Чтение онлайн

Меня аж передёрнуло.

— Слушаю вас, — прекратила балаган я.

— Понимаете, это мои сёстры — Ирина и Бронислава. И у них дети тоже будут поступать. У Славочки сыночек в прошлом году не поступил, но он готовился, правда. А у Ирочки доча, как и моя, и тоже только школу заканчивает. И они тоже готовы сделать как надо. Ну, как мы тогда говорили.

— Таксу они знают? — тихо спросила я, — зыркнув глазами вокруг.

— Знают! — выдохнула «клиентка» Лариса и моментально просияла. А тётки в подтверждение старательно закивали головами.

Я не боялась, что это понятые и меня сейчас поймают и в наручниках уведут. Во-первых, я этих тёток тоже видела в приёмной колледжа, во-вторых, они все были очень похожи, только Бронислава сильно постарше. А, в-третьих, сейчас были такие времена, что ничего никому ни за что не было. Разве что могли бандиты нагрянуть. Всем остальным было фиолетово.

— Отлично, — сказала я, вытащила из сумочки заготовленные бланки расписок и свой блокнот и сказала:

— Диктуйте.

— Что?

— Имя, фамилию, возраст, на какой факультет, — четко оттарабанила я, принимая первый пухлый конверт и незаметно пересчитывая доллары.

Бабоньки довольно заулыбались.

Самолёт с силой оттолкнулся от земли, пол под ногами чуть качнуло, и я увидела в окошко иллюминатора, как деревья резко стали уменьшаться.

«Ну, вот и поехали», — усмехнулась я и, наконец, выдохнула.

Самолёт «Москва-Сургут» набирал высоту. Уши чуть заложило, поэтому я откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Последние дни выдались настолько суетливыми, что я, сидя уже в самолёте, всё ещё не верила, что получилось.

Я сглотнула, чтобы отпустило уши, и ещё раз припомнила, всё ли я сделала, и что ещё осталось.

После того, как удалось успешно провернуть ситуацию с этой поездкой (чего только стоило выдержать истерики Марины), встал вопрос, куда девать Анжелику. Конечно, она мне клялась и божилась, что будет пай-девочкой, будет вести себя хорошо и всё такое. Но я уже, в силу своего возраста и отношения к жизни в обоих мирах, прекрасно знала цену таким вот обещаниям. Да, я даже не сомневалась, что первый день, а, может, даже и целых два, Анжелика будет просто молодец — готовиться к экзаменам, убираться в квартире, и даже поливать цветы. Но это всё будет ровно до тех пор, пока подружки не прочухают, что хата у неё свободна. И вот тогда начнётся. И какая бы умничка Анжелика не была, какими благими намерениями бы не руководствовалась, но прогнать компанию подружек, когда они завалятся к ней в гости «проведать» с пивом, или чем покрепче, а потом потащат её на дискотеку, а потом…

Поэтому все заверения Анжелики я отмела сразу и категорически. Так как у неё сейчас шли то консультации, то экзамены, поэтому сплавить в село к деду Василию не получилось — ей надо было быть в Калинове. Хорошо, что у меня была условная подруга Галя.

Я уговорила её приютить на недельку Анжелику. А квартиру заперла и велела Ивановне, соседке из квартиры через стенку, контролировать, чтобы всё было хорошо.

Вот. Так было правильно. Да, Анжелике будет не очень комфортно у чужих людей, но Галина сейчас жила одна, поэтому ничего страшного — притрутся. А во-вторых, пусть привыкает. Это — жизнь и человек должен уметь устраиваться в любых условиях, а не жить оранжерейным одуванчиком.

— Вам сок томатный или яблочный? — я так задумалась, что, когда надо мной склонилась улыбчивая стюардесса, аж вздрогнула.

— Томатный, пожалуйста, — в ответ улыбнулась я, получила свой стаканчик и в два глотка выпила.

Хорошо как… чуть солоноватый сок пришелся кстати, настроение поднялось, шум в голове утих.

