Чтение онлайн

Сноу решил изготовить местный аналог «зелья исцеления болезней», вещь не сильно сложная в его прошлом мире, но обладающая невероятным потенциалом здесь. Было два варианта. При первом он воздействовал своей магией на ряд ингредиентов, чтобы усилить их свойства, благо подобный опыт у него был, пусть и с рудой. После чего готовил зелья. Во втором воздействие совершалось на уже конечный продукт.

Зелье, изготовленное первым методом, будет в полтора раза более эффективным, но затрат магии будет в десять раз больше. В случае с подагрой необходим длительный их приём, сопровождавшийся правильной диетой. Устранить последствия подагры — это не кости ноги заново сращивать.

Задача стояла интересная, и её Сноу уж точно был намерен выполнить до своего отплытия из Звездопада.

Глава 22

Солнечное Копьё, Дорн

Правитель Дорна, принц Доран Мартелл, сидел в своём излюбленном кресле и впервые за долгое время наслаждался утром без боли. Мужчина потянулся, силясь вспомнить, когда он мог это сделать последний раз: три года назад? Пять? Рядом его брат играл с Арианной в кайвассу.

Полтора месяца назад его брат вместе с племянницами и дочерью вернулись со свадьбы в Звездопаде и привезли новости, дающие пищу для размышления, а также подарок. Поначалу Мартелл отнёсся к заявлению дочери о лекарстве от подагры весьма скептично, но не решился смеяться над ним при подданных. Его недуг не смогли вылечить лучшие целители Дорна и Эссоса, а Цитадель лишь разводила руками и рекомендовала использовать маковое молоко, чтобы избавиться от боли. «Хотя почему бы и не попробовать?», — подумал в один из дней Доран, да и его дегустатор был тогда неподалёку.

Лекарство оказало положительный эффект. Боль начала уходить, а разбухшие ноги медленно, но верно принимать прежний вид. По рекомендации к лекарствам Доран отказался от мяса, рыбы и алкоголя, вследствие чего дрянь, что он пил, стала ещё эффективнее.

Принц перевёл взгляд на шкатулку, в ней осталось чуть больше двадцати керамических флаконов с лекарством. Он полностью выпивал содержимое одного в начале каждой недели, согласно рекомендациям, если пить его чаще, то целебные свойства с каждым разом будут медленно, но верно падать. Пойло не избавляло от подагры, но сводило на нет все её последствия, пока Доран его пил. Можно сказать, что это не лекарство, а временная мера, но, в любом случае, ничего лучше за годы болезни Доран не принимал.

Мейстер Солнечного Копья лишь пожимал плечами, восторгался, что никогда раньше не видел ничего подобного и писал письма в Цитадель. Вряд ли он сможет изготовить что-то хотя бы частично похожее.

— Что ты думаешь о мальчишке? — задал он вопрос Оберину.

— Мальчишке? — улыбнувшись, уточнил Оберин, делая вид, что не понимает, о чём идет речь. Доран на это лишь закатил глаза, ему хотелось, чтобы брат был серьёзнее в такие моменты.

— Я говорю о Старковском щенке.

— «Трагическая» смерть Герольда Дейна показала, что у волчонка есть клыки и что они остры, однако даже самый матёрый из волков не переживёт достаточно сильный яд.

— Дай угадаю, ты озвучил ему это незадолго до того, как он покинул Дорн.

— Именно.

— И как же мальчишка отреагировал?

— Он гадко улыбнулся, я подумал, что он заявит, что яд — оружие женщин.

— За что был бы тут же призван к ответу, — пробормотал Доран.

— Не сомневайся. Он, казалось, полностью погрузился в свои мысли, но спустя пару мгновений дал вполне достойный ответ.

— Который звучит как…

— «Сила волка не в клыках и не в когтях, принц Оберин, не в угрожающем виде или размере, сила волка в его стае», — процитировал Джона Оберин.

