь на мягкой перине пятизвездочного отеля, и хотя мне спалось как будто бы комфортно, проснувшись, я обнаружила ту же проблему, которую в итоге обнаружили у себя все спавшие рядом со мной: тело замлело так, что в пояснице возникла ноющая боль. Воспользовавшись временем, отведенным на прием завтрака, я только и делала, что ходила туда-сюда по заросшей лесной дороге, ковыряя вилкой содержимое своей консервной банки – кто бы ни придумал консервированное рагу, он был гением.

Птицы громко пели в недосягаемых кронах древних деревьев, воздух был свеж и чист, и ничто не предвещало проблем, однако стоило нам сесть в машину и снова вернуться на асфальтированную дорогу, как мы сразу же окунулись в суровую реальность: из-за брошенных на дорогах автомобилей и человеческих останков, проезд по ровной местности на автомобиле был почти невозможен. Почти, но не с таким талантливым водителем, каким является Маршал: мы каждые пять-десять километров съезжали с дороги на ухабистые обочины и заброшенные поля, но при этом ни разу не засели и не забуксовали там, где, казалось бы, ни одному автомобилю было не проехать.

Около полудня мы увидели в километре от нашей дороги небольшую жилую деревню. О том, что она жилая, свидетельствовали высокие огни, взмывающие от костров, пылающих вдоль границы деревни – рядом с кострами будто бы двигались человеческие силуэты. Вонь в воздухе от этих костров стояла отвратительнейшая, словно в этом огне сжигали животных – в своих личных предположениях я предпочитала думать именно об останках животных, а не о трупах людей. Мы поспешно миновали это поселение, однако от остатков зловония пришлось ещё долго отделываться – едва спасали заново открытые окна.

Вечером путь стал более свободным и, соответственно, лёгким: мы проехали целых пятьдесят километров, прежде чем перед нами выросло очередное серьёзное препятствие – на сей раз, это было поваленное на дорогу дерево. Маршал с Рагнаром распилили крону двуручной пилой, после чего мы смогли проехать по обочине и продвинуться вперед на еще двадцать километров.

За час до заката мы решили остановиться в очередном съезде, ведущем в густой лес. Этот вариант для камуфляжной ночёвки мог бы оказаться замечательным, но только не в тот час, в который мы избрали его.

Мы устраивали заднее сиденье на ночёвку, поэтому багажник и пассажирские двери были открыты, когда Рагнар, вдруг положив руку поверх моей, взявшейся за рюкзак Дии, внезапно произнёс максимально предостерегающим, осевшим тоном, от которого моё сердце сразу же упало в пятки:

– Ты это слышишь? Лошади!

Не знаю, как мы все пропустили их появление. Быть может, Маршал с Дией отошли слишком далеко, быть может, только у меня с Рагнаром и были шансы расслышать приближение чужаков, ведь по итогу мы вдвоём оказались к ним ближе всех, но факт остаётся фактом: стоило Рагнару заметить появление посторонних, как из поворота, ведущего на кажущуюся давно заброшенной лесную дорогу, не выкатила – буквально выбежала перед нашей машиной пара серо-белых лошадей, запряженных в странную телегу. Эта телега представляла собой одну сплошную деревянную клетку, в которой сидели люди. Это всё, что я успела рассмотреть, прежде чем пригнулась и спряталась за багажником, чтобы не схватить выпущенную в нашу сторону автоматную очередь.

По машине прилетело прилично. Это первое, что я трезво осознала, потому что искры, ярко отлетающие от металлической обшивки, трижды пролетели прямо перед моими глазами. То, что происходило дальше, можно назвать не столько потасовкой, сколько хаотичным месивом, и если хаотичности нам изначально было не избежать, тогда месивом это действо стало исключительно благодаря действиям Рагнара.

Маршал, отлучавшийся отливать в кусты, оказался как раз позади повозки, что позволило ему атаковать наших противников с тыла и тем самым отвести огонь от меня с Рагнаром. Нападающие стали стрелять в него, так что в той стороне леса начали лететь щепки, но перед этим они потеряли одного из своих людей. Кто-то – точно не Маршал – пристрелил военного, стоявшего возле лошади, попав ему в шею. Резко посмотрев в сторону прилетевшей пули, я сначала удивилась, увидев Кайю прячущейся за разросшимися кустами, но в следующую секунду разглядела Дию ныряющей за широкий ствол дерева. Противники растерялись – в них стреляли с двух разных сторон, и они уже потеряли двух человек, но у трёх оставшихся всё ещё были в распоряжении действующие автоматы. Не заметив, откуда прилетела пуля, выпущенная Диандрой, они начали поливать лес очередями. Наконец сориентировавшись, я решилась воспользоваться продвинутым оружием, владению которым обучалась всю минувшую зиму. Наведя прицел на машину, я прицелилась лазерным лучом сквозь нее и, при помощи тепловизора, установила цель. Убивать я всё ещё не была готова, так что мой лазер врезался в правую ногу противника, чуть выше колена. Дико закричав, мужчина завалился на бок. Именно в этот момент Рагнар выбежал из-за машины и напал на стрелка, стоявшего к нам спиной. Не знаю, где было его ружьё, я сначала даже думала, что он пошел на противника с голыми руками, но как же сильно я ошиблась… В его руках был крупный охотничий нож. Я видела только, как он размашисто повел рукой и как в следующую секунду в сторону отлетела буйная струя бордовой крови – Рагнар перерезал мужчине горло! И на этом можно было бы остановиться, но когда военный падал вниз, Рагнар зачем-то, наверное, чтобы добить наверняка, врезал остриём ножа прямо ему в лицо… Прежде чем я успела осознать, что из пяти наших противников остались стоять на ногах только двое – шокированная девушка в военной форме и раненный мной мужчина, – Рагнар схватил автомат убитого им военного и расстрелял из него раненного моим лазером. В этот момент последний оставшийся на ногах противник – девушка – резко подняла руки вверх и отбросила своё оружие в сторону, но это совершенно никаким образом не повлияло на поведение Рагнара. Он пошёл на неё с оружием и он расстрелял бы её несмотря на её поднятые руки – я уверена в этом, потому что именно я успела выскочить и встать между его намерением и сдавшейся военной. Если бы не я – уже спустя три секунды эта молодая девушка была бы мертва.