— А я вот больше люблю яблочный, — нравоучительно сказала Валентина Анатольевна и отпила из своего стаканчика. — Он полезный. С витаминами.

Нас как-то странно рассадили — мне повезло, и досталось место у окна, а Валентина Анатольевна уселась с краю. Между нами сидел какой-то мужчина, который, как только занял своё место и пристегнулся, сразу уснул, оглашая салон раскатистым храпом. Мне он особо не мешал, более того, я даже порадовалась, так как разговаривать через него было неудобно, поэтому Валентина Анатольевна, которая в секте отличалась повышенной болтливостью, вынуждена была молчать.

Остальных наших делегатов раскидали по всему салону. Так-то нас ехало шестеро. Кроме меня с соседкой, еще три женщины разного возраста и статуса. Возглавлял нашу маленькую группу… тадам! — Ростислав.

Не знаю, чем руководствовался Всеволод, сплавляя его со мной, но, уже немного зная старейшину, этого хитрого лиса, я была точно уверена, что какую-то долгоиграющую цель он по любому поставил.

Вот только интересно — какую? Столкнуть нас с Ростиславом лбами? А он не думал, что мы можем сдружиться в дороге и, тогда как?

Я усмехнулась. Ладно, время покажет.

До Москвы мы добрались автобусом без приключений, сейчас предстоит перелёт, а потом придётся долго сидеть ждать вертушку на Нефтеюганск. Это если погода будет нормальная. Так-то я могу и сидеть, и ждать, сколько надо, но вот как я буду больного ребёнка в такую сложную дорогу перевозить — я не представляла.

Всеволод советовал мне обратный путь ехать поездом, но билетов обратных вообще не было, и если ещё на самолёт была надежда купить через знакомую знакомых, то с железнодорожными билетами была просто беда.

А ещё мне предстояло, на общих основаниях, сделать целых три доклада. Освобождать меня от общественной нагрузки Всеволод не собирался. На него и так косились.

Нефтеюганск встретил острыми порывами мокрого ветра. Я поплотнее запахнула свой пуховик (в котором я сюда, кстати, попала) и натянула капюшон. Хорошо, что послушалась Ивановну и набрала тёплых вещей. После почти летнего Калинова, дубарь здесь ощущался особенно сильно.

От аэропорта расстояние до квартиры, где мы будем жить, было не так, чтобы и большим, но сумки пришлось тащить на себе, и это было ощутимо. Я уже жалела, что набрала так много барахла (я взяла даже еду, зная, что цены здесь выше, да и с обеспечением не очень). И теперь ругала себя за жадность.

В оврагах ещё лежал снег, рваными космами, съежившийся, грязноватый, но это был снег. Я изумлённо покачала головой — какая огромная у меня страна: в Калинове любашин отец почти весь огород уже засадил, а здесь ещё снег лежит и даже не думает таять.

Сам городок на меня впечатления не произвёл, точнее произвёл, но своей экзотикой что ли. Везде деревянные бараки или даже если и дома, то тоже деревянные, почерневшие от непогоды. На одном из бараков, на стене, был растянут огромный плакат: «Хлеб — всему голова!». Он тоже выцвел от дождя и снега, но некогда золотые колосья на фоне румянощекой колхозницы смотрелись здесь особенно неубедительно.

Кедровые сосны, под которыми мы шли по деревянному тротуару, сердито зашумели — налетел очередной порыв ветра.

— Почти дошли! — буркнул Иван Иванович, житель Нефтеюганска, у которого мы снимали квартиру.

— Поскорей бы уже, — недовольно проворчала Маша, молодая сектантка, которую включили в нашу делегацию за пробивной характер, и зябко закуталась в лёгкий плащик, явно не по погоде.

— Так чего не оделась тепло, тебе же говорили, что здесь не Крым! — сделала ей замечание Валентина Анатольевна, — а теперь иди и не ворчи.