Чтение онлайн

Отчаянный окрик заставил всех четверых разом уставиться на потолок. Сквозь узкие зазоры меж толстых досок просачивались расплывчатые крупицы желтого света и шорох натужного дыхания.

– Помочь? Это можно.

Тамиор с хрустом размял могучие плечи и направился к шлейфу каменной лестницы, выпирающей из противоположной входу стены и очевидно ведущей ко второму ярусу башни.

– Я тут вот что подумал, Варанта, – замедлив как бы невзначай шаг, пропуская Лику и тила вперёд, шепнул мне на ухо бородач, – маги – народ капризный. Ты же сам знаешь. Обижаются на каждое неверное слово. Потом норовят толченого ревеня в пиво подсыпать, да так, что возле отхожей ямы три дня будешь ночевать.

– Твоему опыту не позавидуешь, – хмыкнул я, глядя на товарища.

– Угу. Вот и я о том же, – буркнул он. – А что, если тот занудный тахара Абрах был прав? Может, к магистру и в самом деле нужно обращаться только с упоминанием всех его регалий? Ты случаем не запомнил хотя бы пару достижений этого Менирада? Как бы не опростаться на ровном месте.

– Не такое уж оно и ровное, – пожал плечами я. – Кажется, подмастерье упоминал покорение стихий…

Я задумчиво приложил руку к подбородку.

– Ещё было кое-чего о владении сотней томов каких-то научных писаний. О службе придворным лекарем и…

– Да тут званий на нескольких чародеев наберется! – внезапно перебил меня Давинти. – Неужто все принадлежат одному? Если так, то я сгораю от любопытства скорее повидаться со столь выдающимся разумным. Надеюсь, у него завалялся непочатый графин Таль Алати.

Поэт задорно улыбнулся и принялся подниматься на верх вслед за лисой.

– Итак, я могу рассчитывать на посильную помощь? Или уважаемые гости более предпочитают стоять не у дел, глазея по сторонам?

Миновав четырнадцатую ступень лестницы, мы столпились на пороге среднего и самого примечательного как снаружи, так оказалось и изнутри, яруса башни. По обе стороны от довольно узкого входа, словно мифические стражи, охраняющие иллюзорные врата чародейской лаборатории, высились широченные, упирающиеся в потолок книжные шкафы с парой приставленных к ним передвижных сходен. Полки дубовых исполинов просто ломились от обилия бумажных трудов, чьи потрепанные корешки, составленные в тесные фаланги, важно взирали сверху на вошедших в комнату чужаков.

«Прикладная темпорика том семнадцатый»; «Искусство диктума, как оружие мудрых: созидательное слово»; «Исторические оттиски первой тилской эпохи»; «Акторические заметки мертвых королей»; «Мирумия и её простейшие применения в быту»; два нижних пролета были целиком заполнены колоннадой томов, посвященных эссентике и пронумерованных вплоть до сорок третьего счета. Немногим меньше занимали фолианты с говорящим названием «Миры истинных чисел или углубленное путешествие к сути нумерии». И это только малая часть оглавлений, что мне удалось прочесть.

Мой взгляд с трудом миновал края внушительной библиотеки и остановился на панораме окон, занимающих всю прочую, не принадлежащую книжному царству поверхность стены. Золотистое пламя свечей и многочисленные линии декоративных граней, вплетенных в стекло, создавали совершенно невообразимое впечатление, делая помещение похожим вовсе не на пристанище одинокого мага, а на внутренности улья, испещренного сотами.

Под основанием витража, резко вздымаясь на два шага вверх от пола и простираясь внутрь округлой комнаты на то же расстояние, громоздилась вогнутая деревянная платформа. Помост, словно выточенный из единого массива, имел череду продолговатых ступеней и невысокую выполненную в виде богато разросшегося вьюна балюстраду, за которой покоилось всего пара предметов мебели: скромный, но необычайно длинный стол и под стать ему незатейливый трехногий табурет. Если бы жилище Менирада обладало хотя бы привычным для любого дома количеством углов, то известное выражение «пятый угол» пришлось бы как нельзя кстати. Ибо, несмотря на изысканные декорации, а возможно, именно благодаря их вычурности, возвышение смотрелось неуклюжим и крайне неуместным придатком на прочем фоне, оставшаяся часть коего была отведена под странную металлическую конструкцию, выстроенную из совокупности стальных балок и напоминающую увеличенную в несколько крат копию колодезного журавля.

