Чтение онлайн

В пылу схватки он не слышал, как скрипнула кровать под стремительно вскочившей Мэйлинн. Он не слышал щелчков арбалета и глухих вскриков убийцы. Лишь сейчас он перевёл ошалелый взгляд на Мэйлинн, всё ещё держащую разряженный арбалет наведённым на павшего врага. Её расширившиеся огромные зрачки отсвечивали алым в свете уличных факелов. Лицо же было смертельно бледно.

– У нас получилось, - наконец опуская бесполезный арбалет, выдохнула Мэйлинн.

– Мне срочно нужно в сортир!
– ответил ей на это Бин, бросаясь к дверям нужника.

Глава 59. Чистка

– Парень, да ты просто герой!
– воскликнул Варан, подходя к Бину и протягивая руку.

– Что, не ожидал?
– усмехнулся Бин.

– Да как тебе сказать...

– Ничего, - махнул рукой Бин.
– Я и сам не ожидал. Да и хорош герой - едва не обмочил штаны!

– Герой - не тот, кто не боится, а тот, кто не бежит, несмотря на страх!
– наставительно поднял палец Варан.

– Да о том ли вы вообще говорите?
– наконец вскричал Каладиус.
– Это было в высшей степени безрассудно, сударыня! Поверить не могу, что вы это сделали! Будь вы моей дочерью, я бы уже всыпал бы вам ремня!

– А по-моему, вы сейчас очень гордитесь нами!
– улыбнулась Мэйлинн.
– Ну признайтесь же!

– Горжусь, - лицо мага против воли расплылось в улыбке, хотя он и пытался сохранить суровый вид.
– Однако это не отменяет того, что вы поступили просто глупо! Чудо, что всё окончилось так хорошо! А каковы были шансы? Уж наверное только вмешательство высших сил спасло вас!

– Так или иначе, а теперь мы можем какое-то время спать спокойно, - заметил Бин.

– Вы в этом твёрдо уверены, юноша?
– спросил Каладиус.
– Да, с этой группой покончено, и это чудо. Но где уверенность, что завтра не прибудет ещё одна?

– Предводитель Броко сказал, что теперь ситуация с безопасностью Дуондура кардинальным образом изменится, - ответила Мэйлинн.
– Отныне никто не попадёт в город без желания гномов. Врата Блантура, те, настоящие, будут зачарованы, и каждый незваный гость, проникнувший внутрь, тут же поднимет тревогу.

– И как же они будут определять незваных гостей?
– поинтересовался Каладиус.

– Специальный гном будет ставить всем входящим в крепость особую руну. Она очень простая и рисуется краской хоть даже на ладони. И тот, кто пройдёт через Врата, не имея руны, и будет незваным гостем.

– Сложно что ли ассассинам будет нарисовать руну?
– фыркнул Каладиус.

– Руну-то, может, и несложно, а вот нужное слово, которое мысленно произносит тот, кто наносит руну, они явно не будут знать, - видно было, что Каладиус задаёт почти те же вопросы, которые задавала сама лирра гномьему королю, так что отвечала она, наверное, тоже почти что словами самого Броко.

– Не бог весть что, конечно, - магу было сложно избавиться от ворчливого настроения, вызванного рассказом Мэйлинн.
– Но, может быть, это действительно хоть немного, да поможет.

– Обязательно поможет!
– заверила лирра.
– Кроме того, предводитель Броко пригласил нас к себе во дворец. Туда никаким ассассинам не пробраться!

– Самоуверенность воробушка сгубила, - поморщился Каладиус.
– Ну да ладно, ничего не поделать. Ехать мне всё равно нужно. Но теперь я решил, что поеду один. Думал взять с собой Пашшана, но мне будет спокойней, если он останется с вами. Да и так выйдет быстрее.

– И когда же вы выезжаете?
– спросила Мэйлинн.

– Тотчас после тризны. Я бы уехал прямо сейчас, но это невозможно. Смерть этих гномов отчасти и на мне.

– Не говорите глупостей, мессир!
– воскликнула Мэйлинн.
– Да если бы не вы, то погибло бы гораздо больше! Мне уже рассказали о ваших подвигах.

– Тоже мне - подвиги...
– скривился маг.
– Это Бин совершил подвиг! А я... просто сделал свою работу...

– Почему вы так говорите?
– в недоумении спросила Мэйлинн.
– Вы словно злитесь на себя за что-то...

– Может быть...
– тихо ответил Каладиус. Удар попал в цель.
– Знаете, дорогая, я считаю, что главное во вселенной - гармония. Не общее счастье, а именно гармония. Чтобы доброго было поровну с худым. Так вот пока что моё сальдо не в мою пользу. Я принёс в этот мир столько зла, что мне ещё долго нужно творить добро, чтобы добиться баланса. Может быть, пока я творил зло, где-то по закону равновесия творилось добро, но только мне от этого не легче.

– Что с вами произошло, мессир?
– Мэйлинн глядела прямо в глаза магу, словно пытаясь увидеть то, что сокрыто на самом их дне.

– Мы обречены на своё прошлое, юная госпожа, - вздохнув, ответил Каладиус.
– Просто помните об этом всегда, когда будете принимать любые решения. Прошлого не изменить, и от него не убежать. Как бы ни хотелось... Но, пожалуй, мы опоздаем на тризну!
– встрепенулся маг, радуясь уходу от тяжёлой темы.
– Невежливо заставлять ждать себя! Пойдёмте!

Мэйлинн секунду смотрела вслед уходящему магу, а затем двинулась следом. Варан и Бин тенью последовали за ней.

К тому времени гномы уже собрались за стенами города, где были возведены огромные погребальные костры. Несколько сотен жителей Дуондура молча стояли вокруг них. Прибыл и сам Броко Молоторукий. Завидев Каладиуса, он поклоном приветствовал его и знаком попросил подойти.

– Теперь я вижу, что вы - тот самый Каладиус, который приходил в Дуондур ещё тогда, когда я был до смешного молод, - проговорил он.
– Для нас большая честь принимать вас, мессир, и позвольте заверить, что признательность гномов не знает границ.

– Спасибо, государь Броко, - вернул поклон Каладиус.
– Не стоит благодарностей. Это дело было личным и для меня. Но будьте уверены, что я попрошу вашей помощи и буду надеяться на её выполнение.

– Заранее обещаю вам, что выполню её, мессир. Надеюсь, вы сообщите мне её после тризны.

– Увы, государь, но сразу после тризны я должен буду на время покинуть вас. Мне нужно как можно скорее попасть в Шатёр.

– Да, знаю, - кивнул предводитель гномов.
– Юная лирра рассказала мне о заговоре. Что ж, надеюсь, вы вскоре вернётесь. Пока же, можете быть уверены, я собственной жизнью гарантирую безопасность ваших друзей. Ни один убийца и близко не подберётся к ним, пока они под покровительством Дуондура.

– Благодарю, государь.

Поклонившись, Каладиус отступил на несколько шагов назад. Разговор с Броко пока нужно было закончить, потому что все ждали короля, чтобы начать обряд.

Гномий король (хоть гномы и не называли его так вслух, но каждому в глубине души этого хотелось) вышел вперёд, поближе к одному из сложенных костров и заговорил:

– Братья и сестры! Мы собрались тут, чтобы проводить наших соплеменников, а также храбрых людей из Саррассы, что положили свою жизнь за нас. Наши сердца болят от горя, мы помним каждое из имён тех, кто лежит на этих кострах, и мы никогда не забудем того, что они сделали для нас. Завтра мы будем тверды, и глаза наши будут сухи, но сегодня - плачь, свободный народ! Мы провожаем своих братьев!