– Что ты делаешь?! Она ведь сдаётся!

– Отойди, она стреляла в нас, не заступайся…

– Немедленно прекрати! – я не собиралась отступать, отчего как будто стала еще больше походить на непробиваемую стену.

– Рагнар, опусти оружие, – послышался из леса голос Маршала, но, обернувшись, я увидела не его. Я увидела, как одна лошадь, единственная выжившая, оторвалась от трупа пристреленной лошади и на полной скорости понеслась прямо на нас. Она сбила бы меня, если бы в последнее мгновение я не успела отпрыгнуть в сторону… Рагнар молниеносно направил дуло автомата в её направлении, как будто хотел выстрелить в спину убегающей в лес несчастной, но я снова вовремя набросилась на него и буквально силой заставила его опустить оружие:

– Не трожь испуганное животное! Да что с тобой такое?!.. Ты ранен! Рагнар, ты ранен!

Стоило мне увидеть его плечо залитым ярко-бордовой кровью, как вся моя злость моментально сошла на нет. Теперь я не могла сказать, действовал ли он осознанно или из-за болевого шока не отдавал отчёта своим действиям, вернее, степени жестокости своих действий.

Рагнар, в отличие от меня, убивал людей. Только благодаря этому, он и добрался до нашей фермы. Благодаря этому же, зимой мне не пришлось убивать забравшихся в мой бывший дом трапперов, и, вполне возможно, благодаря этому в тот день не была убита я. Возможно, благодаря этому сегодня не был убит никто из нас. Не благодаря тому, что я откровенно хреново использовала продвинутое оружие, которое могло спасти нас всех, начни я им пользоваться раньше и не стреляй я с целью лишь ранить, а не поразить свою мишень насмерть. Мы уцелели благодаря тому, что Маршал и Диандра ликвидировали две мишени и целых две мишени устранил один Рагнар. Мне, конечно, было бы плачевно признавать себя почти такой же бесполезной, какой является в нашей команде Кайя, однако у меня всё в полном порядке с самооценкой: ещё меньше года назад я жила в мире, в котором убийство человеком человека являлось ужасающим преступлением – с чего бы мне вдруг начать спокойно косить налево и направо всех, кто вздумает покуситься на мою собственную жизнь? Маршал с Рагнаром прошли через пекло, чтобы добраться до нашей фермы – у них есть опыт в полевых условиях, а у меня какой опыт? Стрельба лазером по банкам за амбаром? Диа, конечно, тоже в этом деле неопытная, однако же, она только что успешно устранила одного противника, но ведь она же и старше меня. В любом случае, я не жалею, что в этот раз никого не убила, и в полной мере осознаю, что позволить себе эту роскошь я смогла только благодаря тому, что действо убийства на себя взяли дорогие мне люди, так что осуждать их действия и методы в этой битве я не буду. Точка.

Случайная встреча лоб в лоб с чокнутыми учёными-военными обошлась нам в хотя и не критические, но всё же серьёзные последствия: Рагнар ранен в плечо, одна из пуль пробила переднее левое колесо кадиллака, в обшивке которого лично я насчитала двадцать два пулевых отверстия. Одна пуля угодила очень близко к бензобаку, но Маршал уверил нас в том, что никакой опасности в этом нет, потому как бак абсолютно стерилен – в нём нет даже остатков жгучего топлива, ведь мы передвигаемся при помощи солнечной электроэнергии.

Рана Рагнара хотя и выглядит серьёзной – пуля прошла навылет через дельтовидную мышцу, – к счастью, не представляет собой угрозы для жизни. Я лично обработала, зашила и перебинтовала ранение, и при этом отметила, что в процессе всей моей работы Рагнар не издал ни единого звука, хотя я и работала не то чтобы нежно. Я высоко оценила его стойкость, так что после процедуры тайком подсунула ему выпить миниатюрную бутылочку “Four Roses”, которую взяла с собой из запасов крепительных напитков отца. Пострадавший, в свою очередь, оценил мою щедрость и, влив в себя всю порцию за раз, улыбнулся мне, так что я тоже искренне улыбнулась ему в ответ, при этом заботливо застегнув его толстовку до самого подбородка. Не знаю, как бы я пережила более серьёзное ранение этого парня… Даже думать о таком не хочу. Этой ночью сплету наши пальцы под пледом, пусть знает, что он мне дорог, и что я переживаю о нём.