Чтение онлайн

К сожалению, многие из-за свойственной им косности мысли продолжают объяснять неудачу Жлобы иными причинами. Каковы бы ни были тактические промахи Жлобы и искусство маневрирования белого командования, все же у Жлобь было 7000 шашек, а у белых не более 1500, к тому же в двух группах. Поэтому при столкновении обеих конниц при всяких обстоятельствах успех был бы'на стороне Жлобы.

С июня военные действия в Северной Таврии, сохраняя ярко выраженный маневренный характер, происходят на почти постоянном плацдарме, резко отличаясь этим от операций 1918 – 1919 гг. Причиной этого был недостаток живой силы у белых, которые действовали короткими ударами, отходя затем в исходное положение. Врангель не хотел повторять ошибок стратегии Деникина, шедшего вперед, не считаясь с численностью войск, и растягивавшего их в тонкий кордон. При этом сохранялось преимущество действий по внутренним операционным линиям. Стратегическое положение белых было очень тяжелым: достигая порой значительных тактических успехов, они вследствие упомянутого недостатка живой силы не могли существенно их развить. Красное же командование, обладая практически неисчерпаемыми резервами в глубине страны, через некоторый промежуток времени восстанавливало положение.

Что касается авиации, то больших успехов авиагруппа достигла в плане связи с войсками. Секретным приказанием по армии была установлена сигнализация полотнищами с земли штабов корпусов, дивизий (в армии Врангеля дивизии были трехполковые) и полков, причем корпуса и дивизии получили индивидуальные обозначения, полки – общее для всех, Сигнальщики с полотнищами должны были следовать за соответствующим штабом и по требованию самолетов (ракетой) или по собственной инициативе выкладывать сигнал. Штабам корпусов и дивизий предписано было, кроме того, выкладывая рядом с опознавательным знаком ориентированное по ветру «Т», требовать посадки самолета, что он должен был выполнить, если не было вполне уважительных причин для отказа (отсутствие сколько-нибудь подходящего для посадки места, выполнение срочного задания высшего штаба). Были установлены 4 кода сигналов, которые заменялись один другим через неодинаковые промежутки времени. Таким образом, для правильной выкладки сигналов было недостаточно иметь в руках их таблицу, нужно было знать, какой из четырех кодов действует в этот день. Предосторожность оказалась не лишней: таблицы сигналов были выкрадены из одного из штабов дивизий, и через несколько дней в прифронтовой полосе у красных стали выкладываться опознавательные знаки соответствующих белых дивизий с требованием посадки – НО не по действующему коду.

Для лучшего налаживания сигнализации в штабы корпусов и дивизий были командированы авиационные офицеры для ознакомления штабов и частей с правилами сигнализации, приемами выбора посадочных площадок, указания ветра (полотнищами и кострами} и оказания содействия опустившемуся самолету. Кровавым уроком послужило также бомбометание по своей конной части, которая в крайне запутанной обстановке не сочла нужным выложить сигналы и подверглась нападению, повлекшему довольно тяжелые потери. Штаб армии возложил в этом случае всю ответственность на кавалерийского начальника. После этого случая связь полотнищами начала действовать безукоризненно, и командование часто в моменты маневра и боя, когда разрывались другие средства связи, пользовалось ею для быстрой ориентировки в расположении своих частей – высланному самолету поручалось облететь фронт и отметить положение дивизий и полков.

Задачи по разведке обычно сопровождались сбрасыванием соответствующему штабу корпуса или дивизии вымпела с извещением. Этот способ оказался очень надежным: за всю работу авиагруппы было сброшено до 200 вымпелов, которые все до единого попали в нужные руки. В случае обнаружения существенных данных на фронте того или иного соединения в штабе его производилась посадка, после которой часто самолет вылетал на дополнительную разведку. Этот вид работы особенно сближал авиацию с войсками, в техническом же отношении благодаря равнинному характеру местности не представлял затруднений для выполнения, и случаи поломок при внеаэродромных посадках были очень редки. Лишь в одном случае вследствие крайней небрежности штадива, потребовавшего посадки на площади в населенном пункте и не позаботившегося очистить ее от зрителей, самолет потерпел тяжелую аварию и при отходе белых в ближайшую ночь был оставлен.

