Чтение онлайн

Товары, вывозимые теперь к нам нашими купцами из этой части России суть: лен, пенька, веревочные изделия, смола, деготь, сало и мачты (предметы необходимые для нашего флота), всякого рода меха, воск, мед, бобры на шапки, шкуры бычачьи, коровьи и буйволовыя, поташ, масло льняное и конопляное, икра и проч.

Туда же сбывают они из наших товаров: сукна, здесь выкрашеныя и дегатированныя, жесть и свинец в таком только количестве, какое потребно для страны.

И так нельзя не сознаться, что эта торговля весьма полезна Англии и мы не можем без нея обойтись, не подвергнув Королевство большим убыткам; ибо мы сбываем в Россию ежегодно наших товаров на сумму 40 тыс. фунт.(стерл.), которые иначе оставались бы у нас на руках, и привозим оттуда нужные предметы, необходимые нашему Государству для службы и содержания флота. Для получения сих предметов мы были бы иначе принуждены зависеть от благосклонности и милости Короля Датского, который всегда, когда ему угодно, может запереть проход через Зунд.

Но если мы сообразим, как легко нам будет продать гораздо большее количество наших сукон, жести и свинца по течению Волги и разных других рек во все отдаленныя восточные и северо-восточные страны, которыя теперь ведут с нами торг только через несколько рук, а также как мы можем этим путем производить вывоз всех богатых произведений Востока, получаемых нами теперь только через Турцию, дорогою ценою и при неисчислимых опасностях от морских разбойников и неприятелей, в особенности если нам придется быть в разбое с Испанией (что, кажется, нам предстоит ожидать), тогда мы убедимся, что если нам каким либо образом возможно установить и утвердить торговлю на этом пути, она не только будет более всякой другой доходна и благодетельна для Государства, но что со временем Великобритания может сделаться складом Восточных товаров, откуда они могут быть отправляемы во Францию, Германию, Нидерланды и Данию, чрез что доставится значительный промысел нашим кораблям и значительно увеличится количество как привозных, так и вывозных таможенных пошлин Его Величества. Поэтому если в этом деле следовало даже соображаться единственно с пользою, то и тогда есть достаточные поводы для Его Величества и для Государства, чтобы принять Русский народ под свое покровительство и свою защиту на таких условиях, которыя могут утвердить и обезопасить как свободу торговли, которою мы уже пользуемся там, так и открыть ее далее на выше предложенном основании.

Польза большей части предметов лучше усматривается cavendo, quam fruendo 142 . Итак, если мы войдем в рассмотрение вреда, который для нас воспоследует, если Русские, будучи оставлены нами, или будут покорены Поляками, или отдадутся в подданство какому-либо другому Государю, или Государств, мы найдем, что точно также как выгода побуждает нас, так и необходимость и государственная польза заставляет нас не пренебрегать, но пользоваться этим случаем; ибо, начиная с Поляков: если они овладеют Россией – Польский Король уже и теперь дурно к нам расположен, будучи связан браком и тесным подчинением с Австрийским Домом и управляем Езуитами. Чего можем мы ожидать, кроме отнятия наших повольностей, по коим теперь мы одни имеет там беспошлинную торговлю, и предоставления ея другим, а именно Нидерландам, которыя уже, единственно в предположении, что Король, по-видимому, покорит Россию, вступили с ним в переговоры по этому предмету и сделали ему значительныя предложения. Если же Штаты отнимут у нас беспошлинную торговлю, чрез посредство ли Короля Польского, или через принятия Русских, в случае нашего отказа, под свое покровительство, что они непременно сделают и о чем уже и помышляют, не следует ли нам предположить, что так как они составляют Государство искусное в политике и трудолюбивое, то они извлекут из сего значительную пользу к усилению своего флота и к ослаблению нашего (в настоящее время стоящаго с ними, по силе, в соревновании), дабы таким образом сделаться единственными владыками моря.

Если при том, они таким образом могут привлечь к себе богатую торговлю Востока, не сделаются ли они в скорое время грозными и опасными для всех своих соседей посредством столь многих богатств и столь большаго могущества, соединенных с столь деятельной бдительностию? Мы знаем, что свободныя Государства обыкновенно неприязненны к монархиям: так как правительство их никогда не умирает, то они предохранены от чувствительных перемен, намерения их всегда однообразны и цели постоянно одинаковы; по этим-то причинам такия государства всегда возвышались недостатками и упущениями своих соседей, за которыми они наблюдают и прилежно следят, чтобы пользоваться всеми выгодами, которыя им предоставляются.

Итак, нам не следует пренебрегать поднимающеюся тучею, но должно предусматривать бурю, прежде чем она разразится; ибо в том положении, к каком они теперь, они должны и хотят быть нашими друзьями; но если мы допустим их сделаться слишком могущественными, они легко забудут, кем они были взлелеяны в колыбели их счастия.