Центр помещения по-прежнему занимал громоздкий вращающийся столб, заключенный в стеклянном футляре. Завершающей частью фееричного убранства являлась винтовая лестница, огибающая полупрозрачный кожух литым массивом крепких с виду перил из белесого, точно мерцание лунного света, металла. И без того раздавшиеся в ширь лепестки ступеней справа и слева увенчивались витиеватыми рядами медных труб.

Я задержал глаз и насчитал по шесть колонн толщиной с руку с каждой стороны. Выстроенные бледно-рыжей ширмой отводы причудливым образом перемежались округлыми изгибами и сочленялись в неразрывную систему, напоминая собой скученные, плотно заплетённые косы конских волос, коими жители окраин как Восточного, так и Западного Миндонара норовят украсить своих ездовых животных, да и вообще любое зверьё, имеющее гриву или достаточно длинную шерсть. Сквозь швы узловатых соединений, скрепленных многочисленными болтами и гайками, то и дело вырывались белесые струйки пара, наполняя пространство шипением и тесня застоялый воздух клубами влажной хмари.

Именно это нагромождение стекла и металла надежно укрывало от нашего общего любопытства добрую треть комнаты, включая источник булькающего эха, а главное, самого обладателя звучного и сильно раздосадованного голоса.

– Ну?.. Кхе-кхе…

По кругу лаборатории опять заухали стенания и прерывистый сап хозяина башни.

– Что же вы медлите, милейшие? Я желал бы просить вас шевелить умишками чуть быстрее. Кровь к голове приливает изрядно, знаете ли. Но это ещё не самое скверное… Кхе-кхе… – маг вновь зашелся хрипом вместо того, чтобы завершить начатую тираду.

– Вы только поглядите, – не обращая внимания на несдержанный тон чародея, фыркнула Лика, – и тут серебра полно. Да кто он такой этот Менирад?

– О-о-х! И вы туда же? – обреченно застонало эхо. – В самом деле? Вам действительно желается обсудить ценность оборудования моего кабинета сейчас? В такую-то пору? Апчхи!

Говор на секунду прервался и тут же сменился раскатистым чихом.

– Я тут, если вы не заметили, – немного отдышавшись, продолжил магистр, – испытываю некоторый весьма нестандартный коллапс. Самому стыдно признаться, но я безнадежно застрял в этом проклятом ведре с ржавыми шестеренками. А ещё, кажется, воздух скоро закончится. Так сказать, хорошего мало.

Менирад помолчал, словно обдумывая следующую мысль.

– Излагая кратко, на правах владельца сего жилища я готов заявить с полной ответственностью, что коль скоро вы, господа, являетесь вовсе не теми, кого я ожидал… А судя по всему это именно так, и значит, мне наверняка стоит, выражаясь точнее… – принялся частить он. – В общем, если вы имеете место быть благородными проходимцами или хотя бы мягкосердечными грабителями, обладающими чуткой к чужим бедам душой, то я самолично соберу все безделицы, представляющие ценность для вашего брата, и торжественно вручу их прямо вам в руки. Кстати, живой интерес юной особы, касаемо моей персоны в частности, а вдобавок и функций приглянувшихся ей инструментов в целом, я также намерен удовлетворить в обмен на взаимовыручку.

Слова на секунду смолкли, а я настороженно прислушался к почти осипшему от тщетных криков о помощи дыханию чародея. Впрочем, моя попытка определить, откуда исходит звук, сейчас же закончилась неудачей. Что-то ощутимо грохотнуло, и пол под ногами заходил ходуном, заставляя меня и моих товарищей раскинуть руки в стороны, дабы ни потерять равновесие.

Лестница, обернутая вокруг центрального механизма, внезапно ожила, пришла в движение и принялась лениво вращаться вокруг оси, выпуская на волю пронзительный металлический скрежет. Преодолев четверть оборота, конструкция остановилась, а из-под соединяющих стоящие по краям трубы швов повалил густой сизый дым.