Чтение онлайн

Поэтому ненавидели их. Хотя и ходили на представления всей семьёй. В обычные города, бродячая труппа артистов приезжала раза два — три в год. А тут каждый выходной можно было ходить на воскресное развлечение. Мир между артистами и горожанами был очень хрупкий, и постоянно балансировал на грани ксенофобской ненависти и желания наказать «Слуг дьявола», и тайного восхищения простенькими трюками, что приводили плохо образованных обывателей в восторг.

Но как только к реальной власти в городе пришёл архиепископ монсеньор Стефан — ситуация резко изменилась. Теперь артистов открыто ненавидели и грозились уничтожить. Стефан был резким противником лицедеев, и в конце каждой проповеди он, как тот сенатор из Рима, повторял: «Квартал должен быть закрыт». * При этом истинная причина его нелюбви к артистам, не известна. Как и личность самого прелата таинственна и скрыта тенями.

Архиепископ захватил власть, пользуясь телесной слабостью обер— бургомистра города Мариенгофа Вольфганга ван Хутера. Затем он поставил на пост капитана городской гвардии Эрика фон Биенгоффа, человека не разумного, но лояльного и верного делу архиепископа. При всём при этом, Правящая Олигархия, чьим гласом и является обер— бургомистр не в силах противостоять Князю Цервки.

Темные времена наступают для всех нас. И только Вера не позволит нам спуститься в ещё большие глубины невежества и мракобесия.

И, хоть и немало злых напастей свалилось на наш многострадальный город, казалось худшее ждёт нас всех впереди.

Всё дополнительно усугублялось таинственным Балаганом Дьявола, который по легенде похи…

Отрывок из Истории Мариенгофа, славного города. Страницы с пятьсот шестьдесят седьмой, по пятьсот семьдесят вторую: удалены по приказу Рыцаря — Храмовника Св. Престола ОрденаКреста и Молота, достопочтенного охотника на ведьм, мастера Грегора Дюка.

***

Над площадью Квартала Артистов уныло светила полуночная Луна. Население балаганчиков спало и видело уже третий сон. Лишь одинокий фонарь светил на одном из них. Высокая, атлетичная женщина в трико медного цвета, с закрытым итальянской карнавальной маской лицом, несла на руках спящего ребёнка. Мальчика лет десяти на вид. Она подошла к своему балагану. Дверь беззвучно отворилась и оттуда пролился кроваво— алый свет. Длинные, гротескно— нечеловеческие руки протянулись за ребёнком. Неожиданно, громкий голос разорвал интимно— мистическую тишину ночи.

— Именем Господа нашего Иисуса Христа, оставь невинного ребёнка, дьявольское отродье! — гневно произнёс мастер — охотник на ведьм, Грегор Дюк.

Женщина в медного цвета трико, резко обернулась. Даже умудрённому опытом ведьмоборцу стало не по себе. Ещё хорошо, что он пошёл следом за этой девчонкой, которая пыталась ограбить того франта. А потом схлестнулась с ветераном гвардии Мариенгофа. Надо сказать, Грегор ей даже мысленно поаплодировал — не у многих мужчин достаточно крепкие яйца, чтобы совершить даже треть того, что совершила эта зелёная девчонка. Грегор даже подумал: «А что, если взять её на летнюю стажировку?»

Надо сказать, эта идея была не лишена смысла. Конечно, официальным рыцарем— храмовником ей стать не удастся, ибо посвящают на эту службу только лиц мужеского пола, но титулярные** охотники иногда поступали следующим образом — они брали на стажировку обычных людей, негласно, обучали кое— каким трюкам и способам выслеживания, борьбы и уничтожения нечисти. Готовили так называемых, вольнонаёмных охотников на нечистую силу. А там уже неважен был пол охотника.

Таких вольнонаемных, призывали, когда начиналась Великая охота. Да и к суровой жизни борца с всякими отродьями зла такие «ученики» были куда более подготовлены, чем их коллеги — авантюристы.

Девушка, правда, уже успела смыться. Да и немудрёно. По всему она была не дурой. Грегор дал себе слово, что обязательно её разыщет, после того, как разделается с Балаганом Дьявола. Разделается. Сказать легче, чем сделать. Мастер Дюк утешал себя только тем, что зловредный Балаган Дьявола на самом деле существует. Он не плод чьего бы то ни было воображения.

Женщина склонила голову на бок. Она была изящна и стройна. Под медным трико соблазнительно выпирали выступы её тела.

— Я, сказал! Положи. Ребёнка. Тварь! — цедя каждое слово, проговорил мастер Грегор Дюк. Существо явно было разумным. Поэтому понимало всё, что ему говорили.

Женщина бросила ребёнка и потянулась рукой к клоунской карнавальной маске. Вероятно, она хотела её снять. Грегор решил не дожидаться этого, ведь в последний раз, когда он слышал историю про эту мадам, под её маской было нечто такое, от чего у людей срывало напрочь мозги. Не то чтобы ведьмоборец с более чем двадцатипятилетним опытом чего— то ещё боялся, просто бережёного Бог бережёт, как известно. В общем, он решил не пускать ситуацию на самотёк и прежде чем неведомая тварь, сняла свою маску, мастер Дюк выстрелил в неё из пистолета.

И что могло пойти не так?

Пуля, выпущенная из порохового пистолета, развивает начальную скорость, примерно триста метров в секунду. Расстояние, не превышающее десяти шагов пуля преодолеет меньше чем за удар сердца.

Каково же было изумление Грегора, граничащее с ужасом, когда женщина просто увернулась от неё.

Она. Увернулась. От пули.

***

Инга не стала дожидаться развязки. Она и так достаточно влипла в приключение. На сегодня хватит, пожалуй. Оказываться между молотом в виде охотника на ведьм с одной стороны, и наковальней в виде таинственной женщины, с другой, у неё не было ни малейшего желания.

К тому же где— то поблизости находился ветеран гвардии Мариенгофа. Инге необходимо добраться до своего дома — балаганчика, её не покидало чувство, точнее ложная надежда, что как только это случиться, как только она переступит порог своего дома, всё закончится.

Девушка стремительно лавировала между балаганчиками и помостками, множеством палаток и цветастых куполов шапито. Вот — вот, уже немного, и она окажется дома.

Наконец впереди замаячил долгожданные дом. Балаганчик со сломанной передней осью и выцветшими от дождей стенками. Инга ускорила шаг. Она судорожно огляделась — вроде никакой погони нет. И то хорошо. Нужно успокоится. Девушка глубоко выдохнула. И медленно и уверенно ещё раз огляделась. Точно нет никакой погони. Она не хотела привести «хвост» к ним в дом.

Такого ни должно случиться. Её наставник ни в коем случае не должен узнать, чем она занимается. Ни за что!

Инга быстро подобрала ключ к замку и дважды его повернула. Сердце колотилось. Да и не мудрено. Она за каких— то пару дней пережила больше чем за всю свою недолгую и не разбавленную приключениями жизнь артистки — канатоходки из Квартала Циркачей города Мариенгофа.

Инга оказалась в знакомо пахнущем артистическим гримом и старой бумагой балаганчике. Она прижалась спиной к дверям и выдохнула. Сама не зная почему, Инга нервно захихикала. В её голове пролетали события последних часов. Она сама себе удивлялась вспоминая, что её пришлось пережить. Если бы она умела читать, то вряд ли прочла такое даже в самом увлекательном романе.