По всем этим причинам, по очевидной пользе с одной стороны, по явной опасности с другой, я вывожу заключение, что если Его Величеству будет сделано предложение принять в свое подданство ту часть Московии, которая лежит между Архангельском и рекою Волгою, с страною вдоль по этой реке до Каспийскаго, или Персидскаго моря, или, по крайне мере, принять ее под свое начальство и покровительстве, с предоставлением и обеспечением свободной там торговли, то это будет величайшее и счастливейшее предложение когда-либо сделанное какому-либо из Английских Королей с тех пор как Колумб предлагал Королю Генриху VII открытие Вест-Индии. Пример этот, еще свежий в нашей памяти, должен нас научить, что мы не должны быть излишне осторожны, когда нам делают столь выгодные предложения, следуя правилу Екклезияста: «Блюдый ветра, не сеет, и сматряяй во облацех, не пожнет» (XI, 4) 143 .

Что касается вероятия, что отдача под покровительство и в подданство этой страны будет предложена Его Величеству, если Русские будут иметь такую-либо надежду, что Король примет это предложение, я уже о том упоминал выше. Но если Его Величеству склонится на общий смысл предложения, следует зрело рассмотреть, которая из этих случайностей удобнее для Его Величества, на каких условиях, а также и многия другия сюда принадлежащие обстоятельства. В этом деле я опять осмелюсь высказать свое убогое мнение, если Королю угодно извинить мою смелость в этом случае и приказать говорить далее. Впрочем, в настоящее время я считаю нужным устранить всякое недоразумение и предупредить всякое сомнение, которое может внезапно возникнуть в чьем-либо воображении.

Я очень хорошо знаю, что затруднения и нужды правительства Его Величества в настоящее время таковы, что Король не в состоянии предпринять какие-либо расходы. По обыкновенному опыту я нахожу, что умные люди часто принуждены отказываться от весьма выгодных предприятий, по неимению средств к выполнению их, иначе как с большим обременением своих доходов. Поэтому, если бы это предложение принадлежало к этому разряду, я не полагал бы пристойным предлагать его, или удобным для Его Величества замышлять его в настоящее время. Но оно совсем другого рода и предполагается, что Его Величеству не нужно будет делать заранее никаких больших предварительных издержек. То, что желательно бы сделать, вкратце заключается в следующем:

Чтобы Его Величеству угодно было уполномочить какую-либо одну (или более) из доверенных особ, которую и отправить с будущей флотилией, в Мае месяце, для переговоров с Русскими, если они того пожелают, и для постановления с ними решения на условиях или подданства, или покровительства, смотря по данному в наставлениях Его Величества наказу; после сего Москвитяне могут равным образом прислать сюда посланников при возвращении флотилии в будущем Сентябре, для утверждения договора, а между тем изготовиться к отдаче в руки Английского общества такого количества казны и товаров, которое могло бы покрыть расходы на вооружение и перевозку такого числа войска, какого они пожелают 144 . Таким образом войско будет отправлено в следующем Мае месяце, а купцы уплатят расходы тем, что будет отдано им на руки. Тем же способом имеет быть поступлено всякий раз, как Русские будут требовать подкреплений. Обеспечение относительно пересылаемого войска, означение городов и крепостей, которые имеют быть им сданы, порядок, который следует соблюдать относительно их жалования и съестных припасов, суть важныя статьи условий договора, равно как и многия другия подробности, кои весьма нужно будет обсудить, когда общая мысль будет принята. Итак, теперь ограничиваюсь только этим.

В этом проекте нет никакой несправедливости или обиды ни для кого; нет никакого нарушения, или уклонения от договоров, заключенных с кем-либо из других Государей и Государств. Напротив, в нем, по моему мнению, много славы для его Величества, много человеколюбия к этому угнетенному народу, с которым мы имели столь долговременныя торговые сношения; много политики относительно увеличения нашего кораблеплавания и торговли, что необходимо увеличит и нашу силу и наше богатство, и, наконец, много залогов счастия для Его Величества и для всего нашего острова 145 .

Как представляется, комментарии излишни. Король Яков не оставил без внимания проект «вернаго и возлюбленного слуги» Меррика. Проект был запущен.

Полномочие, данное Королем Яковом I– ым Ивану Мерику и Вильяму Росселю в мае 1613 года

Иаков и проч. Всем и каждому, до кого дойдет сия грамота, здравствование.

Так как мы достоверно известились от нашего вернаго и возлюбленного слуги Ивана Мерика, бывшаго в последнее время Резидентом в Московии, о бедственном и затруднительном положении этой знаменитой страны и ея народа, подверженных в настоящее время неминуемой опасности, как от нашествия врагов извне, так и от междоусобных смут и мятежей в Государстве, по каковому случаю в прошлом году сказанному Ивану Мерику были сделаны некоторые сообщения и предложения от разных главных и значительных лиц того Государства, клонящиеся к благосостоянию и безопасности страны и к восстановлению в оной мира и правления чрез наше посредничество и вмешательство, каковых предложений, так как он не знал тогда Нашей воли, он не смел принять на себя поддержать, как бы, впрочем, он желал.