Чтение онлайн

С дороги и впрямь слышится топот копыт, но это не Касма, да и приближение Мегеры юноша ощутил бы издалека. Тем не менее Креслин поднимается и спешит к коновязи, где должен спешиться всадник.

– Регент Креслин.

Попытавшись опознать по вроде бы знакомому голосу человека, которого не видит, он в конце концов вздыхает и обволакивает гостя ближними к Чертогу воздушными потоками. Это удается - оставаясь лишенным зрения, Креслин восстановил способность внутреннего видения, во всяком случае, по отношению к ближним объектам. Но пока любое подобное усилие стоит ему головной боли.

"...ты не должен..."

Торкейл молча ждет, когда Креслин заговорит. Юноша отпускает воздушные струи, и боль тут же прекращается. Мегера находится в цитадели, но ему немедленно передается ее облегчение.

– Я тебя слушаю, Торкейл.

– Военачальники велели передать тебе, что у Края Земли пришвартовались два корабля из Сарроннина.

– Что им нужно?

– Они покорнейше просят кого-либо из соправителей удостоить их аудиенции. Ими доставлены - надо же, как скоро!
– припасы, обещанные тираном весной прошлого года. И более того... сундук с монетами - в качестве запоздалого свадебного подарка.

Креслин хмыкает:

– Я так полагаю, суб-тиран не слишком удивилась.

– Она рассмеялась, милостивый господин. И сказала: "Для того, чтобы Риес... тиран заплатила все свои долги, потребовалось всего-навсего вывернуть мир наизнанку".

– Я встречусь с ними, но не здесь. Мы с Мегерой примем их в цитадели.

– Но...

– Милостивая госпожа, несомненно, примет щедрый дар и выскажет благодарность тирану, - с этими словами Креслин поворачивается, уверенно шагает к конюшне и, несмотря на слепоту, седлает Волу гораздо быстрее, чем еще совсем недавно, хотя это требующее особой сосредоточенности занятие оборачивается легкой пульсацией боли в висках.

Торкейл дожидается регента в седле, на дороге у Черного Чертога. Ниже по склону недавно попавшие в плен хаморианцы мостят камнем дорогу между Краем Земли и Чертогом.

Слышен и стук молотов каменотесов, но источник этого звука не на дороге, а южнее, где хаморианцы из числа участников первого налета - более не пленники, а свободные ремесленники, - возводят просторный дом, предназначенный для Хайела с Шиерой. При мысли о них Креслин улыбается: вот уж кто прямо-таки создан друг для друга. На свой лад они связаны между собой чуть ли не так же, как он с Мегерой.

– Сарроннинские гости давно пожаловали?

– Совсем недавно; когда я уходил, они еще не начали разгрузку. Милостивая госпожа потребовала, чтобы я немедленно нашел тебя.

– А теперь нам нужно будет найти ее.

Впрочем, последнее удается быстро: Мегера дожидается его в дверях цитадели.

– Быстро ты появился, - замечает она.

– Слепой - еще не значит медлительный. Во всяком случае, очень медлительный. Я вполне в состоянии воспринимать окружающее, правда, только вблизи. Если тянусь дальше, чем на несколько локтей, мне становится больно.

– Знаю.

– Прости. Как решим - взойдем на сарроннинский корабль или примем послов здесь?
– он поворачивается к жене, как будто может ее видеть.

– Я подумала: пусть они сначала предстанут перед нами в цитадели, а потом мы сможем и посетить их корабль.

– Тебе ясно? Передашь наше приглашение?
– говорит Креслин Торкейлу.

– Да, милостивый господин. Когда прикажешь?

– Почему бы и не сейчас?

Откланявшись, Торкейл удаляется.

– А там, на корабле... ты как, справишься? Я имею в виду... нерешительно бормочет Мегера.

– Не бойся, все будет хорошо. Ближнее пространство я ощущаю, да и ты можешь находиться рядом. Льнуть ко мне, как подобает покорной восточной жене.

– Рядом буду, а чтоб льнула... не дождешься!

Креслин смеется.

– Ты... ты нарочно это сказал... чтобы... чтобы... ты по-прежнему невозможен.

– Так ведь это слепотой не излечивается, - слышится голос поднимающейся по ступеням крыльца Лидии.
– Я тут подслушала конец вашего разговора и хочу спросить: где будете принимать послов?

– Думаю, принимать будем все вшестером, в нашей совещательной комнате, - говорит Креслин.

– А она... подходит?

– Честно говоря, не знаю, и уж не меня об этом спрашивать.

– Да ладно изображать слепенького бедняжку, - откликается Лидия с едва заметной улыбкой.

– Я не в том смысле. Но мне и вправду не приходило в голову к ней особо присматриваться, а теперь, ослепнув, я попросту не помню, как она выглядит.

– О-о-о-о!

– Удивляться нечему, - в голосе Креслина слышится легкая усмешка, то, что воспринимается как само собой разумеющееся, не очень-то привлекает внимание.

– Я велю дежурным стражам принести туда несколько стульев и закуски, говорит Мегера.

– Мы лишь недавно покончили с торговой войной, поэтому, уверен, они не поставят нам в вину то, что стол у нас не столь богат, как у твоей сестры. Хотя, по правде сказать, мне не больно-то хотелось бы снова угоститься вашим сарроннинским жарким...

– Суженый...
– Мегера не договаривает и только вздыхает.
– Ладно, через минуточку я вернусь.

Креслин прислушивается к ее удаляющимся шагам.

– И почему, хотелось бы знать, вы всегда друг друга подначиваете? говорит Лидия.

– Да потому, - отвечает Креслин, - что ни я, ни она не хотим признаваться в том, насколько друг от друга зависим.

Наступает молчание. Спустя секунду целительница виновато бормочет:

– Прости. Я кивнула, а у тебя был такой внимательный вид, что я совсем позабыла о твоей слепоте.

– Спасибо. К этому нужно привыкнуть, но я сомневаюсь, что мне удастся. У меня часто бывает такой вид, потому что раньше я мог видеть в полной темноте и порой непроизвольно пытаюсь...
– он облизывает губы, когда перед его мысленным взором мелькает образ Мегеры.
– Только потери заставляют по-настоящему понять, что ты имел.

– Ты и сейчас имеешь куда больше, чем подавляющее большинство людей, указывает Лидия без особого сочувствия в голосе.

– Думаю, нам пора наверх, - пробежав пальцами по каменной стене, Креслин начинает подниматься по ступеням и на середине лестничного пролета слышит голос Мегеры.

– ...Нет, не те... несите другие стулья, получше. В конце концов, они же послы.

Усмехнувшись, Креслин направляется к комнате для совещаний.

Сарроннинцы не заставляют себя ждать.

– Позвольте представить почетного советника тирана и посла Сарроннина на Отшельничьем острове Фревию Арминц, а также второго посла Лексу Валхелба, - звонко провозглашает паж.