— Хороший ответ, а что ты думаешь? — обратился Доран к дочери.

— Думаю, что он игрок. Игрок, притворяющийся фигурой, но, нужно отдать ему должное, весьма умело. Правда, думает он иногда не той головой, — улыбнулась во весь рот Арианна.

— Поясни.

— Кузине Нимерии не составило никакого труда убедить мальчишку помочь с твоим недугом, он был готов буквально есть с её рук, а уж как восторженно он на неё смотрел.

Картина складывалась занимательная. Щенок Старков — умелый воин, унаследовавший от своего дома всё лучшее, что мог. Он усидчив, как отец, что даёт ему возможность заставить себя изучать науки. Он умелый воин, пусть и сластолюбив, тут уже кровь Дикого Волка Брандона. Красотой он явно пошёл либо в Эшару, либо в эту суку Лианну Старк, соблазнившую принца и давшую начало восстанию.

Что ж, совсем скоро принц Доран сможет составить картину полностью и сделать уже собственные выводы. Единственное, что его разочаровывало, так это самоуверенность дочери и её… узколобость в некоторых вопросах. Арианна ещё не задумалась о том, что через пять месяцев чудодейственные лекарства закончатся, а Доран не сильно хотел вновь терпеть боль, зная, что есть альтернатива. Мальчишка показал, что может помочь, теперь стоял вопрос лишь в цене. Арианна умная, она догадается. Вопрос только в том, как скоро.

* * *

Ведьмина Топь, Речные Земли

Солнце только начало выходить из-за горизонта, а ночь стремительно отступала. Звёзды всё ещё сияли на небосводе, но уже совсем скоро следа не останется и от них. У любого простолюдина день начинается очень рано, а у охотника — ещё раньше.

Над Ведьминой Топью царил покой, селяне досыпали последние минуты перед пробуждением, но уже пробудившиеся единицы медленно покидали свои дома, чтобы приступить к работе. Только их утренние приветствия и шум болот нарушали тишину.

Сельский охотник возвращался в деревню, напевая под нос одному лишь ему знакомый мотивчик. Охота оказалась более чем удачной: удалось подстрелить пару диких уток, это значит, что сегодня будет сытный ужин. А в случае, если сир Нейланд перестанет корчить из себя жадного засранца и даст нормальную цену за вторую пойманную утку, то, поднакопив, удастся купить жене ткань на новую одежду. Быть может, останутся деньги и на что-то для их маленьких сорванцов. Охотник улыбнулся мыслям о своих детях — двух мальчиках пяти и трёх лет.

Мужчина прислушался и услышал шелест высокой травы и звук, сильно напоминающий цокот копыт. Спустя миг охотник был точно уверен, что где-то позади едут всадники. Он обернулся, в это же мгновение его живот пронзил арбалетный болт, сбив его с ног. Холод, возникший сразу за вспышкой боли начал окутывать всё его тело. Кровь вовсю хлестала из раны, пачкая одежду и руки, которыми мужчина тщетно пытался её остановить, зажав рану. «Жена убьет меня, когда будет всё это отстирывать», — грустно улыбнулся своей мысли охотник. Следующая была более рациональной: «Нужно крикнуть, предупредить остальных». Из горла мужчины не успел вырваться даже звук — его голову размозжил удар булавы.

Северные всадники, проехав мимо трупа, ворвались в деревню с оружием наголо. Предрассветная тишина быстро сменилась криками, плачем и свистом мечей. Местные мужики похватались за вилы и топоры, но оказанная ими попытка сопротивления была полностью тщетной. Дома вспыхнули вместе с теми, кто всё ещё был внутри, под звуки агонии селян, казалось, что огонь доставал до самого неба. Всадники разгулялись не на шутку и рубили всех, до кого только могли достать, не стремясь преследовать тех, кто убегал через болотную трясину. Бежать по болотам за местными, которые идеально знают все тропы, — дело гиблое.