Чтение онлайн

– Княжна… княжна удостоила нас своим появлением!

– Все проваливайте отсюда, – холодно фыркнула Чжу Янь и, опустив плеть, посмотрела на того, кто лежал прямо на куче разбросанного товара. Им оказался ребенок шести-семи лет с затравленным взглядом.

– Ваше Высочество, именно этот щенок встал у вас на пути, – гневно сказал гвардеец, поспешно приближаясь и указывая на ребенка. – Дерзкий змееныш еще осмелился ударить ножом человека!

– Ударить ножом? – Чжу Янь нахмурилась. – Насмерть?

Гвардеец отбежал, чтобы все разузнать, и, вернувшись, доложил:

– К счастью, у мелкого гаденыша слабые руки и низкий рост. Нож вошел в нижнюю часть живота неглубоко.

– Не насмерть? Ну и славно. Дайте охраннику десять золотых чжу, пусть залечит свои раны! – Чжу Янь махнула рукой и с облегчением вздохнула. – К тому же тот урод тоже виновен – поднял руку на ребенка! Он это заслужил!

«Но разве не вы сами приказали очистить дорогу?» – читалось в глазах гвардейца, который молча смотрел на княжну.

Чжу Янь опустила взгляд, присматриваясь к ребенку. Холодная усмешка блуждала на ее губах.

– Столь юный, а уже осмелился на убийство? Для этого нужна немалая смелость!

Ребенок сидел на земле. Он был такой худой и грязный, что нельзя было понять, мальчик это или девочка. Ребенок смотрел на княжну пронзительным взглядом, продолжая сжимать в руке окровавленный кинжал, словно загнанный отчаянный зверек. Его щиколотки, стянутые железными кольцами от кандалов, сочились кровью. Крошечные ручки крепко обнимали завернутый в тряпки большой сосуд для вина. Похоже, он израсходовал все силы, чтобы перенести его, но так и не смог этого сделать.

– Эй! – вдруг воскликнула Чжу Янь. – Это ты?

В бирюзовых глазах ребенка будто вспыхнула искра узнавания, но через мгновение он просто равнодушно отвернулся. Ни на кого не обращая внимания, он встал и, напрягая последние силы, потащил кувшин к обочине дороги.

– Эй, ты! – Чжу Янь опешила, но быстро поняла: она ведь стерла ему память в тот день, перед тем как уйти. Неудивительно, что он не помнит, кто она такая.

И почему она снова встретила этого щенка? Он преследует ее, словно призрак!

Чжу Янь пробурчала что-то себе под нос, глядя в спину ребенку. Но стоило ему отойти на один чи, как раздался громкий треск, и кувшин в его руках вдруг разлетелся на куски! Видимо, когда повозка перевернулась, сосуд для вина ударился о землю и треснул, а сейчас, когда ребенок попытался его передвинуть, керамика разлетелась на множество осколков.

Прошло мгновение, прежде чем люди осознали, что они видят. И тогда они вскрикнули в унисон и в ужасе отступили на шаг: внутри лопнувшего кувшина оказалось человеческое тело, лишенное конечностей. Изуродованный, покрытый шрамами и рубцами, изрезанный вдоль и поперек, едва шевелящийся жуткий кусок мяса, едва ли похожий на живого человека. Он вывалился из треснувшего сосуда и покатился по земле, не в силах остановиться, разрывая тряпки, которыми был обмотан кувшин.

– Что?! Неужели действительно в этом горшке было спрятано мертвое тело? О Небеса!

Увидев женщину без рук и ног, вывалившуюся из разбитого винного сосуда, люди, окружившие обоз, подняли вой и обернулись к владельцу перевернувшейся телеги.

– «Человеческий сосуд»! Ты перевозил в своей повозке «человеческий сосуд»?

Купец, понимая, что ему не отвертеться, торопливо, но осторожно вернулся к своей лошади и уже было вскочил в седло. Но другие торговцы в ярости закричали, вмиг стащив его на землю:

– Слезай! Убил человека и смеешь сбегать?!

– Это не я! Не я! – купец взывал к небесам и кричал о несправедливости. – Я вообще к этому не причастен!

Толпа свирепо загалдела:

– Но «человеческий сосуд» был в твоей повозке, и ты еще смеешь что-то говорить?!

Купец отчаянно оправдывался:

– Клянусь небом и землей! Не я его создал! Разве я могу быть таким расточительным? Ведь это русалка!

– Русалка? – недоверчиво переспросили несколько торговцев из толпы. – Откуда в Западной пустоши могла взяться русалка?

Чжу Янь не обращала внимания на разгорающийся скандал. В миг, когда треснул кувшин, она услышала, как ребенок истошно закричал «мама» и, ни на что не реагируя, крепко обхватил страшный кусок мяса, поддерживая обмякшую шею.

Спустя еще миг Чжу Янь разглядела лицо женщины. Она застыла и резко выдохнула сквозь сжатые зубы. Да, нет никаких сомнений: это действительно наложница Юй – русалка, заточенная в подвалах Сусахалы! Значит, мать и сын не погибли тогда в суровой морозной пустыне, они скитались и бедствовали почти два месяца, преодолели больше тысячи ли, чтобы в конце концов оказаться здесь и снова столкнуться с ней.

Сейчас, изумляясь такому повороту судьбы, Чжу Янь чувствовала в душе легкое раскаяние. Ведь если бы она не неслась в город очертя голову, бранясь и расчищая дорогу, повозка бы не опрокинулась, а кувшин не упал бы на землю и не разбился. Тогда, возможно, наложница Юй не оказалась бы в таком положении!

Она бросила робкий взгляд на ребенка, испытывая угрызения совести и чувство сожаления. Но ребенок из морского народа даже не посмотрел в ее сторону. Он отчаянно обнимал мать, пытаясь обмотать тряпками ее обнаженное тело.

В это время люди из других обозов уже взяли злополучного торговца в клещи и прижали к земле. Несколько старых уважаемых купцов окружили его, свирепо бранясь:

– Да ты храбрец! Даже «человеческий сосуд» осмелился сделать? С тех пор как император Бэй Мянь выпустил высочайший указ, изготовлять в Облачной пустоши «человеческие сосуды» запрещено! Разве ты не знаешь?

– Нет! Я не имею к этому делу никакого отношения!

Владелец разбросанного на дороге груза побледнел, как полотно. Увидев Чжу Янь, он кинулся к ней, упал на колени и стал кланяться так, что княжна испугалась, что у него переломится спина.

– Госпожа! Этого ребенка с его проклятым кувшином ваш ничтожный слуга подобрал недалеко от реки Алой Воды! Малец из морского народа нес на спине русалку, и я просто пожалел их двоих. Я подумал, что они не протянут и пары дней, поэтому забрал в свою повозку.

Прежде чем он успел сказать что-то еще, стоявшие рядом люди зашумели наперебой и стали бранить его:

– Не болтай вздор перед лицом княжны! Хочешь сказать, что мимоходом подобрал этот «человеческий сосуд»? Если ты врешь, боги отрежут тебе язык!