Усиление красной истребительной авиации, а также крайняя изношенность моторов заставили посылать самолеты в дальние разведки парами, что давало большую уверенность на случай как встречи с воздушным противником, так и посадки в его тылу одного из самолетов вследствие порчи мотора'. В этом случае другой самолет должен был также сесть и принять команду неисправного. Дальние разведки, обычно имевшие целью обследование движения на железнодорожных узлах Лозовая, Сииельниково, Чаплино, Апостолово, сопровождались фотографированием. Литература сбрасывалась в очень незначительном количестве, так как убогость и бездарный ее характер заставляли летчиков с неохотой относиться к таким заданиям, не особенно настаивал на них и штаб армии. Никаких приспособлений для сбрасывания литературы не было.

Основной работой группы являлась поддержка своих войск боевыми действиями с воздуха, для чего группа бросалась на активные участки фронта. Обычно работа велась с постоянного аэродрома у станции Акимовка, находившегося как раз в центре дуги, образованной фронтом белых, что значительно облегчало техническую сторону дела. Лишь в предвидении многодневной работы группа или часть ее выдвигалась на временные передовые аэродромы (например, в Серогозы) или перелетала на аэродромы стоявших ближе к фронту отрядов (Федоров-ка, Чаплинка). Главной трудностью являлось достижение своевременности удара и согласованности его с действиями земных войск. За несколько часов обстановка совершенно менялась, и рассчитывать на получаемую от штабов ориентировку не приходилось – почти всегда она являлась запоздавшей. Поэтому групповым полетам предшествовала всегда непосредственная воздушная разведка: в намеченный район высылался самолет, остальные же в полной готовности ожидали его на аэродроме. По возвращении разведывательного самолета наблюдатель его в присутствии всех летчиков и наблюдателей тут же делал доклад командиру группы, последний отдавал свои распоряжения, и группа поднималась в воздух. Иногда высланный для предварительной разведки самолет совершал также посадку у штаба дивизии, на фронте которой происходили действия, где получал ориентировку в обстановке и намерениях дивизии и устанавливал момент совместных действий. _ Установка радиопередатчиков на двух самолетах и приемной станции на аэродроме позволила еще больше сократить срок вылета группы – высланный на разведку самолет сообщал ее результаты по радио.

Полет происходил обычно группами не более 7 самолетов в строю клина. При большем количестве самолетов они разбивались на звенья. Командирские машины и машины различных отрядов имели ясные опознавательные знаки (яркая окраска руля поворота и носа и широкая полоса, опоясывающая фюзеляж). Управление производилось простейшими сигналами – ракетами. Цель или указывалась ракетой с ведущей машины, или отыскивалась каждым самолетом самостоятельно. Для атаки земных целей большинство самолетов снижалось до высоты 200 – 300 м и ниже, действуя пулеметным огнем, ручными гранатами и 20-фунтовыми осколочными бомбами под прикрытием тяжелых бомб (3, 5 и изредка 7 пудов), сбрасываемых с самолетов, держащихся на большей высоте (800- 1200 м). Потери авиации при таком образе действий были очень невелики: не было сбито ни одного самолета, пулевые ранения получили один летчик и один наблюдатель.

Из отдельных операций этого периода нужно отметить вторую попытку прорыва фронта белых, сделанную красным командованием в конце августа. Для этого была использована прибывшая на Крымский фронт 2-я конная армия, Каховская группа красных должна была, перейдя в энергичное наступление, выйти к Перекопу, 13-я армия – атаковать на всем фронте, 2-й же конной армии ставилась задача глубоко вклиниться в тылы белых и отрезать оперировавшие в Северной Таврии части от Крыма. В последних числах августа завязались упорные бои у Каховки и Орехова. 15/28 августа 2-я конная армия прорвала фронт белых у Орлянска и двинулась на юго-восток. Белой авиации было приказано задержать это движение до подхода своей конницы. Повторными настойчивыми бомбометаниями ей удалось заставить красную конницу все более и более отклониться. на юго-запад Наперерез ей двигалась конная группа генерала Барбовича, Утратившая порыв, потрепанная бомбометаниями, красная конница уклонилась от боя с вдвое уступавшим по численности противником и вышла на соединение с Каховской группой. Вместо глубокого рейда получился фланговый марш,

