Чтение онлайн

Торговля превратилась в наш удел.

Не станься так – мир почитал бы нас

Наследниками Мильтона доселе.

Libertatis Sacra Fames [10] [11]

Прекрасны идеалы демократий,

Когда подобен каждый Королю, —

Но я определенно не люблю

Разгула нынешних крикливых братий;

Монарх достоин менее проклятий,

Чем гнусных демагогов болтовня, —

Анархией Свободу подменя,

Они уже готовят нас к расплате;

Мне мерзостно, когда над баррикадой

Возносится позорный красный флаг,

И хамство правит: под его громадой

Дух гибнет, Честь мертва, молчат Камены, —

И слышен лишь Убийства да Измены

Кровавый и неторопливый шаг.

Theoretikos [12] [13]

На глиняных ногах стоит держава.

От древней славы этот островок

Теперь недосягаемо далек,

Венец его похитил враг лукавый.

С холмов не слышен голос величавый,

К Свободе звавший; так беги же прочь,

Душа, которой пребывать невмочь

На гнусном торжище, где сброд плюгавый

Находит сбыт и чести, и уму,

Где сволочь рвется попирать ногами

Наследство, что завещано веками.

Нарушен мой покой, и потому

Особый путь я в Творчестве приму –

Не быть ни с Богом, ни с его врагами.

Requiescat [15] [16]

Ступай легко: ведь обитает

Она под снегом там.

Шепчи нежней: она внимает

Лесным цветам.

Заржавела коса златая,

Потускла, ах!

Она – прекрасная, младая –

Теперь лишь прах.

Белее лилии блистала,

Росла, любя,

И женщиной едва сознала

Сама себя.

Доска тяжелая и камень

Легли на грудь.

Мне мучит сердце жгучий пламень, —

Ей – отдохнуть.

Мир, мир! Не долетит до слуха

Живой сонет.

Зарытому с ней в землю глухо

Мне жизни нет.

Авиньон

Сонет, написанный на подступах к Италии [17]

И вот я в Альпах. Именем твоим,

Италия, тобой душа объята.

Земля, которой бредил я когда-то,

Куда так влекся, грезою томим.

Обласканный случайно пилигрим,

Историю листаю непредвзято.

День догорал. От свежих ран заката

Лазурь дымилась золотом литым.

Волной волос ласкалась хвоя пиний.

Бутонов разрывалась кожура,

И сад кипел от молодого цвета.

Но сердце сжалось, памятью задето:

Там, в Риме, – прах распятого Петра.

Италия, твой горек блеск отныне.

Турин

Сан-Миниато [18]

Я одолел высокий склон.

Здесь, в серафических просторах,

У Божьих врат, на горних створах

Сонм ангелов изображен.

И Приснодевы светел лик.

В изножье – полумесяц лунный,

Души заполнены лакуны,

И смерть желанна в этот миг.

В Тебе – Сыновних терний боль,

Жена в лазурном покрывале!

Устало сердце, и едва ли

Земную воспоет юдоль.

В Тебе – Сыновний брезжит свет,

Внемли же грешному, покуда

Душа не встала из-под спуда

Впустую проведенных лет.

Ave Maria Gratia Plena [19] [20]

Явил Себя Он. Я же, как дикарь,

Зевеса блеск и славу заклиная,

Всё ждал, что в золотом дожде Даная

Очам моим предстанет, словно встарь.

Казалось, до сих пор вдыхаю гарь

И вижу вновь Семелу в страстной дрожи,

И молний след, испепеливших ложе –

Желанья дерзновенного алтарь.

Так грезил я средь древних базилик,

Но таинством Любви повергнут в прах,

Был возрожден причастностью святыне:

Девический, еще бесстрастный лик,

Холодный крин у ангела в руках

И белокрылый голубь на притине.

Флоренция

Италия [21]

Повержена, но преображена, —

Землей твоей шагают батальоны

До Сиракуз от северной Вероны, —

Опальная, но гордая жена.

Былым богатством ты озарена,

В три цвета – красный, белый и зеленый

Одет в лагуне ветер окрыленный.

Тебе иная участь суждена.

Бесславен блеск, краса твоя заклята,

Миропомазанника трон остыл,

И вдовая столица в поруганье.

Ужели, Небо, тщетно упованье?

Во пламенах грядущий Рафаил

Испепелит возмездьем супостата.

Венеция

Сонет, написанный на страстной неделе в Генуе [22]