Чтение онлайн

— Наверху, разговаривает с агентами ОВ.

Мой блуждающий взгляд остановился на агенте ФВБ, который паковал и надписывал одежду Пирса и мои чулки. Если им нужно, пусть берут, не жалко. А похищение Тома — не моя вина.

— Как нас нашли? — спросила я, превозмогая усталость. Форд улыбнулся, и Холли прильнула к нему, усталая, наконец затихнув.

— По амулетам-локаторам и следам на снегу, очевидно, — ответил он. — У тебя наверняка ноги замерзли.

Я кивнула, радуясь, что есть одеяло, на которое их можно поставить. Потом, отведя взгляд от кусков льда, в которые превратились ноги, посмотрела Форду в глаза. Мне вспомнилось, как он взял Холли на руки первый раз, как прослезился, когда девочка выела из него все эмоции до последней, кроме его собственных.

— Ты способен ее держать, — сказала я, и сердце заныло от мысли, что из этого может выйти что-нибудь хорошее. — Я про Холли, естественно. Даже когда она не в духе.

Уокер все же не получит Холли. Это ж как она обрадуется… Взгляд Форда на спящую девочку иначе как нежным трудно было бы назвать.

— Она поглощает все эмоции до того, как они попадают ко мне, — сказал он с благоговением в голосе. — Мне даже не надо ее держать, достаточно быть рядом. Но ставить ее на пол я не буду.

Я улыбнулась, натянула одеяло повыше, завернула в него плечи. Здесь было холодно. Я была рада за Форда, но мне было холодно, меня постигло горькое избавление от иллюзий, и все болело от воспоминания, с которым, я думала, мне никогда не придется разбираться. Уходили последние агенты ФВБ, и я собралась вставать.

— Эй, а памперс на смену у тебя тоже есть? — сказала я, поднимаясь на ноги. Голова закружилась, пришлось опереться рукой на стену, и я быстро села, чувствуя спазм в животе. Миа снова украла у меня ауру, чтоб ее черти взяли.

— Хочешь на носилки? — спросил Форд, и когда я неохотно кивнула, пошел говорить с уходящими сотрудниками ФВБ. Ну не могу я в таком состоянии подняться по лестнице, и черт с ней, с гордостью.

Головокружение понемногу успокоилось, я сосредоточилась на дыхании, оглядывая подвал. Непонятно, как объяснить брошенную Пирсом одежду. Похищение Тома будет объяснить еще труднее. Не похоже, что мне удастся сделать вид, будто его вообще тут не было — его видели и Форд, и Миа. То, что Ал забрал обоих — никак не выставляет меня в выгодном свете. Но черт меня побери, я не собираюсь признавать за собой вину за это.

Последний агент ФВБ пошел наверх по лестнице, и Форд вернулся. В ожидании носилок он поставил рядом со мной фонарь Миа и сел, держа Холли на коленях.

— Невероятно, — сказал он. — Я сейчас не знаю, что ты чувствуешь. То есть по лицу вижу, но не ощущаю. Совершенно непривычно. — Он опустил глаза, когда я заметила, что они полны эмоций. — Знаешь, он уже не мертвый.

Тени сдвинулись — это я наклонила фонарь, чтобы свет был направлен вперед и к лестнице.

— Том? — спросила я, радуясь, что он не ощущает моих эмоций, когда держит Холли. А говорит он, конечно же, о Томе. Кистена больше нет. Нет. И я только что пережила его смерть заново. — Я знаю. Его забрал Ал.

Меня кольнуло страхом: если ОВ узнает, то сможет обратить это против меня.

— Нет, не Том, — ответил Форд, и я резко вскинула голову. — Том как раз мертв, я ощутил его смерть. Я говорю про Пирса.

Я повернулась к нему в недоумении:

— Ал его схватил, — сказала я. — Разбил чары и забрал его. Вон там лежала его одежда.

Форд улыбнулся шире, перекладывая повыше спящего ребенка.

— Демон утащил в безвременье не Тома, а Пирса.