Вопреки существующим легендам армия Врангеля не получала никакого военного имущества из-за границы и снабжалась исключительно тем, что было привезено в Крым англичанами во времена Деникина (1919 г.), В частности, авиация за весь 1920 г. не получила ни одной новой машины. Были заказаны во Франции «Бреге», но к моменту занятия красными Крыма они дошли только до Константинополя. Пополнение белой авиации производилось за счет Симферопольского авиапарка. Из 3 – 4 разбитых машин собирали одну, недостающие части заменяли самодельщиной (так, например, вместо отсутствующих винтов для 240-сильных «Пума» на «Хэвиленды» ставили обрезанные винты для 400-сильных «Либерти»). Выбракованные за полной негодностью машины перебирались, красились и снова шли на фронт. Вследствие отсутствия ангаров (самолеты все время стояли под открытым небом) деревянные части начинали гнить, обшивка обвисала, полетные качества самолетов резко ухудшались, и они требовали перерегулировки чуть ли не после каждого полета. Моторы давно перешли установленные нормы работы. Единственными новыми машинами были «Авро» 2-го авиаотряда, широко использовавшиеся для ближней разведки, но обладавшие малым радиусом действия и практически нулевой грузоподъемностью. Попытка создать истребительный (б-й) отряд из нескольких случайно добытых «Спадов» оказалась неудачной, так как вследствие дефектов сборки (вероятно, умышленных) у большинства моторов полопались коленчатые валы, и отряд вышел из строя, не сделав ни одного боевого полета.

Между тем красная авиация в Таврии значительно усилилась. Были обнаружены истребительные группы в Александр ов с ке, Бериславле, Апостолове. В составе Александровской группы были отмечены также и многомоторные самолеты типа «Илья Муромец». Именно эта группа проявила наибольшую активность, энергично производя бомбометание по белым частям в районе железной дороги.

В районе Днепра произошло несколько безрезультатных воздушных боев. Лишь 17/30 сентября самолетом 5-го авиаотряда ( DH 9- a ) был сбит в районе Бериславля красный «Ньюпор», упавший в своем расположении. 2 9 сентября (12 октября) во время рейда конницы генерала Бабиева на Никополь был произведен воздушный налет на аэродром красных у Апостолова, не давший существенных результатов. 20 сентября (3 октября) 4-й авиаотряд показал интересный пример самообороны авиационной части. Выделенный незадолго до того из авиагруппы отряд был расположен в Гальбштадте. В ночь на 20 сентября (3 октября) красная конница неожиданным налетом захватила Б. Токмак. Думать об эвакуации отряда было невозможно. Никаких прикрывающих частей также не было. Поэтому командир отряда принял единственно правильное, хотя и необычное решение – защищаться на своем аэродроме. Возложив непосредственное охранение на людей отряда, он пять раз в течение дня водил самолеты на бомбометание по коннице, которая, не выдержав воздушной атаки, начала отходить.

Но все эти эпизоды были последними вспышками энергии белой авиации. С каждым днем усугублялась катастрофичность ее технического состояния, между тем как обстановка властно требовала особенно активных действий с ее стороны. Благодарая окончанию войны с Польшей красные сосредотачивали в Таврии все большие и большие силы.

Решивший участь армии Врангеля подход 1-й конной армии к Бериславльской переправе не был своевременно раскрыт авиацией. Освещавшие Днепровский район 3-й и 8-й авиаотряды не летали вследствие неисправности самолетов. Здесь сказалось отсутствие оперативного управления авиацией и не налаженность связи авиачастей между собой: авиагруппа имела возможность выполнить эти разведки, но задания ей дано не было, важный участок в течение нескольких дней не освещался авиацией, и появление 1-й конной армии оказалось неожиданным.