Чтение онлайн

– Уф, и наелась же я!
– Она отодвинула тарелку и впервые благосклонно посмотрела на падре: - Все было вкусно. Вы хороший хозяин. Распорядитесь, чтобы принесли кофе.

Вместе с кофейником и чашками лакей водрузил в центре стола огромную вазу с пирожными. Отвечая на вопросительный взгляд гостьи, падре пояснил: изделия принесены из кондитерской, где по распоряжению ее владелицы изготовлен специальный ассортимент.

– Из той самой?

– Хочешь, познакомлю тебя с хозяйкой этого заведения?
– сказал Лашке.

– Я уже поняла, что она здесь, - Райс показала на соседний стул, на спинке которого висела перламутровая сумочка.
– Но куда вы ее дели?

Лашке не успел ответить - на веранду вышли Сизова и Луиза.

– Здорово!
– пробормотал Ловетти, увидев, что девушка обрела свою обычную легкую походку.

Мужчины встали, дружно захлопали в ладоши.

На глазах у всех Луиза обняла Сизову, поцеловала в щеку.

– Она вылечила меня, и я могу даже танцевать!
– Луиза шагнула к Ловетти.

Итальянец подал ей руку.

– А я приглашаю вас!
– Падре поклонился Сизовой.

Динамики, вмонтированные в стены веранды, струили легкую ритмичную мелодию. Райс прихлебывала кофе, и наблюдала за танцующими.

– Будут работать на нас, - негромко сказал Лашке.

– Обе?
– Райс взяла из вазы новое пирожное.
– А что они, собственно, умеют?

– С объяснением повремени.

– Я не знаю, что вы делаете лучше - готовите свои пирожные, массируете ножки захворавшим девушкам или танцуете!
– Падре усадил свою даму и занял место за столом.

– Где вы постигли это искусство?
– Аннели Райс кивнула на вазу с пирожными.
– Я съела три штуки и, кажется, возьму еще.

– Так сразу и не ответишь, - Сизова развела руками.
– В моей стране каждая женщина отличная хозяйка. Конечно, при условии, что она дочь своей нации.

Разумеется, она узнала гостью. Странно, что Райс пожаловала в столь неурочное время. Ведь, судя по всему, ее не ждали. Что-то непредвиденное произошло на острове? Нет, за столом спокойны, даже веселы. Вот - Ловетти до сих пор танцует с Луизой...

– Попробуйте и новинку. Называется "хвост павлина".

– Что ж, лакомство и впрямь напоминает оперение красивой птицы. Глядите, отчетливо виден рисунок лиры. Шоколад с орехами?

– Тут сложная смесь, десяток различных компонентов и специй.

– Очень симпатично.
– Аннели Райс задумалась.
– Но помнится, когда-то я уже пробовала подобное изделие. Или мне показалось?

– Полагаю, что показалось, - ответила Сизова.
– "Хвост павлина" придуман совсем недавно.

– Странно, - Райс вытерла пальцы о салфетку.

– Быть может, простое совпадение?
– вступил в разговор падре. Двойники есть даже среди живых существ.

– Совпадение удивительное, - сказала Райс.
– Единственное различие: здесь вот, в кругу, была, помнится, кремовая свастика. Вспомнила. Это было в тот самый год, когда фюрер разделался с чехами.

– Весна 1939 года, - пробормотал падре.
– Ну и память у вас!

– Еще бы мне забыть шикарную кондитерскую, о которой в Берлине было столько разговоров! Ведь я сластена, каких мир не видел.
– Аннели Райс улыбнулась Сизовой: - Не сердитесь на меня, ладно? Как же она называлась, та кондитерская?.. А вы говорите "память". Но я вспомню, обязательно вспомню. Владельцами ее были функционер СД и какая-то женщина...

Эту реплику слышала и Луиза, вместе с итальянцем вернувшаяся к столу после танца. Остановившись позади Хуго Ловетти, она с острой тревогой глядела на мать.

В преддверии второй мировой войны Сизова и ее супруг Энрико Гарсия выполняли в центре Европы особое задание. Обосновавшись в Австрии, они открыли кондитерскую фирму - сперва в этой стране, затем в Берлине. Видный нацист, сделавшийся совладельцем фирмы, способствовал, сам того не ведая, проникновению советских разведчиков в секретные учреждения немцев. Сизову "завербовала" гитлеровская служба безопасности - СД, передала в военную разведку - абвер и забросила... в Советский Союз. Так началась игра по дезинформации противника. Успех был достигнут дорогой ценой: сперва умер руководитель разведгруппы старый чекист Кузьмич, затем погиб Энрико. В предсмертной записке домой он сообщал, что СД готовит ему испытание и что проводить "экзамен" будет лично шеф этой службы Рейнгард Гейдрих. Подвергнуться испытанию нельзя, ибо он, Энрико, не знает, какими данными располагает глава СД. Нельзя и исчезнуть - в этом случае под удар ставится жена, да и вся операция.

Что же оставалось Энрико? Он принял удар на себя - погиб на глазах у поджидавших его нацистов. Те видели: подозреваемый не уклонился от встречи, спешил по вызову, но развил чрезмерную скорость и не справился с управлением автомобиля...

Эта драма разыгралась в центре Берлина осенью далекого 1941 года. Луиза появилась на свет уже после гибели отца...

Сизова сидела в непринужденной позе, помешивая ложечкой остывающий кофе. Мысленно казнила себя за опрометчивость, верхоглядство. Надо же, выбрала такое прикрытие! Решила, что здесь, на другой стороне земного шара, никому не может быть известно о той берлинской кондитерской... Что еще сохранила цепкая память Аннели Райс? Вдруг это важные козыри и она введет их в дело при решающих обстоятельствах!..

И все время перед глазами стоял Энрико. После гибели мужа она долгие годы пыталась доискаться до причин, по которым он привлек внимание противника. Думала об этом постоянно, но ни к чему не пришла. Что же случилось тогда в Берлине, почему насторожился Рейнгард Гейдрих?

Размышления были прерваны возгласом Аннели Райс:

– Вспомнила!
– она даже подскочила на стуле.
– Вспомнила название кондитерской. На вывеске крупно было выведено: "Двенадцать месяцев"!

Сизова выпрямилась на стуле. Надо было успокоить Луизу. Показала ей на стул:

– Слишком долго стоите на ногах, милочка. Садитесь, и все у вас будет хорошо. Присядьте и отдохните.

Обернулась к Райс: конечно, она вспомнила кондитерскую с таким необычным названием. Ей приносили оттуда отличные пирожные. Видимо, какой-то сорт особенно понравился, запал в память. Вот и придумала теперь нечто похожее. Но пусть ей поверят - действовала подсознательно...

– Со мной тоже бывает такое, - сказал Хуго Ловетти.
– Какая-нибудь острота застрянет в мозгу, а через десяток лет вдруг выскочит в памяти, и ты преподносишь ее как только что придуманную.

Сизова поблагодарила его взглядом. Улыбнувшись Аннели Райс, придвинула к ней свой стул:

– Гляжу на вас с завистью - подтянуты, энергичны. Занимаетесь спортом?

Собеседница была польщена:

– Спортом? Увы, для него не остается времени. Работа, одна лишь работа с утра и до ночи. Мне сказали, вы согласились служить у нас. А как же кондитерская?

– Конечно, жаль расставаться с ней - дело только-только наладилось. Так что все еще колеблюсь...

Достигнутая удача - два самых опасных противника покидали город обесценивалась появлением Аннели Райс. Она в городе, значит, помешает нейтрализации падре. Утверждает, что скоро уедет. А если задержится?