Бессмыслица какая-то. Я уставилась на Форда, кутаясь в синее одеяло ФВБ.

— Твое зелье было нацелено на Пирса, — объяснил Форд. — Том погиб, и Ал твоим зельем заставил Пирса войти в его тело. Я чувствовал, как умирают эмоции Тома, их место заняли эмоции Пирса — они стали исходить из того же тела. Я почерк его мысли узнал бы где угодно — он совершенно уникальный индивид.

Я посмотрела туда, где лежала одежда Пирса, и меня пробрало холодком, мурашки по коже.

— Это же черная магия, — прошептала я и услышала эхо от своих слов из туннелей позади, как шепот самого греха. — Это было мое колдовство!

Но я не знала, что оно черное, оно же из университетского учебника!

Форд прислонился спиной к стенке, ничуть не взволнованный.

— Это было твое колдовство, и оно белое, но демон его извратил. Он, знаешь ли, тебя любит.

— Ал? — пискнула я, и Форд засмеялся. Холли улыбнулась во сне — и лицо его стало спокойным.

— Нет, Пирс.

У меня голова кружилась от пережитого только что, и я посмотрела в сторону лестницы, желая, чтобы побыстрее пришли с носилками. Вот Кистен меня любил, а Пирс — это так. Подростковая влюбленность.

— Пирс меня даже не знает, — сказала я тихо. Сердце слегка ныло. — Один только раз виделись, давно. Боже мой, мне всего-то было восемнадцать.

Форд пожал плечами:

— Это могло бы объяснить историю неудачных отношений с мужчинами. В восемнадцать лет ты увидела, что тебе нужно, и никто до этой мерки не дотянул.

Я вздохнула. Сижу тут замерзшей задницей на пыльном цементе, жду носилок, а он психоанализом занимается.

— Форд, я не люблю Пирса. Это было юношеское увлечение. Притягательность харизмы и силы. А любила я… Кистена.

— Я знаю. — Он тронул меня за плечо, и это меня поразило. — Прости, пожалуйста.

Я отвернулась, заставив себя не думать о Кистене, чтобы снова не расплакаться.

— У Пирса какой-то договор с Алом. Скорее всего о получении тела в обмен на услуги. — Я почувствовала, как у меня лицо кривится от безнадежности. — А я ему помогла. Ничего себе поступок? Я даже не знаю, зачем он это сделал. Ему лучше было бы оставаться призраком.

Я еще раз посмотрела в сторону лестницы. Есть ненулевая вероятность, что нас просто здесь забыли.

— Я тебе сказал, зачем. — Форд скривился, переложив Холли поудобнее. — Он тебя любит. Думаю, он решил, что быть фамилиаром у твоего демона, но со своим телом — лучше, чем призраком у тебя на кладбище без такового. Да пойми ж ты мужика, Рэйчел, он возле твоей церкви околачивался год без малого.

Улыбка чуть было не появилась у меня на губах, но исчезла. Я замерзла, кружилась голова, мозг отупел от мыслей о Кистене. И еще здесь воняло холодной пылью — как от убийцы Кистена. Одного мне сейчас хотелось — попасть домой и принять ванну.

— Кажется, они нас забыли, — сказала я. — Помоги-ка мне встать!

Форд встал, крякнув, Холли заагукала во сне, когда он протянул мне свободную руку, и я осторожно встала и постояла, держась за стену, пока не убедилась, что не упаду. Ощутив под ногами холодный цемент, переступила, встав на угол одеяла.

— Пойдем не торопясь, — сказал он, явно непривычный к тяжести младенца на руках.

— Ага, — шепнула я и подумала о нем и о том облегчении, которое дает ему Холли. Это было прекрасно, и я подумала: человек Форд или все же внутриземелец какого-то нового, еще не открытого вида. Существующего в противовес баньши. Как вампиры — в противовес вервольфам. Или пикси — в противовес фейри. А колдуны… ну, ладно, может быть, никто баньши не уравновешивает. Или же колдуны уравновешивают демонов?