Чтение онлайн

– Согласен. – Гармен следил взглядом за лепестками: они кружились в падении, медленно рассыпаясь в пыль. – Мы имеем дело с магом, у которого есть как ресурсы, так и доступ к магическим артефактам и редким ингредиентам.

Эрдан окинул взглядом развалины Западной башни и пустошь вокруг нее. Ветра не было, и все казалось зловещим и тихим.

– И кто бы это ни был, – добавил Гармен, – они явно играют в долгую. Сколько лет уже истребляют род Тимериса?

– Минимум пять.

– Занимательно…

– Самое занимательное, – процедил лорд Сиер, – не это. Чтобы окончательно убить феникса, нужно сильно постараться. Сделать это неоднократно! Или быстро уничтожить пепел. В основном, как ты помнишь, на месте происшествия оставалась маленькая кучка пепла – слишком маленькая, чтобы возродиться. Но были случаи, когда эти фениксы просто пропадали без вести. А потому совершенно не факт, что все окончательно умершие наследнички Тимериса действительно мертвы.

– А обычно, – подхватил Гармен, – если у какого-то богатого папаши один за одним мрут отпрыски, за виновником торжества далеко ходить не надо.

– Проблема в том, что среди тех, кто может наследовать состояние и титул, осталась одна Эльза Тарт. У ее отца больше нет наследников, в которых течет кровь фениксов. Выгодоприобретателей нет, Гармен.

– А если он планирует объявиться после?

– И никто ничего не заподозрит? – скептически фыркнул Эрдан. – Нет, дружище, наш злодей, к сожалению, явно не глуп. Нужно искать иной мотив.

– А еще как следует обшарить Разлом, – досадливо поморщился Гармен. – Я вызову пару групп зачистки, пожалуй. Мало ли что еще кроме цветочков тут раскидали. А то пробежится по Разлому такая вот пернатая девица, понюхает – и все, прости-прощай. Вспыхнет и пеплом осыплется. А тут наш убийца и подскочит – пепел уничтожать.

– Да, отряды зачистки не помешают.

– Только где мы их поселим?!

– В Разломе и поселим. Там кондраги живут вроде, у них берлоги обычно большие и теплые. Пусть выгонят и живут.

– Жалко мишек, – иронично проговорил Гармен. – И ребят тоже жалко. Ладно, я распоряжусь. А ты куда сейчас?

– Невесту охранять, куда же еще… – с деланым безразличием ответил его коллега.

– Эрдан, на всякий случай напоминаю, что ты планировал расторгать помолвку! Так что охраняй тщательно. Чтобы девица после ночи с тобой была в той же комплектации, что и до!

– Пошляк. Помолвки, собственно, еще и не было. Одни договоренности.

– Реалист!

– Кстати, о помолвках! А что у тебя намечается с тетушкой моей невесты? – с живым интересом спросил вдруг лорд Сиер. – Желаешь породниться со мной – или через меня с Тимерисом?

– Да с обоими выгодно… – мечтательно сообщил Гармен и вдруг посерьезнел. – Но это будет сложно. На самом деле чудесная женщина, Эр. Особенно если снять с нее очки…

Вечер вышел странный. Потом – тихий. Потом слишком тихий.

Да, очередной маленький скандал Шуша с Пушем завершился оглушительной тишиной – в буквальном смысле! Хладикс заткнул бактера каким-то заклятием ледяного молчания, и с тех пор Шуш не мог ни пищать, ни шипеть, ни жалобно повизгивать – что, конечно, было бы к лучшему, если бы не одно «но»: его крошечные лапки, размахивающие в воздухе, выражали весь спектр негодования и брани, который он не мог выразить вслух.

И теперь я сидела на полу своей комнаты, окруженная грудой конспектов, и уже пыталась напевать себе под нос, чтобы хоть как-то отвлечься от этой абсолютной тишины. Хотя если честно, я не знала, чему радоваться больше: беззвучной комнате или тому, что Шуш все еще существует и не разлетелся по углам после столь спорного заклинания.

Хотя хверсов Пушик Ледогрыз уверял, что все абсолютно безопасно!

Но я лихорадочно листала конспекты в поисках противодействия, хотя, честно говоря, сомневалась, стоит ли быстро его находить. Ведь тишина… О боги, да, она сейчас гнетущая, давящая на уши, но зато когда это существо вновь обретет дар речи, атмосфера в комнате перестанет быть напряженной и станет абсолютно… невыносимой.

Эх, нет, Эльза, мы в ответе за тех кого притащили из Разлома.

– Пушик, а может, ты сам снимешь заклинание? – осторожно спросила я, косясь на ворчливого «телохранителя», который валялся на моей кровати, скрестив лапы и развалившись, как барин на отдыхе.

– А смысл? – лениво протянул Пуш. – Ему же это все равно не понравится.

– Так, может, пусть хоть возмущается? – Я отчаянно пыталась сохранить самообладание. – Иначе у меня самой крыша поедет в такой-то гробовой тишине!

– Да ну? – Пушик приподнял одно ухо, посмотрел на меня, а после глянул на Шуша, который не прекращал размахивать лапками. – Могла бы поблагодарить! Он тебе еще надоест, девочка. Я вот с ним знаком несколько часов, а уже невыносимо! Подумай, он вечно недоволен! Никакой благодарности и признательности.

Я схватилась за голову, пытаясь не взвыть от бессилия. По комнате витала смесь отчаяния и какой-то абсурдной комедии. Да что ж это за жизнь, когда я спорю с ледяным лисом и думаю, снимать ли заклятие с бактера? А ведь он еще вчера был милейшим существом!

Я резко встала, подходя ближе к неподвижно сидящему Шушу. Его лапки были прижаты к груди, взгляд молящий, а синеватый иней на кончиках ушек напоминал о том, кто виновник всех его страданий.

– Пуш… – начала я, но не успела договорить.

– Какой милый, почти семейный спор, – раздался насмешливый голос со стороны двери. – Я рад, что ты поладила с Ледогрызом, хотя и не ожидал этого…

Я резко обернулась и увидела, как Эрдан, скрестив руки на груди, опирается на косяк, глядя на нас с явным любопытством. И уголки губ чуть приподняты.

– Что вы здесь делаете? – спросила я.

Не то чтобы не знала, но могу же надеяться, что он просто зашел забрать своего песца?! Наивная, да.

– Я живу тут, – невозмутимо отозвался Сиер, сделав шаг внутрь. – Временно. Забыла?

Выглянув за дверь, я с облегчением увидела совершенно пустой коридор. Впрочем, к сожалению, это совершенно не гарантировало отсутствие лишних глаз и ушей. Может, все же стоило согласиться и переехать к ревизору?

Когда я отпиралась, то думала, что это ужасно и неприлично. Но, кажется, существовать в одной маленькой общажной комнате совместно с драконом и двумя представителями разломовской фауны еще ужаснее…

– Нет, не забыла, но надежда умирает последней. Сразу же за ее обладательницей, которая рассчитывает на мир и покой в своей комнате.