Чтение онлайн

Профессор молчал.

–  Как я видел собственными глазами, у тебя в сейфе два или три алебастровых ковчежца - видимо урны для пепла. Еще там алебастровая статуэтка богини, какие ставили в изголовье знатных покойников на месте их последнего пристанища. Еще две тонкие цепи кованого золота, золотая диадема и множество золотых украшений.

И много чего еще, я не успел все запомнить.

–  Тот миг, что был в твоем распоряжении, не прошел даром. Заметил ли твой зоркий глаз ещё кое-что?

–  Заметил, - сказал Меркурио. Наклонившись вперед, он в упор уставил взгляд своих синих глаз в карие, полные нервного напряжения глаза профессора.

–  Как ты знаешь, у меня есть способность сверхчувственного восприятия. Я, например могу определить место, где была пролита людская кровь. Иногда могу определить и время смерти. А в некоторых случаях безошибочно отличаю правду от лжи.

–  Сказочные способности.
– Профессор Бронзини процедил эти слова сквозь зубы.

–  Все предметы в твоем сейфе невероятно красивы. Они задуманы знатоком этрусского искусства и сделаны рукой умелого ремесленника. И все они фальшивые.

Все до единого.

Профессор Бронзини все ещё молчал, словно загипнотизированный взглядом и словами Меркурио.

–  Я бы не вмешивался, - продолжал тот.
– Уже давно я чувствую, что все это - он жестом обвел виллу Расенна со всем её уютом и роскошью - что все это держится на обмане. Ты злоупотребляешь своими знаниями и репутацией и продаешь коллекционерам предметы, которые якобы находишь на своих раскопках. Это я угадал.

Но ты никому не вредишь, - говорил я себе, - а коллекционеры счастливы. Будь это иностранные фонды, для которых деньги ничего не значат, или частники, миллионеры, потакающим своим слабостям. Единственный, кто теряет - итальянские власти, но они мне также безразличны, как и тебе. Но теперь кое-что произошло, и я изменил свое мнение.

Меркурио говорил тоном учителя, наставляющего бездарного ученика.

–  Ты втянул в свои аферы и Мило Зеччи. Его руки резали тот алебастр - несомненно по твоим эскизам. Золотые украшения ковались в его мастерской. Долго он тебе был верен, сохраняя молчание, ведь ты его оберегал и хорошо платил. Но вдруг оно лопнуло. Случилось то, что рано или поздно случается со всяким из нас.

При этих словах Меркурио испытующе взглянул на профессора и многозначительно помолчал. Профессор вздрогнул, как человек, пробуждающийся от тяжелого сна, и выдавил: - Нет…

–  Нет, да!
– сказал Меркурио.
– Мило Зеччи почувствовал приближение смерти. Он не боялся её, но не хотел умереть без покаяния. Искал совета. И был настолько порядочен, что вначале обратился к тебе, ты же его хозяин. Но ты его выгнал. И он искал помощи у того англичанина, Роберта Брука. Но тут ты испугался.

Крупнейшее дело всей твоей жизни оказалось под угрозой. Клад центральной могилы гробницы Тринса. Фантастическая находка, равная прославленным открытиям Реголини и Галласи. Сокровища невиданной ценности. Но только если не будет никаких подозрений. И тут ты решился. Вызвал этих типов, этих зверей. Приказал следить за Мило Зеччи…

–  Я… - начал профессор Бронзини, но тут же запнулся.

–  Что?
– спросил Меркурио, ни на миг не отводя от профессора глаз.

–  Я не… - профессор опять запнулся. В доме стояла мертвая тишина.
– Я все это не так представлял. Я любил Мило. Был убежден, он ничем нам не навредит.

–  Если ты не виноват в этом, так кто?

–  Не я.

–  Кто тогда?

Тут двери беззвучно открылись, вошедший Даниило Ферри обратился к профессору:

–  Простите, но вас к телефону.

Вентиляторы в отделении карабинеров лениво вращались, не в силах освежить раскаленный воздух. Лейтенант Лупо сдвинул фуражку на затылок и вытер пот со лба.

–  Это не наше дело, - сказал он.
– Это функции органов правосудия, а не карабинеров.
– Взглянул на Сципионе, словно ища у него поддержки.

Антонио Руссо сказал:

–  Городской прокурор настаивает, чтобы этим занялись вы.

Похоже было, что на него даже жара не действует.

–  Полиция…

–  Обычно мы обращаемся за помощью к ним, только сейчас у них хватает хлопот с выборами. Все их сотрудники мобилизованы на двадцать четыре часа в сутки, пока все это не кончится.

Сципионе вмешался:

–  Если я могу предложить…

–  Пожалуйста.

–  Я не разбираюсь в юридической стороне вопроса, но, полагаю, существенными будут показания только одного свидетеля - Марии Кальцалетто.

Риссо на миг задумался.

–  И могильщика.

–  Тут мы, к сожалению, уже опоздали. Защитник заполучил его собственноручно подписанные показания.

Риссо нахмурился.

–  Я слышал об этом. По моему мнению, здесь была совершена непозволительная оплошность.

–  А что, по-вашему, нам было делать?
– спросил лейтенант.
– Мы бы с удовольствием уложили ваших свидетелей в холодильник, чтобы к процессу они были как огурчики, но они ведь не только свидетели, но ещё и люди. Нельзя же их прятать и вытаскивать, когда нам угодно.

–  Но в любом случае вы должны обеспечить, чтобы никто не попал к Кальцалетто.

Можете вы выделить человека, чтобы приглядывать за нею до суда?

–  Это можно.

Сципионе сказал:

–  Кальцалетто работает в кафе на Виа Торта. Ночует наверху. Последнее время там у неё живет один мужчина.

–  Что за мужчина?

–  Его зовут Диндони. Раньше он работал у Мило Зеччи и жил над его мастерской.

Потом вдова Мило Зеччи его оттуда выгнала. Он приятель Кальцалетто.

–  Разумеется, раз они живут вместе, - сказал Риссо.
– Почему вы о нем вспомнили?

–  Я могу повлиять на него. Возможно, с нашей помощью он позаботится, чтобы Кальцалетто не вступала в нежелательные контакты.

–  Вот это я называю деловым предложением, - обрадовался Риссо.

Знойный день склонялся к вечеру, когда Мария домыла стаканы и поставила их на полку. За целый час в кафе не вошел ни один клиент. Диндони подремывал на стуле.

Из лужици «мартини» на оцинкованной стойке взлетела муха и села ему на лицо. Он заворчал и открыл глаза. Потом спросил:

–  Куда это ты?

Мария была уже в шляпке и с сумкой в руке.

–  Иду за покупками, а ты оставайся здесь.